Как была, прямо в белом халате, она бежала по аллее, туда, на «пятачок», где автобусы и такси...
Игорь наблюдал все это без особого удовольствия. На душе было не очень уютно... Но так надо было! Не он же, в конце концов, первый начал.
С самого начала дамочка вела грязную игру. И доигралась!.. Это она только что подробно сообщила кому-то о его приходе... Отчиталась кому-то, по всей форме... Значит, его кто-то ждал. Кто?.. Кто угодно!
Но возможно, что это сам похититель...
Сжимая в руке ключи, Савенков направился к двери главврача.
Всю эту комбинацию он придумал, когда вспомнил, что на столе госпожи Загоруйко такой же телефон, как в его московском кабинете. «Панасоник», с памятью и дисплеем.
Пока аппарат послушно набирал последний номер, Игорь торопливо списывал с экрана длинную цепь цифр... Это явно междугородка.
В трубке послышались гудки, и почти сразу же ответил суровый мужской голос: «Алло, слушаю вас, алло...»
Савенков повесил трубку... И зря! Следующей фразой мужчина на другом конце провода по военной привычке назвал свою фамилию.
14 января 1997 года. Севастополь
Олег сразу решил, что было бы довольно глупо возвращаться через центральный музейный вход.
Можно спуститься к морю и, прыгая по скалам, добраться до городского пляжа... А затем затеряться в прилегающем к нему массиве пятиэтажек.
Но Олег, под прикрытием холмов и крепостных стен, направился к кладбищу старых кораблей в Карантинной бухте.
Он делал все машинально... Очень хотелось сосредоточиться, но на ходу плохо получалось.
Ему нужно было двадцать — тридцать минут покоя.
Это время мало что изменит... Не будут же в него теперь стрелять каждый час...
Олег поднялся по трапу ржавого сторожевика и разместился на пыльном топчане в рубке радиста... Со стен и потолка уже сняли все, что можно было отвинтить, отковырять, оторвать.
Он прислонился спиной к холодной переборке, еще сохранившей ровный слой серой краски, и закрыл глаза.
...Его убийство заказал какой-то Чуб... Он местный!..
Причина могла быть только одна — Чуб боится поисков Зои Шориной... Информация пришла не из Москвы... Так где утечка?..
В поезде?.. Да, но документы были под подушкой... Андрей мог их посмотреть?.. Возможно!
Но зачем тогда весь этот спектакль? Допустим, его хотели убить или испугать. Но зачем потом проявляться Андрею?.. Да, слабая версия...
Вчера были четыре встречи, где он в явном виде обсуждал поиски Зои Александровны.
Еще ночью, сразу с поезда, Олег познакомился с администратором гостиницы Лидией Туркиной... Ее специально ради нового постояльца разбудил вахтер, больше похожий на бравого боцмана...
А Туркина хороша! Может быть, в ее роду были когда-то янычары с горящими глазами или чернобровые казачки. Или молдаване, евреи, караимы?
Администратор Лидия сразу «положила глаз» на Олега... Не заметить это было невозможно.
Уж очень она заботилась о финансовом положении холостяка из Москвы: «Зачем вам здесь деньги платить? Моя квартира рядом. Пустая. Уютная... Договорились?»
Потом они встретились в холле в десять утра, когда Лидия Сергеевна сдавала смену...
Ну, просто очень знойная женщина!
Она была старше Олега лет на десять и умело вела игривый разговор старой подружки: «Что это тебя так Зоя интересует? И муж ее звонил. Но у него очень занудный голос. Вот Зоя, допустим, и решила оторваться, погулять от него... А я что могу сделать? Она за номер до двадцатого заплатила. И вещи ее все на месте. Я сама каждую тряпочку перебрала, каждый листочек... Могу рассказать подробно, но не сейчас. Звони, Олег, вечером. Заходи. Обо всем подробно потолкуем, если время останется...»
Олег вдруг вспомнил, что письмо похитителя написано от женского имени... Возможная версия?.. А почему бы и нет...
Но не верилось, что это Туркина его заказала... Уж больно знойная женщина... Мечта поэта, да и только!
Потом Олег встретился с продавцом дома, который Зоя осматривала шестого января.
Спокойный, обстоятельный мужик... Он не скрывал, что построил здесь, на Фиоленте, на крутом обрывистом берегу моря, уже несколько домов — специально на продажу...
Зою по фотографии узнал сразу и очень спокойно выслушал известие об ее исчезновении.
Олегу даже показалось тогда, что было что-то показное, нарочитое в этом безразличии к судьбе женщины, которую он видел неделю назад... Как будто он был готов к такому сообщению или привык, что после встречи с ним женщины непременно исчезают.
Он только вяло бросил: «Найдется. Такие не пропадают... Да и не хотела она этот дом покупать. Так — гуляла себе!.. Фифочка она».
Уже во второй половине дня Олег направился в контору, где работал старый друг отца, отставной каперанг Харитонов.
Крылов мог и по телефону передать привет, и перекинуться парой слов, но ему нужен был факс... Савенков хотел передать ему две страницы с информацией по исчезновению Альбины Шмаковой и Марины Поповой.
Но, похоже, Виктор Сергеевич провел подготовку к встрече «москвича». Был накрыт стол, за которым Олега ждали пятеро бывших военных моряков, совсем недавно ушедших «на вольные хлеба».
Они говорили много и обо всем. О столичных новостях, о флоте, об очередных кознях московских и киевских начальников.
В конце Олег подробно рассказал о цели своего визита. Он ждал помощи в поисках Зои Шориной... У моряков есть знание обстановки в городе, связи, жажда порядка и справедливости...
Не мог ли кто-нибудь из них навести убийцу на след Олега?.. Нет, он даже представить себе не мог, как связать их с сегодняшним выстрелом.
Нет! Не те люди...
Олег не мог забыть их глаза, в которых за напускным оптимизмом сквозили тоска и надежда... В каждой их фразе ему слышался подтекст: «Мы — свои. Мы русские!.. Не бросайте нас, москвичи. Не предавайте Севастополь...»
Впрочем, разве не было в истории случаев, когда на «тайной вечере» встречались единомышленники, а потом один из них оказывался...
Только вечером Олег встретился с Доренко.
Пришлось проявить настойчивость и звонить ему каждый час.
Семен Тимофеевич оказался действительно видным мужчиной: статный, щеголеватый, черноусый полковник.
Разговор, правда, получился пустой: «Да, помню такую. Она даже звонила мне неделю назад... Хотела встретиться, но больше не проявлялась... Как так исчезла?.. Пять дней в гостинице не показывалась? Ну, это ничего, найдется... С нашими морячками любая загулять может... Помощь не нужна? Только вы уж официальное заявление оставьте...»
Да, пустой разговор...
Уходя от Доренко, Олег скорее машинально поинтересовался новостями по поиску Марины Поповой и Альбины Шмаковой.
Реакция была более чем мгновенной... Не понадобилось даже двух секунд на уточнение, вспоминание, размышление: «Это не у нас жили... Свои дела я все помню. А эти пропали в Ялте и в Евпатории... Слышал, но деталей не знаю...»
Как будто он ждал этого вопроса.
Подозрительно?.. Немного есть. Но, может быть, у него и правда хорошая память, и быстрая реакция...
Олег открыл глаза и отвалился от холодной серой стены рубки.
Теперь он разложил по полочкам и разобрал по косточкам весь вчерашний день... Ну и что?
Больше всех на роль Чуба подходил угрюмый хозяин дома со злыми острыми глазами... Или Лидия — у нее коротко стриженный затылок и пышный черный кок с ниспадающими на лоб прядями. Чем не Чуб?
Олег спустился на заваленный ржавыми корабельными останками берег и стал пробираться к основной трассе вдоль садовых участков.
Возле старого еврейского кладбища он поймал машину и уже через пять минут был в гостинице.
Со своего места ему приветливо махнула рукой Лида Туркина... Смена была не ее, но, вероятно, она кого-нибудь выручала.
На сборы ушло не больше минуты: пару вещиц из ванной и бумаги со стола... Все свое ношу с собой!
Олег подошел к двери и замер.
