— Старею, реагирую медленно, — смеясь, сказал Антон и покружил Наташу по залу. Она тоже рассмеялась. Он поставил ее на ноги, и она поправила платье. — У тебя тут миленько.
— Можешь купить что-нибудь своей подружке. Мне будет приятно, — сказала Наташа, не сводя с него глаз. Антон озадаченно хмыкнул.
— Поинтересуюсь, чего она хочет.
— Я не издеваюсь, если что. И не хочу причинять тебе неприятности, — сказала Наташа.
— Даже в голову такое не приходило.
— Здорово, что ты считаешь меня хорошей, — улыбнулась Наташа и подойдя к нему, поцеловала его в губы.
— Я никогда не считал тебя плохой. Ты съехала от Бориса? — спросил Антон.
— Да, он купил мне уютную квартирку, положил несколько миллионов на счет, — довольно промурлыкала Наташа. — Похоже, его очень сильно впечатлила моя попытка разбиться насмерть.
— Дурацкий способ добиваться желаемого.
— Мне, и правда, было плохо. Но сейчас я очень рада, что выжила! Теперь я свободная, богатая женщина, которая занимается тем, что ей нравится, — улыбнулась Наташа. — А Боренька готовится к свадьбе, так смешно на него смотреть! Он так по-серьезному счастлив!
— Хорошо, что вы остались друзьями.
— Он пригласил тебя на свадьбу?
— Катя лично вручила мне приглашение, — сказал Антон. — Видимо слов ей показалось мало.
— Что ты делаешь сегодня вечером?
— Наташ, я больше…
— Я просто хочу поесть с тобой, дурак! — сердито сказала Наташа и стукнула его по плечу. — И у меня уже есть личная жизнь, если что. Тебе там места нет.
Антон усмехнулся. С одной стороны слова Наташи задели его: несмотря на то, что их связывало в прошлом, она вычеркнула его из своей реальности, а с другой — он испытал облегчение. И этого оказалось поровну.
— И кто же он? — полюбопытствовал Антон.
— Она. Я решила отдохнуть от мужчин. Но знакомить тебя с ней не буду! Не хочу, чтобы ты разбил ей сердце! — торопливо проговорила Наташа и ее глаза заблестели. — Она — моя модель и мое вдохновение. Это все, что тебе нужно знать.
Антон улыбнулся. Он был рад видеть Наташу счастливой. В магазинчик зашла покупательница, и Наташа переключилась на нее. Не желая никого смущать, он вышел на улицу.
Антону снилась тюрьма. Этот сон повторялся почти каждую ночь, и временами он боялся ложиться спать, не желая снова пережить эти страшные эмоции. Ему снилось, что он не может выйти из камеры, хотя дверь была не заперта. Он задыхался, стены давили на него. Прикладывая все силы, он тянул дверь на себя, но она не поддавалась. Камера становилась все меньше, потолок, подобно прессу, спускался вниз — еще мгновение и он будет раздавлен. Внезапно картина менялась, и вместе стен он уже был окружен своими прежними сокамерниками, которые смеялись, и этот смех душил его, оглушал. Он хотел врываться, но у него не вышло. Их голоса сплетались в гул и на этом месте он просыпался.
Резко сев на кровати Антон жадно втянул холодный воздух. Он открывал на ночь окно, чтобы лучше спать, а на улице был мороз. Он поежился, потирая плечи, и взглянул на часы. Четыре утра. Отбросил одеяло и поднялся. Он все еще наделся, что если продолжит изводить себя тренировками, его отпустит. Спустившись в спортзал, он сделал разминку и включил беговую дорожку. В голове всплыли слова Покровского по психологе. Пожалуй, он созрел для этого, ему нужна помощь. Его добровольное заточение подходило к концу, и надо было вернуться в мир бизнеса в полном порядке, а не душевным калекой, который боится спать.
Попросив у Покровского номер телефона психолога, который в свое время помог ему пережить кризис, Антон записался к нему на прием.
Женька сделал пару неуверенных шагов и ухватился руками за стул. Он посмотрел на Антона и улыбнулся.
— У меня получается! — прошептал он. Лицо у него было красное, глаза лихорадочно блестели. Сегодня у него был большой день — он смог сделать первые шаги самостоятельно, и Антон был очень рад за него.
— Это будет лучший подарок на свадьбу твоей сестре, — сказал Антон. Женька рассмеялся и опустился на стул.
— Если бы не все это, не было бы у нее никакой свадьбы! — сказал он и, наклонившись, стал растирать икры ног. — Мы бы жили на старой квартире и перебивались с хлеба на воду! А сейчас… Борис заботится обо мне, словно он мой отец. А я не могу ему полностью поверить. Все жду, когда этот крутой сон закончится и нас выставят за дверь.
— Этого не случится.
— Он нанял мне репетиторов, они каждый день со мной занимаются. Я в жизни столько не учился! — с легким с испугом произнес Женька. — Но мне нравится, это правда. Хотя спать я люблю больше.
— Ты про Гарика что-то слышал?
— А зачем он тебе?
— Просто интересно, как у него дела. Катя с ним ведь не общается теперь?
— Он погиб три месяца назад, — помолчав, сказал Женька. — Катька очень плакала, когда узнала. Даже на похороны хотела пойти, но я отговорил ее.
— Погиб? — Антон нервно облизал пересохшие губы.
— Ну да. Была какая-то разборка, и его зарезали. Тебе, наверное, грустно, ты ведь столько сил вложил в него, — спохватился Женька.
— Да, мне жаль, — машинально произнес Антон и подумал, что на деле Гарик сделал для него даже больше, чем мог себе представить.
— Мы ведь еще будем заниматься?
— Я тебе уже не нужен, — сказал Антон, жестом предлагая Женьке подняться. — Теперь все в твоих руках, впрочем, как и раньше. Ты сам поставил себя на ноги, я только давал направления.
— Когда-нибудь я заработаю миллион и подарю тебе!
— Лучше научись драться, чтобы знать, как защитить себя в случае чего, — сказал Антон. Женька засмеялся и кивнул.
Борис сидел в своем домашнем кабинете и просматривал бумаги. На нем был мягкий белый джемпер, волосы слегка растрепаны. Он был расслаблен и умиротворен. Антону даже показалось, что перед ним человек, которого он еще не знает.
— Ты выглядишь слишком беспечным для завтрашнего события, — сказал Антон. Борис отложил бумаги и посмотрел на него.
— Самое сложное в браке — это вовсе не день свадьбы, — сказал Борис, — а все те дни, что последуют за ним.
— Честно, я не совсем понимаю, зачем тебе это, — признался Антон.
— Кате двадцать, и она хочет белое платье и свадьбу, а я не настолько бодр, чтобы проверять наши отношения, — сказал Борис. — К тому же влюбленный мужчина всегда делает глупости, тебе ли не знать?
— Это в прошлом.
— Это до первой девушки, от которой тебе несет башку. Тебе сейчас кажется, что ты мертвый, но это не так.
— Мне нужна только Таис.
— Ты хотя бы попробовал с кем-то другим замутить? Для настроения что ли? — спросил Борис. Антон покачал головой. Пару раз к нему приезжала в гости Маша и оставалась на ночь, но у них ничего не вышло. Впрочем, он даже не пытался. — Ну и дурак! Она свой выбор сделала, и он не в твою пользу. Чего ты ждешь?
— Себя. Я не хочу кому-то что-то доказывать или доносить до Таис, что у меня и без нее есть личная жизнь. Я буду пробовать, когда пойму, что хочу этого. Сейчас у меня другие желания.
— Такого тебя еще не знаю.
— И я сам с ним еще не очень хорошо знаком, — улыбнулся Антон.
— Позавтракаешь с нами?
— Нет, у меня встреча, — глянув на часы, сказал Антон. — Буду оформлять здание под свой центр. Для меня это сделка века, хотя, казалось бы, ничего нового для меня в этом нет.
— Я желаю тебе удачи. Это не тот бизнес, в котором я бы хотел тебя видеть, но если это дает тебе рост как человеку, я только рад, — сказал Борис.
— Для меня важно помогать другим и чувствовать себя лучше. Я хочу приносить пользу, вкладываться во что-то более ценное, чем ночное веселье. Думаю, когда жизнь лишила меня возможности играть на пианино, она имела в виду именно это, но я продолжил играть, правда, в другую игру. И вот теперь понимаю, что я на своем месте, — сказал Антон. Борис поднялся и, подойдя к нему, протянул руку. Они обменялись рукопожатиями, а потом обнялись. После того как Борис узнал о том, что у Антона был роман с Наташей, их отношения стали более отстраненными. Борису было слишком больно, чтобы идти на сближение, а Антон все еще ощущал вину, чтобы сближаться. Но они давали друг другу шанс на то, что рано или поздно все станет лучше, чем было, и доверие снова вернется.
