Хотя, если подумать, они походили на разумных. Самый крупный командовал остальными, направляя их действия. И регулярно оглядывался по сторонам, выбирая цели. Причём сознание у них, кажется, было не коллективным. Каждый из металлических великанов вёл себя более или менее автономно.

Пытаясь понять, из-за чего меня зацепила эта мысль, я снова ударил воздухом, рассекая поток расплавленной лавы, который хлынул к самому крупному из великанов, что уже по своей высоте превосходил пятнадцатиэтажное здание. Эти сволочи вбирали в себя абсолютно любые металлы, включая медь. Универсальное оружие Защитников в данном случае оказалось полностью бесполезным.

В следующую секунду внизу осело сразу несколько построек, а в моей голове вдруг полыхнуло озарение. Синеглазые использовали белую энергию, чтобы ментально подчинять людей. При этом в качестве инструмента для воздействия выступал голос. Я уже пробовал кинуть каплю зелёной энергии в одного из металлических гигантов. Та прошла насквозь, не задержавшись в его теле, в процессе дав мне ощущение лёгкого контакта с чем-то вроде базовых эмоций. Не более того.

Однако один из великанов только что продемонстрировал признаки наличия разума. А значит, ход, который применяли синеглазые, может сработать. Единственное препятствие — до этого момента я ни разу не экспериментировал с белой энергией в таком формате. Мысли об этом были ещё в Рейкьявике, но тогда возникли очевидные проблемы с подопытными. А потом это просто вылетело из головы. События шли настолько плотно, что было не до размышлений.

— Распадайтесь!

Вопль вышел знатным. Великаны даже остановились на миг, повернув головы и смотря на меня. Как показалось, с выражением лёгкого сочувствия. Так взрослый может смотреть на психующего ребёнка, который стучит по кирпичу маленьким пластмассовым молоточком и орёт, чтобы тот разлетелся на куски.

— Расплавляйтесь! Убирайтесь! Не возвращайтесь!

Не знаю, что именно творилось в голове у Оливера, однако добрая тысяча клонов, которая сейчас возникла в воздухе, принялась скандировать несложную кричалку. Ненадолго введя великанов в самый настоящий ступор.

— Круто я их, босс, да? Я ж всё понял. Психологическая атака. Щас они растеряются, засмущаются, и мы на раз-два всех подрежем!

Каори, что висела в воздухе метрах в десяти от нас, закатила глаза. А приблизившаяся Кремер смерила валлийца взглядом, в котором проскальзывало сочувствие.

— У нас новый план?

Глянув на задавшую вопрос Йоханну, я кивнул.

— Работаем как синеглазые. Голосом.

Немка на секунду застыла, осмысливая слова. Потом брови девушки поползли вверх.

— Думаешь, получится?

— Если Лагов-сан говорит, что выйдет, значит, так оно и есть. Надо просто верить.

Бросив взгляд на гордо задравшую подбородок Окаду, Кремер чуть поморщилась и отлетела в сторону. Я же сконцентрировал белую энергию около голосовых связок и снова проорал команду. Безрезультатно.

Следующие полторы сотни попыток стали такими же. Великаны, число которых выросло до семнадцати, продолжали наступать. Больше не обращая внимания на клонов Оливера, что горланили кричалки, которые становились всё обиднее, и кидались на них. Одна из групп копий валлийца даже изобразила процесс расплавления великана в виде граффити. Для чего превентивно разломала одну из высоток, использовав кусок её стены в качестве своего рода мольберта.

К сожалению, психологические атаки Джейсона пропали втуне. Гиганты продолжали наступление.

Я уже давно сбился со счёта своих попыток и не сильно рассчитывал на результат. Поэтому очень сильно удивился, обнаружив, что после моего крика в воздухе засверкали белые искорки. Ещё больше изумления захлестнуло разум, когда распались слизью два десятка клонов Оливера, висящих в воздухе. Правда, имелась небольшая проблема — великан, который стоял за ними, остался цел.

— Эт чё за френдли фаер, босс? Зачем бьёшь по своим?

Слабо усмехнувшись, я рявкнул снова, стараясь увеличить количество белой энергии, которая использовалась при крике. Ещё раз. И опять. Крики звучали один за другим. С каждым из них в воздух вырывалось всё больше частиц белой энергии. Потом все они возвращались обратно. Как я понимал, эффект воздействия зависел именно от объёма энергии, используемой при команде.

Нужного порога я достиг спустя всего пару минут. Именно тогда великан, который был к нам ближе всех, начал оседать вниз, снова обращаясь в бесформенный металл. Следом рухнули два, которые стояли позади.

Врубив импульс, я рывком оказался над головами оставшейся группы великанов и рявкнул приказ. Сместившись, снова повторил. А потом взмыл вверх, наблюдая за результатом.

Получилось! Вся группа наступающих гигантов растворилась в том металлическом озере, которое плескалось около их ног.

Засветившееся было внутри чувство успеха почти сразу погасло. Где-то в стороне осело ещё одно здание. А на поверхности расплавленного металла, колоссальное количество которого плескалось сейчас около Серебряного Столба, вдруг появились завихрения, напоминающие воронки. Которые стали быстро расти в высоту, постепенно формируя очертания мощных смерчей из расплавленного металла.

* * *

Ирэн Тивольская искренне считала всех остальных пациентов своей семьёй. А Связующую — старшей сестрой, которая приглядывает за всеми остальными. Места для родителей в этой картинке не оставалось. Но оно и неудивительно. Девушка выросла с тётей, которая относилась к ребёнку без особой теплоты.

Гибель Связующей стала шоком. Потерей привычного мира. Это настолько шокировало Ирэн, что, пытаясь добиться ответов, она прикончила медсестру. К сожалению, та сама ничего не знала. Оказалась всего лишь завербованной пустышкой, которая поверила в то, что ей даруют вечность. Зато у Ирэн появилась новая цель. Найти того, кто убил Связующую, и вернуть ему всю свою боль. В многократном размере. Так, чтобы тот наверняка понял, насколько сильную ошибку допустил.

После этого она хотела отыскать человека, который организовал клинику «Сад Счастья». По словам медсестры, он до сих пор оставался в Японии. Это его голос был на аудиозаписях, которые те прослушивали. Его же слушали все пациенты, нередко засыпая под аудио с его рассказом о будущем. До момента, когда Ирэн нашла эти самые аудиозаписи среди вещей медсестры, девушка про это даже не помнила. Теперь же была полна ярости и решимости отыскать ублюдка, свернув ему голову. Он обещал им счастье в вечности, а вместо этого обеспечил боль и смерть. За такое тварь должна была заплатить кровью.

Долгое время обе эти цели оставались иллюзорными. Как бы ни хотелось девушке нанести удар, ей не хватало квалификации. Знания, как именно это лучше сделать. Обе способности, что достались ей, были полностью уникальны. Проблемой было иное — неуверенность самой девушки. Раньше вся её жизнь была выстроена вокруг той семьи, что она обрела в «Саду Счастья». Теперь, когда всё это исчезло, она чувствовала страх и растерянность. Целыми днями сидя в арендованной квартире и тратя деньги, которые нашла у медсестры, на доставку и ящики пива.

Так продолжалось вплоть до того момента, как ей встретился ОН. Человек, который смог показать путь в будущее. Убедил её. Дал ощущение близости. Нет, они не переспали. Хотя, пожелай он этого, Ирэн точно бы не отказалась. Однако само наличие человека, который знал о ней всё и при этом считал полностью нормальной, уже казалось девушке чудом. Тем более его цели совпадали с её собственными. Он хотел остановить Корпус, который, по его словам, станет причиной гибели человечества. И уничтожить того, кто создал клинику «Сад Счастья». Назвав его первопричиной всех проблем и ключом к будущему.

Именно поэтому сейчас Ирэн стояла на крыше здания напротив штаб-квартиры Федерации Защитников Японии. За время, прошедшее со встречи с НИМ, девушка поднялась до ранга «дельта». Став таковой всего за один поход на ту сторону. Из-за чего была уверена — её призрачного двойника не сможет обнаружить никто на этой планете. Равно как и отыскать её саму. Даже этот жалкий самодовольный канадец, который повсюду таскается за русским убийцей. Ничтожная сволочь даже не подозревает, что она смотрит на него прямо сейчас. Как раз отдаёт распоряжения и пытается понять, что не так с япошкой. Ну ничего. Пусть и дальше ломает голову. Главное, чтобы оставался рядом, когда закончится процесс.