В какой-то момент Лагов вдруг окутался тем же белым барьером, который использовал для прыжка в Изумрудном мире. Следом закрутил вокруг себя красный вихрь. Опустил копьё, сжимая его обеими руками, и с колоссальной скоростью рванул вперёд. Окада была «дзетой», но сейчас не смогла уловить даже тени его движения. Скорее всего, Константин использовал импульс, позволяющий ему ускориться ещё больше. Становясь незаметным даже для её класса.

Миг — и голова великана плеснула в разные стороны фонтанами расплавленного металла. А в полусотне метров позади него притормозил Лагов. К счастью, полностью целый и продолжающий держать в руках копьё. На секунду Окаде показалось, что решение может быть эффективным. Потому что голова назад не соберётся, а за следующие несколько ударов Константин вполне может развалить великана на части.

Ожидания не оправдались — спустя мгновение гигантский череп полностью восстановился, а противник начал поворачиваться назад, будто пытаясь рассмотреть обидчика. Сама же Каори увидела вещь, которая заставила девушку вскрикнуть. Из расплавленного озера вокруг Серебряного Столба поднимались новые человекоподобные фигуры. В этот раз сразу три.

* * *

Франсуа прибыл в Токио заранее. Задолго до того времени, после которого должен был перестать дышать Рё Ёсида. Конечно, если верить заявлению «регрессора».

Встретили канадца максимально радушно. Правда, сам бы он предпочёл быть сейчас в Париже, вместе со всеми остальными. Но что такое командная работа, уроженец Квебека знал и подводить шефа не собирался. Тем более в Токио ему нравилось. Пусть даже эмоции японцев не всегда были позитивны. Для них он всё же оставался белым варваром и иностранцем. Человеком, априори стоящим ниже островной нации.

Возможно, эти парни проиграли Вторую мировую войну, но вот предрассудки, укоренённые в головах, будут жить ещё долго. Тем не менее большинство жителей островного государства визиту Лебуа были рады. Некоторые представительницы женского пола настолько, что в иных обстоятельствах мужчина был бы совсем не против на них отвлечься. Например, попросить показать утренний вид из окна их спальни.

Но прямо сейчас у него имелось важное задание, которое канадец собирался выполнить, — не допустить гибели главы Федерации Защитников Японии. Из-за чего прямо сейчас находился вместе с Рё Ёсидой в штаб-квартире этой самой Федерации. Где оба смотрели прямую трансляцию из Парижа, которую вёл один из местных телеканалов. Съёмочная группа находилась на вертолёте, что нарезал круги вокруг Серебряного Столба.

В первые секунды Франсуа показалось, что справиться с ситуацией будет не так сложно. Тем более там был сам Лагов. Расплавленный металл, пусть и выглядел опасно, но сделать с ним можно было много всего. Однако по мере развития событий стало ясно, что конкретно этот металл не так уж и прост. Как бы его ни пытались вернуть в прежнее состояние, тот успешно сопротивлялся. Тогда как воздействие ширилось всё дальше и дальше.

После того как рядом со Столбом выросла гигантская фигура великана, Лебуа окончательно понял — бой будет одним из самых сложных.

Единственное, чего он не понимал, — почему шеф до сих пор не использовал медь. После всего случившегося первое, что делал любой Защитник при столкновении с неизвестным, — пытался понять, не сдохнет ли это нечто после контакта с медным порошком. Либо, в некоторых случаях, с медными пулями. Тем не менее Константин пока даже не пытался провернуть нечто подобное. Зато пошёл на таран, разнеся половину громадной головы. Правда, без особых результатов. Великан тут же собрался обратно и ринулся на Константина. А около Серебряного Столба поднялись сразу три фигуры его собратьев. Пониже ростом и не таких широкоплечих, но тоже громадных.

В этот момент завибрировал телефон, и Франсуа недовольно поморщился, оттолкнув его чуть подальше. Лишь через секунду осознав — если он услышал сигнал, значит, сообщение отправил кто-то из находящихся в списке исключений. Все прочие оповещения проходили бесшумно. Поэтому уроженец Квебека протянул руку, разблокировал телефон и клацнул по уведомлению.

Им оказалось послание от контакта со стороны Штатов. Тот ставил Франсуа в известность о первом крупном прорыве в поисках «регрессора». Они нашли его фотографию. Объект случайно попал на запись видеорегистратора одного из автомобилей в момент, когда не был прикрыт оптической иллюзией. Его уже опознали все пятеро выживших сотрудников фирмы, а сводная следственная группа установила личность. Прямо сейчас американцы занимались отслеживанием всей активности данной личности, пытаясь понять, где он может находиться.

Заканчивалось всё это словами о том, что Штаты были бы признательны, приди Франсуа им на помощь после того, как местоположение цели будет окончательно установлено. Причём озвучено было в таких оборотах, как будто поиск этого парня был их собственной инициативой, а не результатом действий Корпуса.

Для начала Лебуа продублировал это сообщение Дмитрию. Лагову сейчас точно было не до того. Но как минимум требовалось поставить в известность главу гражданского сегмента Корпуса. Потом канадец принялся набирать ответ. Но не успел набрать и пары предложений, как рядом послышались изумлённые восклицания.

Рё Ёсида. Японец, что только что взирал на битву в Париже, вдруг опустил голову на стол, замерев в такой неудобной позе.

— Ещё ведь не время! Что происходит?

Проигнорировав крик одного из Защитников, который находился в комнате, Франсуа одним прыжком перемахнул стол, оказавшись рядом с японцем. Повёл взглядом вокруг, пытаясь отыскать чужой менос. Никого. Мог кто-то подобраться, пока он читал сообщение? Маловероятно. Тем более они в здании штаб-квартиры. Вокруг десятки Защитников, все окна и двери заперты. Противнику, даже прикрытому мощнейшей оптической иллюзией, банально не пройти без повреждения стен или окон. Разве что он сквозь них просочился.

Скрипнув зубами, Франсуа опустил взгляд на Ёсиду. Глава Федерации был ещё жив. Его сердце билось, гоняя по венам кровь, а головной мозг продолжал работать. На первый взгляд вовсе могло показаться, что он попросту спит. Если бы не одна маленькая деталь, которую канадец видел при помощи своей способности. Где-то в районе грудной клетки имелась небольшая клякса, что постепенно расширялась во все стороны. Пространство, внутри которого разрушался сам менос.

* * *

Мы перепробовали всё, так и не поняв, как можно уничтожить врагов. Как можно хотя бы сдержать противника. Я мог технически отсечь расплавленный металл от Серебряного Столба. Только на сам процесс это никак не влияло, а лишь переносило сборку новых противников за пределы барьера. Тогда как сдерживать тех, что находились внутри, было очень сложно.

Выстроенный из чистого прессованного воздуха купол великаны без особых проблем проламывали. Вернее, пробивались сквозь него, проходя сквозь воздух, как терминатор через решётку. Для того чтобы их удержать, нужно было непрерывно концентрироваться. Только так можно было создать многослойный барьер, в котором было бы несколько десятков уровней защиты. Пробиться через такой у этих исполинов не выходило. Особенно если наносить встречные локальные удары. Но это было совсем не то, что требовалось.

При этом я то и дело замечал искры цветной энергии, которые мелькали в расплавленном металле. В этот раз они были оранжевыми. Очередное несовпадение. Уже пятое по счёту. Когда мы разделаемся с этой проблемой, аналитикам будет на чём поломать голову. При условии, что победа всё же останется за нами.

— Мир будет наш!

Я вздрогнул. Рёв самого громадного из великанов прозвучал абсолютно неожиданно. Вот уж чего я не предполагал, так это услышать, как один из них разговаривает.