Спустя несколько часов я понял, что мы перепробовали всё, что было возможно и немного устали. Как бы ни воодушевляли новые способности, после усвоения нового типа энергии всё равно оставалась отдача в плане усталости. Если уж её чувствовал даже я, то всех остальных она должна была накрыть ещё сильнее. Поэтому мы вернулись в отель, где мне пришлось выдержать ещё один церемониальный раунд, на этот раз посвящённый прощанию. Рё Ёсида, Пак Джин Хо и Го Бинь поочерёдно прощались со мной, стараясь продемонстрировать тесные отношения с главой Корпуса на глазах своих друзей-соседей. Что было несколько утомительно. Радовало, что Виджай ограничился кивком головы и пожатой рукой. Ну и обещание не подвести ещё озвучил.
Когда они удалились я перешёл к вопросам кадрового характера. Не зря ведь здесь собралось такое количество людей, которые обрели способность чувствовать чужие эмоции. Одновременно с этим максимально лояльных как Корпусу в целом, так и мне лично.
Первым своё новое назначение получил Дапо Ошоди. Лагосец, которому когда-то отсёк обе ноги Марков, отправлялся в Южную Африку. Командовать местным отделением Корпуса, которое должен был заново создать на месте. Молодой мужчина, которого привела Василина, должен был вылететь в Штаты, став главой американского отделения. В Мексику отправлялся второй номер Гвоздарёва. С той же самой задачей и теми же полномочиями.
Сам бывший капитан по возвращении должен был переместиться в Париж. Именно там отныне должна была размещаться штаб-квартира европейского отделения Корпуса. Я счёл, что так им будет намного удобнее контролировать Серебряный Столб. Тем более от парижского отделения остались лишь жалкие ошмётки, среди которых было сложно подобрать кандидата на руководящую должность. После своего прибытия Гвоздарёв должен был проверить их при помощи новой способности и интегрировать в создаваемую структуру.
Как быть с Конгрегацией Защитников, глава которой уже несколько раз пытался договориться с Дмитрием о переговорах и заверяла в своей полной лояльности, я пока не решил. С одной стороны, крупные конфликты между Защитниками разворачивать не хотелось. Равно как и подавать остальным пример. Но при этом спускать с рук подобное поведение тоже казалось неправильным. Никто не станет подчиняться тем, кто хотя бы раз продемонстрировал свою слабость.
Ещё имелась третья опция — пока мне было некого туда отправить. В процессе всего этого бюрократического распределения пришло сообщение от Франсуа. Защитник, который, на его взгляд, вероятно являлся тем самым «регрессором», ушёл внутрь Синего Столба. Из-за чего канадец жалобным тоном излагал, что вынужден висеть над синим колоссом и непрерывно отслеживать всех, кто его покидает.
Учитывая его ранг и близкую к уникальной способность, Лебуа был единственным человеком, способным гарантированно обнаружить противника под оптической иллюзией. Поэтому в Бразилию он сможет отправиться только после того, как разберётся с этой задачей. А единственной альтернативой самому Лебуа был мой личный визит. Во всех остальных случаях у Конгрегации будет соблазн оказать сопротивление, что наверняка выльется в большое количество убитых и раненых Защитников. Уж точно не повысив рейтинги Корпуса в глазах населения.
Что до вторых номеров Прескотт и Фэншоу-Коул, оба они оставались на территории Британии. С тем, чтобы помогать своим лидерам и обеспечивать их собственный надёжный тыл. Точно такая же задача стояла перед вторым номером Елисеева.
За следующие два часа из аэропорта Хитроу вылетела целая группа бизнес-джетов разного класса, что направлялись в разные стороны. Единственными, кто остался в Великобритании, были я сам и трое Защитников, которые почти официально относились к моей личной команде. Ещё чуть в стороне стояла Лавиния Фэншоу-Коул, каждые несколько секунд стреляя в нашу сторону глазами и пытаясь понять, как быть дальше. Здесь же был второй номер Прескотт. Сама Тесса, загрузившись в бизнес-джет с Елисеевым, улетела вместе с генералом. Заявив, что ситуация на территории Британии стабильна, а если даже у какого-то безумца появится мысль её расшатать, справятся и без неё. Тогда как сама блондинка заслужила небольшой отпуск.
Что до моих подозрений по поводу английской аристократки — они подтвердились. Когда мы двинулись к Золотому Столбу, Лавиния устремилась следом. Заявив, что не собирается оставаться одна и вообще «нам нужно поговорить». Услышав эту фразу, Кремер с Окадой скептически переглянулись, а я пожал плечами и потянулся к маяку, который мы установили на самой границе Золотой саванны. Ещё до того, как обнаружили самое первое стадо «бизонов».
Глава IX
Назад в Сеул Пак Джин Хо вернулся преисполненным сил. Во-первых, новая способность позволяла крайне эффективно отсеивать неподходящих кандидатов. А во-вторых, что куда более важно, демонстрировала уровень доверия со стороны Лагова. Тот самый, на который глава Лиги Защитников Кореи изначально рассчитывал. Командующий Корпусом однозначно дал понять — главы трёх азиатских структур с его точки зрения занимают точно такое же положение, как и ближайшие соратники внутри самого Корпуса.
Это радовало не только из-за того, что при таком раскладе Лига Защитников окончательно становилась привилегированной организацией. Подобный расклад доказывал, что Лагов адекватен и рационален. А ещё — в нём отсутствует та безудержная тяга к власти, которая заставляла слишком многих людей в человеческой истории любой ценой цепляться за своё место. Чаще всего заканчивая весьма плачевным образом.
Недавний анализ эмоций Константина это тоже подтвердил. Хотя Пак Джин Хо предпочитал доверять действиям, а не собственным ощущениям, пусть даже обеспеченным способностью Защитника. Тем более что у главы Корпуса она была точно такая же, а по рангу он сильно обгонял корейца. Неизвестно, какие ещё грани открывались у этой способности, когда ты достигал седьмого ранга. Не говоря уже о наличии в организме Лагова белой и красной энергии. Джин Хо до сих пор помнил, как тот ринулся на самого настоящего монстра, буквально пышущего силой, и уложил того одним ударом копья. Благополучно выдержав встречный удар когтями. На взгляд главы Лиги, любого другого Защитника тот разорвал бы надвое. Но белое сияние, что окружало Лагова, лишь оттолкнуло лапу гигантского хищника назад.
Правда, теперь носителем странной энергии, пусть и красного цвета, стал сам Пак Джин Хо. Хотя за некоторые обстоятельства её получения корейцу до сих пор было стыдно. Не в том он был возрасте, чтобы выкидывать такие безумные фокусы. Хотя, с другой стороны, он бы не сказал, что очень сильно об этом сожалел. Да и телефон француженки, которая встретилась ему на улицах Лондона, записал, возможно, не зря. Сейчас, на подлёте к Сеулу, ему казалось, что, может быть имеет смысл ей написать. Хотя бы просто поинтересоваться, как она.
Тем более Корея праздновала победу над синеглазыми. А Лига стремительно восстанавливала свои позиции. Набирая новичков и возвращая былую популярность в обществе. Косвенным выгодоприобретателем оказался и президент республики. Джин Хо был уверен, что в процессе кризиса глава государства бесчисленное множество раз пожалел о том, что назвал Лигу своим собственным детищем.
Зато теперь, когда всё закончилось в их пользу, президент использовал эти слова для укрепления и обеления собственной репутации. Раздавая интервью, в которых утверждал, что все его нападки на Корпус были лишь маскировкой. Нацеленной на то, чтобы избежать взятия под контроль синеглазыми либо смерти. Что тут сказать? Человек, возглавляющий Корею, был ловким политиком, прошедшим через множество кампаний. Прекрасно зная, как выкручиваться из той или иной ситуации. Включая даже такие.
Что до самой Лиги — у Пак Джин Хо имелось несколько тысяч заявок на вступление. А пока он был в Золотом мире, группа Защитников успешно добралась до Пхеньяна и объявила там о развёртывании нового офиса Лиги. Препятствовать им северяне не рискнули. А вот к Лиге хлынул поток желающих записаться. Армия и спецслужбы севера сначала пытались им помешать, проводя аресты, запирая в домах, а в некоторых случаях открывая огонь на поражение. Но стоило Защитникам провести всего один показательный рейд, как всё это моментально закончилось.
