- Как?

- Пока не знаю… Вы в курсе, где милиция нашла Юсуповых?

- В машине…

- А машину где?

- Там, в поле… Километрах в трех отсюда. Где заброшенное хозяйство.

- Ваш муж туда ездил?

- Не знаю… Наверное.

- Наверное?

- Они с Юусуповыми иногда куда-то уезжали. Я спрашивала куда, а Марат шутил, что «в банк». И у него потом часто кроссовки были грязные. Он их чистил и ругался на этот навоз, и что уедет туда где говна поменьше.

- А там, значит, говна много?

- Да. Там коровники стояли.

- Ясно… Ладно… Это уже что-то… Спасибо за содержательную беседу — я пойду.

- Да как вы так пойдете-то? Давайте я вас покормлю! Гость все таки. И Денису соберу…

- Денис скоро сам прибежит. Ему, на сегодня, больничный дали.

- А чего-ж не пришел до сих пор?

- Отсыпается поди. Если что, вы ему про упыря не говорите. И про дупло с куклой тоже. Поняли?

- Да что я — совсем глупая?

- Я на всякий случай. Профессиональная деформация. Солдаты, они ведь как дети… Только хер большой и автомат настоящий. Все надо по сто раз и подробно разжевывать…

Марина, до того все еще грустная и зареванная, улыбнулась шутке и пошла хлопотать на кухне.

***

Ротный ковырял выбитую Тарасовым дверь. Он давно хотел сбегать к Маринке и рассказать обо всем, но не мог оставить квартиру на распашку. Не то чтобы тут воровали, просто, после случившегося, к безопасности стоило отнестись серьезнее. Вернувшийся Старшина, застав его в «позе бедуина собирающего трюфеля» и пытающегося понять, почему засов замка не хочет попадать куда надо, сунул страдальцу авоську.

- На, поешь и дай человеку у которого руки растут из правильного места сделать все как надо…

- Тем более, что это ты её и вынес…

- Ну, не был бы ты таким хлюпиком, не пришлось бы ломать ничего.

- Кто хлюпик?!

- Мужик тебе по третью пуговицу был!

- И чо! Ты бы там был, ты бы так не говорил!

- А я там был, если помнишь.

- И тоже летал по всей хате.

- Я, просто, не проснулся толком. Как проснулся — он у меня батарею обнял. Ты, кстати, следи за ней. Зимой потечь может…

Ротный хотел что-то ответить, но не придумал, что именно и, возмущенно попыхтев, заглянул в авоську.

- Это откуда?

- От Марины.

- В смысле?

- В прямом… Ходил я к ней.

- Зачем?

- Денис — ты совсем дурак? Если этот Марат тебя задушить пытался, за то что ты к его жене ходишь, то первое, о чем надо было подумать — не наведался ли он к ней тоже?

- Бля… - Ротный аж переменился в лице, - С ней все в порядке?

- Да. Но вот почему я об этом думаю, а ты нет — это хороший вопрос…

- Да я просто того…

- Ты не передо мной оправдывайся… И что ты, еб твою мать, тут наделал?

Старшина потыкал в косяк.

- Накладку на место прикрутил…

- На место, но вверх ногами! Блин — парень то, вроде, деревенский, должен уметь если не головой, то руками работать?

- Да я вообще первый раз с замками дело имею…

- Дай сюда отвертку…

- На… - Ротный покорно отдал инструмент, - То есть он к ней не заходил?

- Нет.

- А если зайдет?

- Хороший вопрос.

- И че делать?

- Найти его.

- А потом?

Тарасов не ответил, сосредоточенно крутя шурупы. Потом несколько раз закрыл и открыл дверь, чтобы убедиться, что все работает. Ротный все это время топтался рядом.

- Все… Ты сегодня болезный?

- Ну вроде как…

- Тогда дуй к Маринке и банки не забудь.

- Ну так что с этим Маратом делать будем?

- А я пока подумаю, что с ним можно сделать…

- Ладно… Спасибо, Иваныч… Я чет туплю в последнее время.

- Осознание болезни — первый шаг к исцелению.

- Че?

- Ниче… Философствую на полставки.

Спровадив Ротного, Старшина заперся в квартире, задернул шторы и достал из тайничка в вентиляции трофейный обрез. Надев матерчатые перчатки и стараясь не лапать гильзы, он выковырял из них дробь и снарядил уже испытанным зимой составом. Осина росла прям за ДОСом. Насколько хорошо она действовала против упырей Тарасов не знал, но раз рассказы о том, что они не могут зайти в дом без приглашения верны то, глядишь, и это правда. В любом случае, кол в груди никому еще здоровья не добавил. Теперь надо было разжиться топливом. Бензин — это хорошо, но он был в части «жидкой валютой» наряду с водкой, так что просто так его хер достанешь. А вот отработка… Бочки с отработкой стояли в дальнем углу автопарка возле мастерской. Тарасов поймал чумазого автослесаря-сверхсрочника и сунув ему пятилитровые баклаги из-под дешевого пива, как бы между прочим попросил нацедить отработанного масла.

- Вам зачем столько?

- Ты слышал, что вчера приключилось?

- Ага… Старлея кто-то удавить пытался за то, что он к чужой бабе ходит.

- Именно…

«Сверчок» два раза моргнул не понимая, как это связано с потребностью Старшины в отработке.

- Ну че мигаешь? Как ты думаешь, этот упырь сюда попал?

- Как?

- Кверху каком. У нас забор вокруг части — как старые трусы. Дыра на дыре. Половина столбов покосилась, половина сгнила. Кто хочет заходи, кто хочет — выходи. Надо менять. А, прежде, пропитать, чтобы снова не сгнили. Хотя бы вкопанную часть. Вот хочу на какой-нибудь деревяхе попробовать народное средство.

- А! Ну да — я тоже слышал, что отработка от гнили — первое дело…

Взяв баклашки, сверхсрочник начал обрезком банки наливать в них масло. За этим делом их застукал Зампотех, обладавший сверхъестественным чутьем на присутсвие посторонних в его хозяйстве.

- Че делаем, зачем масло?

- Деревяхи пропитывать. Хочу попробовать, как работает.

- А! Ну ладно… - покрутившись вокруг и убедившись, что Тарасов не прихватил ничего кроме отработки, Зампотех кивнул, - Ты, только, дома ничего не пропитывай… Вредно.

- Я знаю… Я столбы хочу. Нижнюю часть. Но, сперва, надо попробовать. У вас, если что, её же много?

- Много-не много — сколько надо?

- Да, пока не считал. Сейчас проведу эксперимент. Если будет удачным, столбы прям сюда притащим и в бочку поставим. Вы же не против?

- Какие столбы?

- Да, опосля вчерашнего, спохватились забор латать, - пояснил сверхсрочник, - Давно пора, как по мне.

- Почему я не слышал? - возмутился Зампотех, - Это же машину надо, топливо, водителя.

- Да пока еще до этого дойдет… - отмахнулся Старшина, понимая, что дотошный Зампотех может развить слишком бурную деятельность, - Пока прикинем все, пока посчитаем, пока вот, технологию отработаем.

- Сколько? Месяц? Два?

- Где-то так плюс-минус.

- Ясно…

Зампотех, прикидывая что-то в уме, удалился. Тарасов взял баклаги, тщательно обтер их чтобы не угваздаться и поволок к себе. Растворитель был страшным дефицитом, но Тарасов пожертвовал несколько бутылок. Долив в отработку, он тщательно размешал получившуюся смесь, плотно закрутил пробки и сложил баклаги в сумку к остальному снаряжению. Ребра болели и больше всего ему хотелось лечь и лежать, но надо было встать и бежать. Перемотавшись эластичным бинтом и закинувшись обезболивающим, Старшина побежал. Прогулявшись вдоль опушки, он уселся передохнуть и, достав бинокль, начал разглядывать остовы коровников основательно ободранные местными на стройматериалы. С одной стороны, прятать что-то внутри было рискованно — уж больно часто туда кто-то наведывался. С другой — развалины зданий хорошо скрывали от чужих глаз? а вокруг поле. Незаметно не подберешься. И от деревни недалеко.