— Могли и не расшифровывать, — нахмурился мужчина, — я не настолько невежественен, чтобы не знать такие вещи. Поверьте, я не разбрасываюсь такими предложениями, и многие мечтали бы оказаться на Вашем месте. И первым делом, я помогу Фролову!

— А разве он нуждается в помощи? — удивился юноша.

— Очень! — усмехнулся личный помощник Президента, — пока он болел, и многие были уверены, что он не выкарабкается, его дела сильно пошатнулись. Сами ему позвоните и узнайте. Я знаю, кто интригует против него, и одно мое слово и это прекратится немедленно. И это только одна мелкая услуга. Вам не построить свою фармацевтическую империю без поддержки влиятельных людей во власти! Решайте!

— Хорошо, — кивнул зумер, — но Ваш сын должен будет приехать в поместье Фроловых, стать на колени перед Анной и просить у него прощения. Если она его простит, я постараюсь помочь! О чем я сразу предупреждаю. Стремительное старение Вашего сына остановится. Если он находится на этапе «выпадения волос и морщин», он останется внешне старым, но процесс увядания внутренних органов (сердца и мозга) прекратится. Проведенное лечение его не омолодит. Если процесс успел уничтожить нейроны мозга или превратить ткань сердца в старческий рубец, эти изменения останутся навсегда. Ваш сын может может выжить, но остаться с седыми волосами или старческим тремором рук, что станет визуальным напоминанием ему о пережитом.

— Согласен, давайте же начнем! — нетерпеливо предложил Потапов.

— Сначала звонок отцу Анны, — ответил Виктор и стал набирать номер.

— Здравствуйте, Петр Алексеевич, — поздоровался он с олигархом, — как там Аня.

— Рад тебя слышать, Виктор, — услышал он радостный голос мужчины, — совсем ты о нас забыл. Аня грустит, но пишет большую новую картину. И ждет твоего возвращения!

— Петр Алексеевич, у Вас сейчас есть большие проблемы на Вашей фирме? — спросил юноша.

— А ты откуда это знаешь? — упавшим голосом произнес отец Анны.

— Рядом со мной стоит человек, который обещает решит все Ваши проблемы, — произнес зумер.

— Это кто? — удивился мужчина.

— Ваше слово, товарищ маузер, — и Виктор протянул смартфон Потапову.

— Здравствуйте Петр Алексеевич, это Александр Глебович, — взял трубку отец насильника, — на Вас наезжает клан Гавриловых. Если мы сейчас договоримся, они сегодня же от Вас отстанут.

— Меньше всего я ожидал услышать Вас. И о чем мы должны договориться? — холодно спросил Фролов.

— Мой сын умирает. И я уверен, что Вы об этом знаете. Мы с ним приедем, он встанет на колени перед Анной и будет просить у нее прощение. Очень прошу Вас попросить ее, чтобы она простила его. Он сильно изменился. Мы создаем фонд помощи жертвам сексуального насилия, и попытаемся хоть частично компенсировать тот вред, который он причинил своим жертвам. А я возьму под свою протекцию Виктора, и помогу Вам. Прошу Вас, — попросил Потапов.

— Можно мне Виктора? — ответил отец Анны.

— Вас, — и личный помощник Президента вернул трубку зумеру.

— Виктор, — услышал он голос Фролова, — это как понимать? Как он на тебя вышел?

— Я все расскажу. Мне нужно услышать Ваше решение. Если Вы откажитесь, я ему тоже откажу. Если согласитесь, мы приедем, он попросит прощения, если Анна его простит, мы попытаемся его вылечить. Разместим его в Вашей бывшей палате, — доложил Виктор.

— А если он потом снова возьмется за старое? Горбатого могила исправит! — засомневался отец девушки.

— Не возьмется, это обещает его отец, и я тоже об этом позабочусь! Решайте, — предложил юноша.

— Хорошо, надеюсь мы не пожалеем потом о своем гуманизме. Приезжайте, я поговорю с Анной! Ждем вас, и будь, пожалуйста, осторожен, — попросил Фролов.

— Он согласен, — произнес зумер.

— Отлично! — обрадовался Потапов, — какие наши действия сейчас?

— Первое. Звоните этим Гавриловым и отмените их атаку на фирму Фролова, — сказал Виктор.

— Ладно, — кивнул мужчина и вытащив смартфон набрал номер. На глазах он преобразился. Перед юношей был не смятенный потерянный человек, а снова властный представитель правящей элиты, который привык повелевать и отдавать приказы.

— Это Потапов. Узнали? Хорошо! Вы должны немедленно прекратить все атаки на фирму Фролова. Почему? Вы забыли с кем говорите? Потому, что я так сказал! Если Вы этого не сделайте, то я сразу сделаю другой звонок, и вот тогда Вы сильно пожалеете, что не выполнили сразу мое поручение. Есть какие-то вопросы еще? Нет, остальные ваши игры меня не волнуют. Только фирма Фролова. Сразу позвоните ему! И я все проверю! До свидания! — он отключил телефон, — ну вот, сейчас отстирает свои штаны, и все сделает. Что делаем дальше?

— Теперь так. Вы едете домой и забирайте Вашего сына. Потом приедете к усадьбе Фроловых и будете ждать меня там. Сами не заходите. А я отъеду, мне нужно кое с кем повидаться, и тоже приеду туда. Ждите меня там. И еще, перечислите двести миллионов рублей в качестве благотворительного взноса на счет фирмы «Хронолизин», — произнес Виктор, — вроде бы все. До встречи.

Он кивнул отцу насильника и сев в машину, поехал к фармацевту. Тот его уже ждал на крыльце своего дома.

— Чего так долго? — проворчал старик. Юноша быстро рассказал ему о происшествии на дороге и своем обещании.

— У меня не было другого выхода, — вздохнул он.

— Ты все правильно сделал! — одобрил его фармацевт, — не нужно брать лишний раз грех убийства на себя.

— Но как мы его вылечим? Мы же не планировали это! — вздохнул зумер.

— Ну может быть кто-то и не планировал, а я таки да! — с гордостью ответил профессор.

— И как мы это сделаем? — воодушевился Виктор.

— Не мы! А я, но твоими руками, — заявил тщеславный старик, - мы, смотри какой шустрый! Слушая и запоминай. Нужно решить две задачи. Первая, нейтрализация Хронолизина, чтобы остановить процессы апоптоза. И вторая, нейтрализация уже активированных каспаз.

— Диктуйте, я запишу на диктофон телефона, — попросил юноша.

— Значит так, слушай. Первое, что нужно сделать, это обезвредить «бомбу» в виде введенного ему «Эритроцида». Для этого нужно очистить его кровь. Просто заблокировать каспазы мало, ведь в крови все еще плавают миллионы эритроцитов, заряженных Хронолизином. Они продолжают лопаться и выбрасывать новые порции гормона смерти. Упыря необходимо подключить к аппарату плазмафереза или гемодиализа со специальным сорбентом. Кровь прогоняют через фильтр, который улавливает поврежденные эритроциты с нанопорами и нейтрализует Хронолизин прямо в крови.

— Где же мы вы возьмем такие фильтры? — спросил зумер.

— Ясно где, у меня, конечно, идем! — они спустились в лабораторию. Там профессор вынул несколько пластиковых кассет в которых было что-то типа ваты.

— Значит так, слушай меня внимательно, — начал Константин Сергеевич, — нужно пропустить кровь этого урода через вот эти фильтры. На волокнах в этих фильтрах зафиксированы два типа антител. Первый ловит и задерживает эритроциты, заряженные Хронолизином, очищая от них кровь. А второй тип антител задерживает сам гормон смерти. И кровь полностью очистится от того, что мы ему ввели.

— А что с каспазами? — уточнил юноша.

— А для этого ты ему введешь после очистки крови противоядие (ингибитор каспаз)! И тут нужно спешить, это будет буквальная гонка со временем, где каждый час на счету, ведь разрушенные каспазами клетки вернуть уже невозможно, но можно спасти оставшиеся. Как работает противоядие. Это двухступенчатая система. В медицине существуют экспериментальные вещества, блокирующие каспазы (например, Emricasan или пептидные ингибиторы вроде Z-VAD-FMK). Я их объединил их в единый препарат, который назвал «Каспастатин». Он состоит из ингибитора, который намертво блокирует активные каспазы в тканях. Он связывается с их активным центром, и ферменты-убийцы больше не могут резать белки клеток. Туда же входят моноклинальные антитела, которые тоже нейтрализуют каспазы. И завершающим аккордом будет введение в очищенную кровь моноклинальных антител против Хронолизина, — закончил свой инструктаж фармацевт, — вот тебе «Каспастатин» и антитела, и смотри, не перепутай! — протянул ему флаконы профессор.