Богдан Филов. Я объяснил ему (т. е. Альтенбургу, посланнику Гитлера. — В. А.), что в результате событий на Восточном фронте коммунистическая деятельность усилилась, однако коммунистической опасности у нас нет, поскольку в конце концов полиция и армия успешно справятся с партизанскими бандами. (Запись в дневнике, 4 марта 1944 года.)

Дочо Христов (речь в Габрово). Болгарский крестьянин — прекрасный человек. Он готов сделать все для своего государства. Он дает зерно и шерсть (говорит, почти как об овце. — В. А.), смиряется с реквизициями и тяготами военной службы... Болгарский рабочий, с другой стороны, тоже не имеет неудовлетворенных устремлений. Он хочет, чтобы его потребности были удовлетворены. (Вы что-нибудь понимаете? Я — нет! — В. А.)

Софийский областной директор. Собрано очень мало зерновых продуктов, фуража, подсолнечника, свиного жира, сена и соломы. (Доклад 15 февраля 1944 года.)

В. А. Поскольку директор не говорит, имеет ли рабочий «неудовлетворенные устремления», нам придется заглянуть хотя бы в один номер «Бюллетеня»: в Софии борьбу ведут рабочие типографий Немечека, «Мир», «Культура», университетской, Драгиева; текстильщики фабрик «Лондон», «Хлопок»; меховщики-швейники мастерских Влайкова, «Объединенная Болгария», «Святой Илья», «Эскимос» и др. (И подумайте только, сколь знаменательна во многих отношениях эта приписка: «За меховщиками-швейниками есть, однако, один грех, и немалый. Они работают на германскую армию и, соблазненные высокой сдельной оплатой, не сделали почти ничего, чтобы кожухи не отправлялись немцам или, если отправляются, чтобы были негодны. Они не организовали актов саботажа.)

Новоиспеченный миллионер (поставщик кожухов для гитлеровской армии. Заявление в прессе). Много банкнот! Я построил трехэтажный дом со служебными постройками на улице Мизия, в доме номер 6. Забыл построить и склад для денег, для этих... банкнот.

Журналист. Подковы и гвозди для них нормируются. («Зора», 5 марта 1944 года.)

Богдан Филов. Божилов сообщает еще об одном требовании немцев — импортировать для переработки у нас тысячу свиней... Божилов, имея в виду сомнительную репутацию лица, которое будет импортировать свиней (это — немец, ходатайство было поддержано главным интендантом Беневицем. — В. А.), выражает опасение, будто это делается, чтобы замаскировать вывоз из нашей страны значительно большего количества сырья. (Из дневника, 8 марта 1944 года.)

Гитлеровский разведчик. С сентября 1943 года по 15 февраля 1944 года в Болгарии было отмечено 1204 акта саботажа и террора... Соответствующие болгарские власти не в состоянии справиться с этим... Растет число нападений на поезда, причем в ряде случаев ущерб был значительным. Как и прежде, деятельность саботажников можно охарактеризовать как весьма устойчивую.

Автор «Хроники». С 1 января по 24 марта 1944 года, по данным полиции, в стране имело место 117 вооруженных нападений и боев.

В. А. Но это бандиты, а приличные люди, наверное, поддерживают власть?..

Управитель Ихтиманской околии. Население принимает с полным одобрением и ждет с энтузиазмом формирования «общественной силы». (Доклад 1 марта 1944 года.)

Управитель Ихтиманской околии. Чувствуется упадок духа населения. (Доклад, март 1944 года.)

Полицейский инспектор (об арестованных учениках ботевградской гимназии). В своем большинстве молодые люди весьма интеллигентны и пользуются уважением крестьян... При допросах оказались особенно упорными... Сыновья главным образом зажиточных крестьян... В гимназии они были наиболее прилежными, некоторые из них — активные бранники^[137], один из них — руководитель дружины. (Доклад, март 1944 года.)

Софийский областной директор. Население, особенно в последнее время, всегда дает приют четникам и укрывает их, в то время как следует сообщать властям об их появлении. (Приказ от 11 марта 1944 года.)

В. А. Ну, немного преувеличено: «Всегда дает приют...», однако картина с населением ясна. Зато, наверное, нет никаких сомнений относительно того, что власти на местах бдительны? Слово новосельскому управителю: «Многие старосты в последнее время ослабили свою деятельность и особенно слабо осуществляют реквизицию». (Доклад, март 1944 года.)

Староста из Кремиковиц. Попытка организовать группу для борьбы с партизанами дала весьма жалкий результат. В нее мне удалось включить только шесть человек: двух полевых сторожей, двух школьных уборщиков, одного скотника, одного счетовода... (Доклад, март 1944 года.)

Управитель Новосельской околии. Мы подозреваем в антигосударственной деятельности многих служащих других ведомств. Они находятся под наблюдением, и мы ждем подходящего момента, чтобы наказать их.

В. А. Неужели это возможно? А бомбардировки?..

Автор «Хроники». 29 марта 1944 года с 24.00 англо-американские самолеты бомбят город, применяя преимущественно зажигательные бомбы.

30 марта 1944 года. До полудня англо-американская авиация предприняла новую бомбардировку Софии (около 100 самолетов), применив главным образом тяжелые бомбы. Возникло около 200 пожаров. Убито 55 и ранено 15 человек. Сбито 4 самолета. Правительство укрылось на командном пункте около села Кремиковцы.

В. А. Вероятно, для того, чтобы обдумать, как спасать народ?

Автор «Хроники». Регенты и министры разрабатывают план быстрого завершения организации жандармерии и введения ее в действие не позднее 10 апреля.

Регент Михов. Вчера вечером авиация совершила налет на дворец Враня. Это безобразие! Нападать на нашего маленького царя! Скандал!!! И на войне существует мораль. Ведь воюют люди, а не животные. (Запись в дневнике, 25 марта 1944 года.)

В. А. Может быть, генерала-регента радует положение на Востоке?

Автор «Хроники». 1 марта 1944 года нанесено поражение гитлеровской группе армий «Север» и освобождена вся Ленинградская область.

4 марта войска 1-го Украинского фронта начали наступление против немецкой группы армий «Юг».

5 марта 1944 года началось наступление войск 2-го Украинского фронта.

26 марта 1944 года войска 2-го Украинского фронта... перешли советско-румынскую государственную границу.

В. А. Правильно. И поскольку не только бог, как говорит Дочо Христов, но и Гитлер не отвернулся от Болгарии, регентов вызывают в Зальцбург. Послушаем, как те защищали национальные интересы...

Богдан Филов. Ужин был скромным, но очень вкусным. Прислуга была в красных ливреях... Фюрер сидел в середине, слева — князь, а справа я... (Запись в дневнике, 16 марта 1944 года.)

В. А. Не думайте, что они молчали. Они предъявляли требования, «чтобы дали побольше оружия нашей жандармерии».

Регент Михов. В Германии появились было пацифисты, но специальный суд их быстро осудил. Дело кончилось расстрелом 38 человек, и с тех пор все в порядке... Это — будто пример для нас...

...Другого выхода не было: борьба не на жизнь, а на смерть. Это мне очень не нравится, но что делать?.. (Из дневника, 17 марта 1944 года.)

В. А. Да, и в самом деле — что делать?

Регент Михов. Сегодняшние сообщения о борьбе с подпольщиками не очень успокаивающие, хотя и начались серьезные операции. Жаль, что нет таких людей, которые бы могли повести идейную борьбу и объяснить нашим добрым крестьянам, что не следует играть с огнем. Это результаты нашей политики просвещения. Многие студенты ушли в горы.

...С 10 часов до 12.30 министр внутренних дел господин Дочо Христов докладывал о внутреннем положении, о жандармерии и «общественной силе». Необходимо укрепить внутренний фронт и быстро подготовить жандармерию к действиям. (Из дневника, 27 марта 1944 года.)

В. А. Им все мало: по официальным данным, сто тысяч солдат и полицейских в этот период преследовали партизан!