Дмитрий попятился немного от здания: «А ты знаешь, сколько лет моей машине? Она мне как сестра!»

Женя открыла дверь машины: «Шевелитесь уже, Петросяны!»

Девушка на входе кричала с крыльца, куда же они. Владимир сказал, что им срочно нужно подышать и это было чистой правдой. Сон в машине - это всегда сложно, на утро спина затекает куда-то в багажник, шея хрустит как сухарик, а ощущение выспанности делится на два. В этот раз еще и сработал нежданный будильник, прохожий начал рассматривать Дмитрия, который пускал слюну, сидя на переднем кресле. Резко открыв глаза, будто почуяв, что за ним кто-то наблюдает, он увидел незнакомца. Завидев просыпающегося водителя, мужчина тут же убежал. Пришлось просыпаться ни свет ни заря и идти в хостел на помывку. Душ, как ни странно, был со свежим ремонтом, удобные душевые комнаты, со всеми принадлежностями. После водных процедур можно было выдвигаться к границе. Дмитрий на улице зацепился языком с местным и узнал, что до границы дорога сейчас не очень, некоторые участки на ремонте, поэтому автомобили вынуждены ждать, пока проедет один ряд и потом по этой же полосе ехать в другую сторону, в принципе, практика стандартная, но удлиняет дорогу на два лишних часа, поэтому местные, которые любили гонять в соседнюю страну за покупками, сейчас предпочитали сидеть дома. Дмитрий поблагодарил за рассказ, они сели в машину и покатили в сторону границы, у всех было приятное предвкушение перед чем-то новым. Куззак действительно был другой страной, отличной от, например, Беларуси, где культура, язык, архитектура были в принципе идентичны, здесь гостей ждала больше восточная страна, взявшая курс на современные веяния, традиционное общество пыталось выпрыгнуть за рамки дозволенного ранее, обычаи мешались современностью, борьба поколений была выражена ярче, чем где-либо. Подъезжая к границе, они действительно встали в многокилометровую очередь, которая еле двигалась в направлении горизонта, змейкой уходя в дымку. Вокруг были степи, ни одного дома в зоне видимости, только отдаленные очертания пограничного пункта, казавшегося многим миражом. Погода была теплее, чем обычно, чувствовалось, что двигались они в направлении юга, где лето отстрочило приход осени и не сдавало свои позиции. В Куззак можно было попасть по обычному красному паспорту и находиться на его территории около месяца, не оформляя дополнительные документы и не бегая по разным инстанциям. Месяца всегда хватало, чтобы посетить эту небольшую страну и оба соседа были довольны положением дел. Особенно это ценили жители приграничных городов и поселков, у которых в шаговой доступности всегда был зарубежный рынок с товарами не присутствующими в магазине у дома. На пункте всем задавали стандартные вопросы, откуда приехали, цель поездки и всё в таком духе, подозрений троица не вызвалаи их беспрепятственно пропустили, пожелав хорошего путешествия. За высоким забором, может быть метрах в ста, не больше, была местная столовая, которая наглядно демонстрировала разницу в ценах, особенно, в сравнении с Москвой. Дмитрий, Владимир и Женя решили сразу отведать местной шаурмы с конем, по крайней мере, так было заявлено в меню. Настоящий ли это был конь, неизвестно, однако, была открыта ачивка «Едок странной пищи» и все остались довольны новым опытом.

Владимир проглотил остатки дохлого коня в хлебе: «А вы тоже заметили, что здесь должно быть намного дороже?»

Дмитрий ковырнул зубочисткой между зубов: «Ну да, как в аэропорту, единственное место, где можно поесть после изнурительного ожидания и такое дешевое, очень странно»,

Женя мягко предположила: «Наверное, для своих стараются? Сколько местных работают в России и по возвращении домой сразу вспоминают, почему здесь хорошо и что их здесь любят».

Владимир оскалился: «Хотел бы я, чтоб меня любили в каком-нибудь Шереметьево!»

Дмитрий потянулся за второй зубочисткой: «Так тебя там и любят, но по-особенному».

Яицкий городок, в который они прибыли спустя полчаса, большого впечатления на них не произвел, он был очень близко к границе. Соседствуя с родной страной, он плотно впитал как ее красоты, так и ее уродства. Ухоженные парки граничили с вырвиглазной архитектурой, чистые относительно улицы отлично уживались с разбитыми дорогами. Город был прекрасным решением для так называемой туристической акклиматизации, когда необходим перевалочный пункт, соединяющий два разных мира. Здесь уже проскакивали местные особенности, но еще тянулся аромат дома. На остановке, пока они пытались понять, в каком направлении им двигаться, к ним подошла странная женщина и начала их запугивать: «С границы, да?»

Женя ответила: «Ну да, а как вы догадались?»

«А у нас здесь таких не любят, вас за версту видно!»

Владимир предположил: «По номерам на машине?»

«По наглому блеску в глазах, вы здесь надолго?»

Дмитрий съюморил: «Да как сказать, похоже, что нет.»

«Вот и славно!» - сказала она и пошла дальше по своим делам.

«Странная она какая-то», - обронил Владимир.

«Ничего удивительного, после того исторического фиаско с соседями, страны вокруг нас еще не скоро отойдут от подозрительности и опаски», - вступилась Женя, пытаясь оправдать поведение незнакомки.

Дмитрий потер стекло машины рукой: «А мы тут причем? Мы же просто туристы».

«Поди знай, - ответила Женя, - сегодня турист, завтра живешь здесь, послезавтра кричишь о том, что тебя тут притесняют, а дальше по обкатанной схеме».

«Да я в целом понимаю, просто неприятно и ищу подтверждения своей правоты», - прояснил свое видение Дмитрий.

Владимир попытался закончить тему: «Правы будем, если страну посмотрим, да уберемся восвояси».

«Так и планировали, кстати, Павел Евгеньевич писал, спрашивал, как у меня дела, я сказал, что мы вместе едем, он пожелал мне удачи, пока я буду выслушивать жалобы».

«Всё никак не отпустит».

«Говорил же, злопамятный он».

Женя хотела посмотреть дом-выставку местного художника, Дмитрий наотрез отказался и хотел просто побродить по улицам, бросив машину на парковке. Женя с Владимиром в итоге направились на маршрутке до музея Сакена Гумарова, а Дмитрий отправился в пешее «романтическое» путешествие. Улицы города и правда казались ему знакомыми, изредка можно было подметить детали нехарактерные для его родины, а может и характерные, но для какого-нибудь Татарстана, где местность симбиотировала с привычным представлением о стране. Внимание Дмитрия привлек автомобиль, из которого что-то громко говорили, он ехал по дороге и по мере приближения речь становилась все четче, говорили о каких-то средствах защиты, всем жителям города необходимо дома иметь йодистый калий, который можно было получить в администрации города, и аптечку типа АИ-2, ее нужно было собирать самостоятельно. Дмитрию стало страшно на секунду, он побледнел, прохожий мимо похлопал по плечу: «Да ты не бойся, они уже неделю так, наверное, хотят списать неликвид, вот и горланят о том, что можно бесплатно забрать, у нас же как у вас, бесплатный сыр только в мышеловке».

Дмитрий вышел из оцепенения: «А почему вы думаете, что я не отсюда?»

«Так был бы местным, не бледнел, мы уже свое тут отбледнели, теперь ходим, даже внимания не обращаем».

«И часто они так?»

«Раза два за день, У нас вообще нормально, когда автомобиль с мегафоном что-то рекламирует, правда, обычно это какой-нибудь прием тары или металлолома!»

Д«Не знаю, чтобы и делал без вас, на секунду показалось, что в обморок упаду!»

«Да полно тебе, сегодня ничего не случилось, уже хорошо, даст бог и завтра поживем».

«Раз уж такая возможность выдалась, не подскажете, откуда можно письмо отправить?»

«Как и у вас, с почты, это вон туда, прямо, а там большую вывеску увидишь, не пропустишь, уж что что, а Почта у нас видная, приметная».

«Спасибо большое, хорошего вам дня!»

«И тебе всего доброго!»

Под ногами периодически похрустывали сухие листья, то тут то там разбросанные ветром по пешеходному тротуару. Объявления на заборах сплетали местный и русский языки воедино, речь прохожих сбивала с толку. «Почему так знакомо? - думал Дмитрий и его в эту же секунду откидывало. - А, нет, не дома». В какой-то момент разогрело так, что ему пришлось раздеться до футболки и идти ища глазами какой-нибудь киоск с мороженым. Ларек оказался очень дешевым, мороженое местного производства стоило своих денег на сто процентов. Когда он дошел до большого перекрестка, сбоку на здании висела большая вывеска «Почта», на русском языке, между прочим, а может и на местном почта будет почтой. Дмитрий хотел отправить письмо бабушке, приложить открытку с символом этой страны, ему казалось, что бабушке будет приятно, когда она вернется из санатория и увидит весточку от внука. Отстояв привычную еще с детства очередь, Дмитрий почти засунул голову в окошко к оператору и спросил: «Добрый день, письмо хочу в Россию отправить, с открыткой, на ваш вкус, желательно, но чтоб присутствовал местный колорит».