Самое неудобное в моем деле — работать приходится с живыми людьми и искать реальные доказательства и следы. Запрещено вынимать душу из спящего, скажем, человека и допрашивать ее. Поэтому я и шагу не могу ступить без полиции.

Трижды мою работу прерывали — в комнату, услышав стрекот механической машинки, заглядывали встревоженные дежурные. Сначала — один, затем — двое, а под конец заявились вчетвером. Приходилось выдергивать листок, а потом переписывать заново. В третий раз я здорово разозлился и грохнул дверями перед носом у любопытных. Я бы перевернул весь участок вверх дном, но в коридоре раздался убегающий топот, и больше меня не тревожили.

Конверта под руками не оказалось, я свернул лист в несколько раз. Подписал сверху:

«АНОНИМКА.

ДЛЯ ЛЕЙТЕНАНТА ХЕДЛИ!!!»

И оставил письмо на его столе, прислонив к подставке для ручек.

Копам явно не работалось. Всей сменой они сгрудились возле стойки дежурного и глазели в полумрак над столами детективов. Патрульные, вернувшиеся в участок, присоединились к коллегам и тоже заинтересованно таращились в темноту. Я слышал, как без двух месяцев пенсионер, Нил Финниган, пересказывал новичку историю о детективе-привидении. Врал безбожно.

До утра делать мне было ровным счетом нечего, и я расположился за столом Хедли, заодно и обыскав его. В столе лейтенанта обнаружилось кое-что интересное: экспертное заключение по трупу и данные на него.

Убитый в складе парень всплыл в картотеке по отпечаткам пальцев. Он провел в тюрьме штата двенадцать месяцев за мелкие кражи лет пять назад, но с тех пор больше не попадался. Звали его Сэм Милдфорд, по роду занятий он был бездомный. Но не в последнее время. Билл Смит оплачивал его счета и удовольствия в течение двух месяцев. Сэм Милфорд поселился в хорошей гостинице, ходил в дорогие рестораны, гулял с красивыми девочками, сидел ночами в игорных заведениях, ездил на новой машине — одним словом, внезапное счастье рухнуло на парня. И это косвенно подтверждало мои догадки.

Лейтенант явился на работу, опоздав на пять минут и помятый. В одной руке он держал коробку с пончиками, в другой — бумажный стакан с кофе. Хедли хлопнул на стол коробку, и кофе от резкого движения выплеснулся на рукав. Лейтенант выругался сквозь зубы, схватил салфетку, промокнул пятно, но тут заметил письмо.

— Что, черт побери, это такое?! — буркнул он, кидая салфетку в корзину. — Анонимка, — прочел вслух. Хмыкнул и развернул листок. Прочитал и заорал на весь участок:

— Эй! Финниган, кто принес это?

Усатый полицейский обернулся от дверей, поправил ремень на форменных брюках и неторопливой развалочкой подошел к нему.

— Понятия не имею, — пожал он плечами. — К твоему столу никто не приближался. Но...

Сделал страшные глаза.

— Ночью мы с ребятами слышали стук пишущей машинки из архива. Трижды ходили посмотреть, но каждый раз комната была пуста.

Хедли пожевал зубочистку, не спуская с него испытующего взгляда, будто ожидал, что Финниган вот-вот рассмеется, хлопнет его по плечу и объявит, что это шутка. Но дежурный не улыбался. Он смущенно оглянулся, точно опасаясь, что их разговор подслушают.

— Хм, — сказал тогда Хедли, — опять призрак. Мне даже интересно: это привидение бывшего копа или бандита? И чего он взялся нам помогать?

Я поучаствовал в беседе доступным способом — столкнул коробку пончиков со стола. Она шлепнулась на пол, и один пончик выскочил из нее.

Хедли переглянулся с Финниганом.

— Только капитану не говори, — попросил тот. — Капитан впадает в ярость, едва слышит об этом сверхъестественном детективе.

Лейтенант поклялся молчать. Дежурный с легким сердцем двинулся к дверям. Хедли поднял коробку, а вылетевший пончик бросил в мусорную корзину. Сел в кресло, выплюнул зубочистку и снова развернул листок.

— Черт знает, что такое! — пробормотал лейтенант. — Капитану скажу: неизвестный оставил на стойке у дежурного. И никакой чертовщины!

Вот теперь я мог чувствовать себя спокойно. Хедли соображает туго, но если уж он вцепится во что-то — не оторвешь, как бульдога от половой тряпки.

Выяснилось, что Карлин Уилсон звонила за последнюю неделю всего несколько раз. Один звонок был междугородний, и я его скинул со счетов, надеясь, что Билл Смит где-то поблизости. Дважды она звонила в химчистку, один раз — парикмахеру, еще один — в больницу святого Патрика, пять раз — некой мисс Питт и дважды — мистеру Поллеру. Пока Хедли глубокомысленно хмурился над этим листком, мое внимание привлек звонок в больницу. И с чего бы такой крошке, как Карлин Уилсон, обращаться в бесплатную клинику? Из-за плеча хмурого Хедли я проверил по распечатке. Так и есть! Ей перезванивали оттуда на следующий день.

И я оставил Хедли и дальше ломать голову.

Я огляделся, прикидывая, с чего начать.

Привидений в больнице полно, даже больше, чем я мог себе представить. Потерянно слонялись призраки свежих покойников, коматозники шныряли прямо сквозь перекрытия этажей, и старые, застрявшие тут никому не нужные души печально разгуливали в полосатых больничных халатах, держась за стойки капельниц. Расспрашивать их не имеет смысла — привидения не обзаводятся знакомыми.

Я выбрал момент и поискал в журнале пациента Билла Смита. Как и ожидалось, такого не было. Ситуация не подкидывала мне простого ответа. Оставалось положиться на удачу. Сдвинув шляпу, я поскреб затылок. Придется обходить все восемь этажей, палату за палатой в надежде отыскать поте-ряшку...

Терапевтическое отделение и отделение гастроэнтерологии занимали два нижних этажа. Они были ничуть не хуже любых других, и я начал оттуда. Заглянул в каждую палату и вскоре убедился, что ищу иголку в стоге сена. Не обойтись мне без помощи тупоголового лейтенанта. Его значок открывает двери не хуже миллиона долларов.

Пришлось вернуться в участок, но лейтенант уже отбыл обедать, так ничего и не придумав. Что делать, придется подсунуть ему идею. И я огрызком синего карандаша обвел номера телефонов больницы и поставил рядом три жирных восклицательных знака.

Копы снова торчали возле стойки дежурного, наблюдая, как сами собой выдвигаются ящики стола.

Пообедав, Хедли возвратился.

— Какого черта?! — возмутился он, вынув из стола распечатки и увидев синие пометки. Он обвел подозрительным взглядом участок. Глаза коллег виновато ускользали.

— Хедли, опять у тебя призрак в напарниках? — рявкнул капитан Джонсон, появляясь у него за спиной. Хедли, проявив недюжинное мужество, не вздрогнул от голодного рыка начальника.

— Откуда вы взяли?

— От верблюда! — передразнил его капитан. — Дежурные доложили, да и вид у тебя идиотский.

— Я в призраков не верю, — твердо заявил Хедли.

— Не смеши меня! — язвительно откликнулся капитан. — У тебя же ирландские корни!

Хедли собрался возразить, но капитан не дал ему и рта открыть.

— Дай сюда! — он выхватил из рук Хедли распечатки. — Какие это телефоны обведены?

— Больницы святого Патрика.

— И чего ты тогда стоишь?! — завопил капитан, кидая бумаги на стол.

Хедли опять собрался что-то сказать начальнику, поглядел на коротышку сверху вниз, но передумал, сунул зубочистку в рот и вышел из участка.

4

Для начала Хедли пошел торным путем и проверил журнал поступлений в больницу. Я терпеливо ждал у него за плечом, пока лейтенант перелистывал страницы. Естественно, он ничего не откопал. Нахмурившись, потер рукой шею, явно не зная, куда двигаться дальше.

И вдруг я очутился в своем офисе перед Бахорезом. Он нервно поигрывал тростью. Автандиил с серьезным ликом стоял у него за спиной.

— Ну?! — спросил нетерпеливый черт, а к печали ангела примешался вопрос.

— У меня есть отличная версия, — проникновенно заверил я. К сожалению, ни тот ни другой не восприняли мое заявление всерьез.