— Смелые слова, аска… — Дробный перестук пальцев о камень, а затем визг того же камня, разрезаемого ногтем.

— И как я теперь могу быть уверена в том, что мне не нужно выдрать осколок парагона из тебя…

— Моя стихия пожирание. — Начала отвечать дух. — А мой разум лишен глупостей вроде сострадания. Мной движет логика и желание развития. А значит, мне не будет резона вас предавать. Будь у меня сомнения, я бы не поставила все на кон, спасая напарника. А добила бы его, забрав еще один осколок. — Завершила она речь, склоняя голову с бирюзовым сиянием глаз. А Джибриль от ярости даже мелко задрожал. Сука. Какая же сука…

— Логика это хорошо… — Прошипела Елена. А потом вдруг достала из кольца какой-то дар, который Джибриль тут же опознал.

Дар кристаллизации энергии (этап: 4) (качество: среднее) - Поглотив этот дар, идущий сможет научиться кристаллизовать свою силу в материальную форму.

— Я дам тебе второй шанс, аска. По-хорошему, тебя бы нужно было лишить финансирования, тем более что ты и сама собираешь с паутины дофига. Но именно из-за финансирования ты и решила остаться верной. А потому твоим наказанием будет сдавать часть воли в кристаллы. Научишься ее конденсировать. И пятую часть будешь отдавать мне. И учти. Если мне покажется, что ты сдаешь недостаточно, то последствия тебя не порадуют. — Императрица махнула рукой. И дух, схватив кристалл, встала, коротко поклонилась и удалилась из зала. А Джибриль, едва сдерживая ярость, перевел непонимающий взгляд на Елену. И два взгляда осколков встретились.

— Почему? — Прохрипел он.

— Почему что? — Елена продолжила со скрежетом царапать камень, но ее тон стал лишь еще злее.

— Почему вы ее не убили. Эту суку! — Процедил наконец инквизитор, поднимая глаза и заглядывая в лицо Императрицы. Тонкое, изящное тело, слишком тонкое даже для идущей, для которой мышцы уже не особо важны. Красивое надменное лицо, преисполненное власти. Абсолютного могущества. Вот только половина волос были седыми. Джибриль не знал, дралась ли с кем-то Елена, что вышла за грань, или она в своем безумии и ради каких-то ритуалов решила намеренно выйти за грань, откатывая это потом все новыми осколками? Она выглядела не так, как на экране. Но ничего удивительного. Поменять внешность на мониторе не стоит ничего. Она-то исправит все новыми осколками. А он? Верный инквизитор, что положил жизнь ради справедливости! Кто даст еще осколок ему, убрав седину из волос. И кто, Небо и бездна, восстановит ему шесть десятков звезд?

— Даже не знаю… — Наигранно задумалась женщина, надувая губки. Сука…

— Может, потому что она реально сделала все, что могла. Вытащила тебя, полудохлого, помешала этому ублюдку тебя так легко добить… Решила держаться своего места до конца. Да и кристаллитовый город теперь наш. Ведь этот ублюдок все же реально заботится о Земле… Ну или он открытием портала решил чуть откупиться, в надежде что мой гнев будет меньше. — Чуть ли не сплюнула Елена, вспоминая какая заварушка была там потом с Изиргастом за контроль территории.

— Знаешь, я ведь ценю преданность. Но еще сильнее я ценю логику. В нее я верю куда больше, чем в присяги и обещания… — С каждым словом лицо императрицы все суровело.

— А вот в тебе, походу, логика и разум отмирают, замещаясь настоящим безумием. — Слова женщины били по инквизитору все сильнее.

— Ты просрал бой, получил ранения, а потом и вовсе расслабился. Не заметил, как тебя хотят прикончить. Потом сам чуть не убился об предателя. И в конце хочешь, чтобы я убила ту, кто вытащил твою задницу и притащил мне обратно…

— Посмотри на себя… Справедливость? Тебе самому не смешно. Ты пылаешь злобой сильнее, чем берсерки. И еще вопрос, на кого направлена эта злоба… Так что сейчас скорее стоит вопрос твоей пригодности. Давай снова посмотрим… — Елена снова взяла в руки шар гласа истины. А Джибриль, на секунду усмирив свой гнев, критично осмыслил все происходящее. И все же… Какая императрица оказалась сукой. И ничтожеством, что сейчас готова списать его за верную службу, сама отсиживаясь слабачкой, чтобы затем возвыситься. Она ведь его спишет. Да… Весь этот разговор был фарсом с самого начала. Она приняла решение. А теперь лишь играла спектакль. Чтобы в конце избавиться от него. Но нет. Видит молния, справедливость восторжествует.

Джибрилю нечего было терять. И в этом ощущении он зачерпнул силы. Как и в желании добиться справедливости. Как и в своей ярости. Мысленный взор погрузился в колодец парагона, без страха черпая даже не горсть, а целое ведро, черпая за гранью. Уже без разницы. Ведь он затем вернет себе свое сполна! Прошедший бой, и с тем ублюдочным стариком, и с ублюдком предателем, многому его научили. Открыли глаза на новые горизонты использования осколка.

Молния! — Он влил волю в свое ускорение, замечая, как мир почти останавливается. Вот только он, хоть и не видя своих волос, не сомневался, что те полнотсью и разом поседели. Ощущая, как болезненно надломилась душа. А следом воля воплотилась в семь молний, каждая из которых несла приказ смерти.

Шестерка безмолвных стражей, каждый из которых ощущался сильным владыкой, вспыхнули изнутри, сгорая в приказе смерти. Но на них он даже не смотрел. Зачем? Его взор был прикован к фигуре суки. И к оплавленной дыре в спинке трона, уходящей дальше, испарившей и стену, и сотни метров каменной породы за ней. Воля влилась в защиту, готовая отразить контратаку. Плевать на старость. Плевать на боль души. Но контратаки не последовало.

— Буль… — Мощный фонтан крови, пылающий от переполняющей его ци, выстрелил из шеи, на которой болтался лишь ошметок нижней челюсти. Все, что было выше, исчезло. Но, естественно, все не могло быть так легко. Через долю мгновения вокруг обезглавленного тела вспыхнул абсолютный щит. А саму тушку объяло ярчайшее свечение. И Джибриль знал, что последует потом. Он уже видел эффект такого дара. Полное исцеление. То, что может вернуть и голову на место за пару секунд. И говорят, были и те дары, что могут вернуть утраченные звезды. Может, он найдет такой в сокровищнице этой суки!

Молния! - Через темноту в глазах ударил он вновь волей, формируя лезвие из своей стихии. Щит лопнул, а сформировавшая за доли секунды новая голова, искривившая рот в крике, отделилась от тела.

В этот момент полудохлая императрица, наконец, ударила в ответ. Ее тело вспыхнуло десятком кровавых плетей, в которых замерцала воля. Плевать. Джибриль лишь вложил больше, внутренне хохоча от осознания простой мысли. Эта сука продолжала экономить. А потому сдохнет. Он же ее убьет, потому что сломал этот барьер и переборол страх. Голова с застывшим в немом крике лицом сама оказалась в его призрачной ладони.

Хруст! — И мозги брызнули во все стороны, разлетаясь, как от взрыва. А стройное тело, уже вскочившее, уже активировавшее четыре призрачные руки с зажатыми там орудиями… Поздно!

Молния! — Техника с волей впилась в плоть, но не прожгла ту насквозь, а заметалась внутри, выжигая и убивая все на своем пути. Разрывая телесные реки, взрывая звезды. И главное, выжигая намертво любой разум, что еще теплился в тонких прожилках духовной ипостаси, пронизывающей все тело. Ибо без разума даже осколок парагона был бесполезен. Ибо некому было направить его силу…