— Я лечу! — не удержавшись от крика после пяти дней напряженных тренировок, я потеряла равновесие и полетела вниз, где кругами бегали мои мужчины, желая меня поймать.

Попав в руки Кайрана, я весело рассмеялась, чувствуя тепло внутри. Определенно, все испытания, которые нам пришлось пройти, ничто, по сравнению с тем, что мы обрели. Нашу по-своему уникальную семью.

Сто лет спустя

Столетие — для одних только часть жизни, но для других вся жизнь.

К сожалению, многие мои знакомые, родные Лукаса уже ушли из жизни. Для людей столетие оказалось всей жизнью. И, чего врать, меня безумно радовал тот факт, что я смогла подарить своему Великану сына относительно рано. Наш маленький Лоренцо смог познакомиться со всеми своими многочисленными родственниками со стороны папы. Поиграть с веселой, зажигательной бабушкой Беатрис, покататься на плечах своего дедушки Фила и хорошенько подоставать дедушку Стивена с Жастином. В общем, маленький Лоренцо стал тем самым лучиком счастья, который зажигал все вокруг. Сбитый, крепенький карапуз, так сильно похожий на своего отца.

— Почему сидишь здесь сама? — спросил Эрион, присев рядом.

— Сегодня ровно год, как не стало тети Беатрис, — протянула со вздохом.

— Это мама Лукаса, да?

— Да, она.

— А сам Лукас где?

— Снова устроил спарринг с Лоренцо. Кажется, он хочет превратить сына в лучшего бойца, — закатив глаза, пожаловалась беззлобно. Да и вряд ли у Лукаса что-то вышло бы без согласия самого Лоренцо, которому в этом году уже девяносто стукнуло.

— Не исключено, что он, таким образом, пытается забыться, — предположил Эрион. — Но, к сожалению, над жизнью и смертью даже фейри не властны.

— А как же мое перерождение?

— Не путай эти понятия, моя Мейлис, — обняв меня, спокойно заметил мужчина. — Ты умерла несправедливо, тебя убили, а с родными Лукаса — это естественный процесс. Все рождаются и умирают, нет ничего, что в таком случае стоило бы изменить. Лунная Богиня не одобрила бы подобного.

— Я поняла, можешь не продолжать, — быстро выпалила, заметив одну очень раздражающую черту моего фейри. Он просто безумно любит что-то объяснять и доказывать свою точку зрения. Буквально маньяк, когда дело доход до объяснений. — Кстати, где Элиот?

— Откуда мне знать?

— Разве ты не его отец?

— Нашему сыну уже шестьдесят три, он может сам о себе позаботиться, — выпалил твердо Эрион.

Поджав губы, я отвела взгляд, решив не устраивать глупый спор. Конечно, иногда такие споры привносили в нашу жизнь немного красок, но сегодня у меня было не то настроение. Во-первых — годовщина смерти тете Беатрис, а во-вторых, я узнала, что снова беременна.

К сожалению, мне пришлось на себе испытать низкую рождаемость фейри. Несмотря на то, что моя мама человек, во мне преобладает кровь фейри. Впрочем, это и так понятно по тому, что у меня есть крылья. Но, увы, имея что-то одно, другим, оказывается, приходится жертвовать. Так у нас с мужчинами за сто лет долгой жизни появились на свет только четыре ребенка. И как бы мы до этого ни старались, ничего не менялось.

Конечно, все мужчины очень любят наших деток. Особенно с их огромной разницей в возрасте. Мы, можно сказать, буквально налюбоваться малышами не могли, когда они рождались. К примеру: Лоренцо девяносто лет, Элиоту шестьдесят три, Тайлеру — сыну Талиона — тридцать восемь и Аранэлю только недавно исполнилось шестнадцать лет. Правда, что в девяносто, что в шестнадцать наши дети слишком самостоятельные. Хотя, думаю, глупо расстраиваться, ведь совсем скоро у нас появится еще один малыш. И в этот раз у наших младших детей будет самая маленькая разница в возрасте, всего семнадцать лет!

— Кстати, я сегодня не видела Кайрана. Не знаешь, где он?

— Если я не ошибаюсь, то пошел искать очередной цветок плодородия, — ухмыльнулся Эрион. — Кажется, ему кто-то рассказал об одном недавно.

— И надолго он ушел? — оторопев на секунду, спросила сдавленно.

— Он ушел еще до рассвета, должен к ночи вернуться. Ты главное не ешь ничего, пока все не проверят лекари.

— Я и не собиралась. А тебе, я вижу, смешно? — прищурившись, спросила холодно. — Забыл, как сам старинные книги перечитывал?

— Так я это ради нас всех это делал! Если помнишь, ты тоже волновалась.

Вот же, выкрутился! Правда, после перерыва в двадцать лет между детьми мы обычно и начинали волноваться. Детский смех, определенно, самое волшебное, что можно услышать. А если понимаешь, что это твой ребенок от любимого мужчины, тогда это двойное счастье. Я же хотела, чтобы все мои мужчины могли испытать счастье отцовства на себе. И теперь, в некоторой степени мое желание исполнилось. Под моим сердцем малыш Кайрана, моего прекрасного тигра.

— Ты забросила свою последнюю картину? — спросил неожиданно Аэларий, появившись рядом.

— Нет, не забрасывала, — покачав головой, ответила спокойно. И хоть я на самом деле не забрасывала свою картину, продолжить смогу, наверное, только после рождения ребенка.

Все-таки, вдруг краски нанесут вред малышу? Что мы тогда будем делать? Лучше не рисковать так! К тому же, я могу заниматься чем-то другим, чтобы не скучать. За эти сто лет, если так подумать, чем я только не занималась. Все, что представляло для меня хоть малейший интерес, было изучено от начала и до конца. Ни дня, кроме наших жарких отпусков, не прошло для меня без пользы. Ведь, как говорит мама, всегда есть чему научиться и все может пригодиться. Да и учеба — это залог прогресса.

— Продолжу позже, — заметив интерес своих мужчин, ответила уклончиво.

— Сладкая!

Встрепенувшись, услышав крик Кайрана, я посмотрела на появившегося в поле зрения мужчину. И хоть мой оборотень был заметно помят после своих поисков, в руках он держал удивительно красивый нежно-голубой цветок. С корнем! Реально, цветок был вырыт им с корнем, даже куски земли еще болтались на них!

— Ты чего кричишь? — спросил Талион, привлеченным громким криком. — Что это?

— Цветок плодородия! Он точно поможет нам, — уверенно выдохнул Кайран, не скрывая своей гордости. — Сладкая моя, это тебе, — протянул мне цветок с улыбкой.

— Думаю, его стоит посадить, — посмотрев на перехваченный Эрионом цветок, проговорила беспомощно.

— Не лучше ли сразу отправить его лекарям для исследования? — озадаченно уточнил Эрион.

Не успела я ответить на вопрос, как оказалась в объятиях возбужденного до предела Кайрана. Правда, радовался мужчина недолго и уже через несколько секунд начал нюхать мою шею, напряженно хмурясь. Неужели, понял все без слов?

— Это… сладкая…

— Что случилось?

— Ты пахнешь еще слаще. Это новый парфюм? Ты сделала его сама?

— Нет, я давно не делала никаких духов.

— Но ты пахнешь совсем иначе, — пробормотал озадаченно мой оборотень. — Хотя, может это я чего-то нанюхался в том дремучем лесу. Не обращай внимания!

Поджав губы, заметив косые взгляды других мужчин, я могла только беспомощно покачать головой. Даже Лукас, который пришел позже всех, как раз в разгар рассуждения Кайрана, кажется, все смог понять. Но, думаю, это минусы долгого ожидания. Я и сама не поверила сначала, когда поняла, что беременна. Как-то все неожиданно вышло, даже двадцати лет не прошло после прошлой беременности.

— Я беременна!

— Что ты сказала? — переспросил глухо Кайран.

— Я беременна, — повторила послушно. — И отцом этого ребенка можешь быть только ты, — продолжила, осознавая, насколько сейчас шокированным может быть мой мужчина. А ведь мы заранее все предусмотрели, других вариантов просто нет.

— Ты беременна? Ты беременна. Ты беременна! — повторив одно и то же три раза, Кайран сначала подхватил меня на руки, желая закружить, а после поспешно остановился. — Нужно быть осторожнее. И…

— Что?

— Если ты, правда, беременна, тогда так сладко может пахнуть только девочка, — прошептал он.

— Ты уверен? — уточнил Аэларий.

— Да. Ошибок быть не может.