— А, эволюционеры! Их немного, да, всего штук пятьдесят наберётся. — Сдал всех с потрохами перепуганный мужчина.
— Ёкаев взять и привести на корабли. Всех сопротивляющихся женщин, детей и стариков пустить в расход, мужчин заковать и отправить на поля. Всех лояльных новой власти назначить крестьянами. Теперь этот город принадлежит Империи Красного Солнца, как и все его жители. Это моё слово. — Тацу передал обратно микрофон солдату, у которого его взял, и направился обратно на катер, выхватив свой шлем у соседнего воина.
— Это ваше слово! — Прозвучал громогласный ответ со всех сторон от толпы, которую бесшумно окружили войска Тацу, направившие сопла своих винтовок в сторону стоящих на коленях людей, вмиг ставших рабами.
Кружащие над головой тысячи стрекоз лишь дополнили образ безысходности, крепко поселившийся в головах биджарцев в тот день.
Так началось покорение континента Империей Красного Солнца и то, что впоследствии в этом мире назовут «геноцид» и «военные преступления», но это уже совсем другая история.
Глава 131
На золотистом поле, где из-за долгой засухи трава потеряла свой зелёный блеск, и только высушенные стебли устало колыхались на ветру, стояло семейство сурикатов. Их выводок давно облюбовало эту непримечательную равнину, где последние несколько лет нельзя было встретить хищников, а люди, ставшие в один миг безмозглыми и разрушающиеся с течением времени, праздно слонялись по её кромке. Они больше не представляли угрозы для грызунов, оставив тех размножаться так, как позволяли обильные запасы пшеницы, брошенной людьми на самовоспроизведение. Перерождаясь каждый год, сельскохозяйственные посевы редели и вырождались, но это нисколечко не смущало новых хозяев полей, прорывших в них многочисленные туннели и норы.
Выбежав из норы, молодой сурикат прищурил свои маленькие глазки от лучей солнца, бивших ему прямо в глаза. Оказавшись на залитом утренним солнцем участке пшеничного поля, сурикат сразу же побежал к небольшому ручейку, чей исток бил из-под земли неподалёку, и принялся пить воду, испуганно озираясь по сторонам, как ему подсказывал его инстинкт самосохранения.
Неожиданно на другой стороне ручья показалась самка. Она вскарабкалась на поваленное дерево и с интересом наблюдала за своим сородичем из другой стаи, который не заметил её, хоть и проводил своими глазками-бусинками прямо по тому месту, где на задних лапках восседала самочка. Спрыгнув с дерева и примяв свежую траву, что сильно контрастировала с пожухлой травой всего региона, она, наконец, привлекла внимание самца.
Сурикат поднялся на задние лапки и, выгнув спину, начал делать клацающие движения челюстью, стараясь выглядеть устрашающе. Однако самку не интересовали потуги суриката на другой стороне ручья, чьё русло было немногим больше тридцати сантиметров. Она стремительно подлетела к воде и, припав мордочкой к прохладной водице, начала так же смело насыщать свой организм живительной влагой.
Самец, осознавший, что его попытка защиты территории провалилась, встал на все четыре лапки и, постарался опереться на камень, что лежал на некотором отдалении в русле ручья, попытался уловить запах самочки, которая теперь интересовала его по другой причине. Насытившись, девочка-сурикат тоже проявила интерес к самцу и, повалившись на бок, приняла позу, свидетельствовавшую об отсутствии каких-либо враждебных намерений.
Распознав явные знаки внимания со стороны самки, сурикат сжался всем телом и, оттолкнувшись, прыгнул на сторону самки. Раздавшийся грохот выстрела прервал зарождающуюся любовь, окрасив каменистый бережок в красные оттенки крови.
— Капитан! Двоих одним выстрелом! — Весело отчитался боец, одетый в военную форму СССИ, чей красный оттенок рьяно контрастировал с зеленовато-жёлтой растительностью данного региона.
— Отлично, помню, в детстве я тоже охотился на белок, правда, я не собирался их потом есть. — Поддержал улыбкой своего товарища капитан. Расхаживая по опушке леса, за которым оказались гигантские злаковые поля, уходящие до самой кромки горизонта, где виднелись новые лесопосадки, капитан решил разведать местность вместе со своим другом. Другом, который пусть и был в звании рядового, однако оказался с похожими интересами и взглядами на жизнь, что и сблизило их, несмотря на субординацию.
— Я сейчас! Сбегаю, заберу их тушки! — Приложив руку к шапке-ушанке, рядовой понёсся в сторону ручейка, где лежали обе тушки «белок», мех которых можно было выгодно продать на рынке в Лоране.
— Егор! Проверь воду! Если нормальная — наполним бочки! — Крикнул ему вслед капитан и, обернувшись к своему помощнику, продолжил изучать карту местности, которую и передал ему старший лейтенант.
Отклонившись от первоначального маршрута к северу, войско СССИ под предводительством подполковника Рамси находилось возле подножия гор, и теперь им необходимо было ехать строго на юг, чтобы подойти к городу Рюттер на побережье моря. Являясь портовым городом, он обеспечивал логистику зерна и продовольствия в другие регионы, а найденное за десять лет до апокалипсиса месторождение урана лишь усилило значимость этого города для республики Кельрадия. Теперь уже СССИ продвигалось в направлении Рюттера, заявляя на него свои права.
— Товарищ капитан, сержант Сопин успешно выполнил боевое задание. — Прервал его мысли вернувшийся отряд разведки, которого и дожидался здесь отряд капитана. Разделившись на две части, отряд направился в сторону важного месторождения, чтобы разведать местность и, если хватит сил, захватить его.
— Докладывайте, товарищ сержант. — Офицер передал карту обратно своему помощнику.
— Местность заполнена змеями длиной около трёх метров, но это не самое напряжённое. Около сотни мертвецов сгрудились возле входа в шахту и преграждают путь, однако сама шахта расположена в низине, что даёт нам преимущество. — Отчитался боец, которого впервые назначили командиром отряда разведки. Пускай он и был юнитом системы, однако эмоции точно так же влияли на него, как и на обычных людей. Перенервничав, боец начал рассказывать свой план по взятию шахты, хотя не это требовалось от него в данный момент.
Похлопав сержанта по плечу, капитан кивком дал понять солдату, что прекрасно понял его отчет и, протянув тому флягу, махнул рукой в сторону колонны войск, разбившей полевой лагерь и приступающей к поглощению еды из полевой кухни.
Оглянувшись через плечо, офицер видел, как в его сторону уже возвращается рядовой, несущий в руках две странные тушки, которые точно не были похожи на «привычных ему» белок.
— Егор! Ты что за, мать твою, тащишь сюда⁈ — С улыбкой и отбросил напрочь устав, прокричал командир своему другу.
— Костян, это какие-то местные белки, погляди! Хвост совсем худой, а мясо, сейчас узнаем какое. — Всё так же с улыбкой ответил ему рядовой, что уже приближался к костру, возле которого стоял капитан со своим неизменным старлеем, что не отходил от него ни на шаг.
— Эй, Рик, ты чего не отлипаешь от Костика, понравился что ль? — С неизменной издёвкой в голосе пожурил такое поведение рядовой.
— Знаешь, не будь вы друзьями, я бы тебя уже под трибунал отдал. — С волчьим оскалом выпалил старлей, которого до глубины души задевало панибратство этих двоих. В старой республике такое поведение между рядовым и офицером было просто немыслимым, поскольку как только люди получали новое звание, они сразу же искали себе новую компанию «по чину», а про старое окружение они мигом забывали, словно его и не было.
— Диксон, отбрось уже свою злобу, Чаэрин классный мужик, пусть и рядовой. Ты смотри на содержание человека, а не на его статус. — Принимая у солдата тушки сурикатов, обратился капитан к своему помощнику.
Он прекрасно понимал такое мировоззрение, ведь в прошлой жизни он и сам мыслил схожим образом, но оказавшись в этом теле, он пересмотрел свои взгляды и теперь лояльнее относился к панибратству.
