Да кого он обманывает, разве что самого себя. Она уже смотрит на него ЭТИМИ глазами. Он видел их, боялся и тайно ненавидел. Все медики, специализирующиеся на расстройствах социального характера, вырабатывали подобный взгляд за яры практики. Мягкий, но в то же время требовательный, с капелькой снисхождения и наигранного понимания.

Мерзко, в первую очередь от самого себя. Доктора пытались ему помочь, как и пыталась тетя, отводя его в клиники, но ни первые, ни вторая не чувствовали, как Проту хочется сбежать от них, закрыться в темной комнате с экраном компьютера и не видеть дневного света больше никогда. Тогда он заставил всех отвернуться от себя, оставить в покое, в приятном одиночестве. И только судьба-злодейка знала, что все это лишь временное затишье перед бурей с именем Ю Рин. Его матка — доктор, которая в своем мире лечила таких, как он. Какая ирония.

"Не смотри на меня так, прошу" — умолял Прот, надеясь, что хотя бы сейчас его безжизненные глаза выражают нужные эмоции.

— Твое детство было сложным, и, да, сравнивать неправильно, но мое — было в разы хуже, — быстро продолжил он.

Лицо девушки мимолетно передернуло, Прот не мог понять от злости на него это или от жалости. Но скрывать правду, скрывать себя…больше не было сил.

И что с того, что он был и оставался эгоистичным, не любил идти на уступки, кроме тех, которые были связаны с прекращением его жизни. По-настоящему доверял только своей технике и каждый день стремился к целям, которые поставил еще маленьким разбитым мальчиком. Ведь за всеми слоями толстовок и наушников, скрывалась еще одна его сторона, которая, как он думал, давно исчезла, утонула в слезах. Прот не забывал о ней, но просто не мог найти, та упорно скрывалась в недрах его главного страха.

— Прот, — глухо позвала Ю Рин, сверкая ледяными глазами. — Давай я помогу тебе начать. Сама понимаю, сложно открывать кому-либо неприятные истории, связанные с твоей семьей.

"Ну вот, началось. Она раскусила меня сразу же, все они такие, опасные хищники, доктора в своих шкурах овечек — белых халатах. Но я сам напросился на это. Я сам решил рассказать. "

— Юра, прошу, хватит испытывать на мне штучки из твоей практики. Я видел такое не раз: сейчас начнешь задавать наводящие вопросы, активно кивать на мои ответы, составлять портрет моей травмы в голове — я и сам могу справиться, — быстро отчеканил он, прежде чем поднять на свою матку взгляд.

Та, тихо хмыкнув, с какой-то затаенной печалью рассматривала собственные руки. Прот тут же испытал злость на самого себя, за то, что так глупо сорвался. Ю Рин в его мире не доктор, по-хорошему ей самой нужна помощь специалиста. А он заставляет ее вспоминать прошлое.

— Я…прости. Тетя часто меня водила к…ну ты поняла.

Девушка лишь кивнула, не переставая мягко улыбаться парню напротив.

"Мерзкий" — подытожил внутренний голос.

— Ты уже догадываешься, что речь пойдет о моей матери. Да, я никогда не упоминаю о ней, только о тете, я странно реагирую на женщин на каблуках и ненавижу красную помаду.

Прот болезненно кашлянул, чувствуя, как горло уже сжалось в ожидании слез, но он уже давно не ребенок, который плакал по маме ночами и днями.

— Моя мать — дочь директора крупной корпораций ИНА. Мой дед был одним из создателей вай-фая, развивал ИС и так далее. А мать кормилась на деньги от его вклада в науку. Она безжалостна и ужасна и как мама, и как человек.

Взгляд синих глаз скользнул по бледному, прозрачнее, чем обычно, лицу девушки. Та молчала, внимательно слушая, но находилась сознанием будто где-то далеко отсюда. Прот выдохнул и продолжил, уже переставая чувствовать ноги:

— Я в детстве был точной копией дедушки, пусть и пустым, все это видели, все всё понимали. Он сделал меня своим преемником, когда мне только-только исполнилось пять. И по началу я был счастлив им быть. Меня водили в центр научных исследований на экскурсии, приглашали специалистов для обучения. Называли кем-то вроде вундеркинда, пусть и без сил, но я мог добиться больших высот в их деле… — Грудную клетку сжало спазмом. Прот гулко вздохнул, чувствуя, как все зажившие шрамы начинают отдавать полузабытой болью. — Все изменилось, когда дедушку убили. И сделала это моя мать. Не за долго до этого дед пытался отослать ее, чтобы она не вмешивалась в дела корпорации. А эта стерва вцепилась в меня, как в свою единственную ниточку к богатству и статусу. Хотя часто даже забывала, какое имя мне дал дедушка. Прот — означает первый, главный, единственный — для него. Она подговорила часть директоров, обставила все как несчастный случай. Погибло больше сотни человек, Юра. Еще столько же умерло на следующий день из-за связи партов. И все это, чтобы насолить отцу, который никогда не видел в ней потенциала стать хорошим лидером.

Злоба заглушила голос, съела его, заставляя хватать воздух ртом. Синяя радужка скрылась за огромным зрачком, а губы затряслись. Холодные руки Ю Рин прикоснулись к его плечу, сжали, отрезвляя.

Прот с силой сжал темные волнистые пряди, собираясь с мыслями.

— Дедушка занимался разработкой нового типа роботов-помощников, которые были бы связаны с хозяином нейронно-кровными связями. Проект носил кодовое имя ВАМП, разрабатывался специально для горнодобывающих предприятий Алой Луны. Первый прототип был уже готов, и моя мать хотела завоевать расположение руководства и потенциальных покупателей с помощью его открытой презентации. Но, видимо, дедушка предчувствовал такой исход, раз приказал соединить единственного рабочего робота со мной. Никто, кроме ее одиннадцатиярового сына, не мог им управлять, и, конечно же, она попыталась заставить меня выступить на презентации. Долго пыталась, с болью, потом и кровью. А я попросту не мог. Робот был соединен со мной биологически, но питался от чистой энергии дедушки, свою я же использовать не мог. Убив его, она попросту разрушила ВАМП, над которым он работал. Я говорил ей об этом, но взамен получал лишь очередную порцию побоев. Тупая стерва. Тогда ко мне впервые приехала Тетя Айлин, дочь сестры моего дедушки. Начались суды с матерью о лишении ее родительских прав. Но пока все не решилось, она успела схватить меня в последний раз. Наняла людей из Зуба дракона и приказала: заставить меня провести презентацию. Они потрошили мой мозг несколько дней, показывали разные ужасы, а я просто кричал и ненавидел всех вокруг до одури. Она затащила меня на презентацию, посадила в коморку под сценой под присмотром этих ментальных мучителей. Я думал, что меня просто убьют в тот день, был уверен, что без энергии дедушки робот не заработает. Но все получилось иначе. Когда пришло время роботу показать, какой он полезный, меня вновь начали мучить, а я от отчаяния так закричал, что выплеснул те крохи энергии, что были у меня, пустого. Этого оказалось достаточно, чтобы робот услышал мою команду "убить всех" и начал крушить. Двадцать четвертое число хадульру[1] того яра назвали днем технического возмездия. Не знаю, как им удалось остановить все то безумие, я отключился прямо там на стуле, а проснулся в холодном мокром подвале, без живого места на теле. Мою мать вызвали правоохранители, она должна была понести наказание за такой вопиющий разгром, но напоследок перед камерой, непременно заглянула ко мне, в последний раз наступила на меня своими красными каблуками и пожелала сдохнуть в мучениях.

Прот безрадостно ухмыльнулся, убирая руки Юры со своего плеча, не замечая, как содрогается все ее тело, как расширены ее и без того крупные глаза.

— Во время всех разбирательств меня забрала тетя, увезла из десятого округа в пятый, в Ноту. Там саморучно отрезала мои рыжие волосы и покрасила под себя. — грустно улыбнувшись, Прот накрутил одну из прядок на палец и наконец посмотрел на свою матку.

Та стояла неподвижно, приложив ладонь к груди. Мышцы ее лица напряглись, лоб покрыла испарина, а глаза горели, будто их обладательница не слушает пусть и тяжелую, но просто историю из жизни своего парта, а бьется в сильнейшей агонии.