— Какие люди, — медленно проговорил тоненький девчачий голос.

Синдри вздрогнул, глубоко вдыхая, и тут же расслабился, узнав невесомую фигурку в сиреневом коротком платье.

— Алисия, — сдавленным шепотом произнес он, с болью приподнимаясь на локтях.

Младшая наследница Ночи приблизилась к нему и села на корточки, практически прикасаясь собственным вздернутым носиком к его.

— Приветик, Син-и, а что это ты у нас тут делаешь, я точно-точно не звала тебя в гости, — с кукольной улыбкой на лице спросила Алисия и глазами стекляшками впилась в помятое лицо напротив.

Любой, увидевший младшую Ночи так близко, без сомнений, испугался бы безжизненности ее лица, но только не Синдри.

Он знал каждый его уголок, каждую ресничку и морщинку, как в прочем, и она его. Син никому и никогда в жизни не признался бы, что когда-то еще на первом яре обучения в средней школе новой для него Энигмы, он сразу увидел эту странную нелюдимую девочку. И прямо там, в северной башне с кабинетами для индивидуальных занятий, влюбился в нее. Это случилось задолго до знакомства с Иоко, которую он боготворил с какой-то сумасшедшей любовью слабого парня к очень властной, устрашающей девушке.

Алисия всегда была настоящей Ночи: нелюдимой, со странными правилами общения с другими людьми и постоянным выражением на лице, которое остальные определяли, как заносчивость вперемешку с безразличием. Но Синдри, один из немногих знал, что дети ночи просто на просто от рождения не умеют различать чужие эмоции и выражать свои. Доходило это до такого абсурда, что Сину пришлось впоследствии учить Алис мягко улыбаться, чтобы та не производила впечатление лишенной.

Она была маленькой и хрупкой, любила загадки, тянулась ко всему новому, что было скрыто от нее глухими стенами Кабе. А он, мальчик из маленькой деревушки под Солуомом, видел в глубине ее огромных сиреневых глаз то, чего и не мечтал достичь в своей пустой жизни.

Тогда они были детьми, никто из взрослых не обращал внимание на дружбу пустого мальчика и младшеклассницы, были свободны и счастливы.

Все изменилось, как только Син перешел в старшую школу. Он встретил Сейнта, за ним и Иоко, хотя последняя тогда казалась ему жутко странной и слишком правильной. Те заняли все его свободное время, постоянные авантюры и приключения не задерживали рыжее солнце в корпусе школы дольше положенного.

Места Алис в его жизни просто не осталось. Она не могла вписаться в его новую компанию, как, впрочем, и в любую другую, дети ночи были по своей натуре ближе к одиночкам, и Син внезапно для себя понял, что стесняется своей детской влюбленности во что-то настолько идеальное, как кукольная Алисия.

Дочь песка поняла все без слов, ей хватило на это пары дней одиноких обедов, и больше она не пыталась улыбаться, до встречи со странной беловолосой старшей.

"Кажется, я не видел ее уже несколько буланов" — задумался Синдри, погружаясь с головой в глубину сиреневых глаз. Алис давно уже не менялась, становясь старше лишь на бумаге. Он замечал кончики ее сиреневых волос, которые когда-то учился заплетать в косичку, тут и там по школе, но боялся искать ее взглядом.

— Мне нужна твоя помощь, — резче, чем следовало выпалил парень, боясь вновь улететь мыслями куда-то в прошлое.

— Исключено, лучик, — весело ответила Алисия и тут же встала, возвышаясь песчаным барханом над своим бывшим другом.

— Я понимаю, что мы уже давно не друзья… — медленно продолжил Синдри, тяжело усаживаясь на полу и протягивая ладонь к краю легкого платья-облачка.

— Не друзья? — недоуменно перебила его девчонка и недовольно мотнула копной волос, завитых в легкие локоны. — Син-и, ты чего, я же подружка твоей матки, как это мы больше не друзья?

Так легко и просто слова сорвались с ее губ, так легко открылась главная тайна. А Синдри в эту самую секунду наконец понял, какого людям видеть, как их жизни разрушаются в одночасье. Его будущее испарялось прямо перед глазами, лазурное небо заволакивали грозовые тучи, а голос в голове, так похожий на Иоко, кричал без перебоя: "Паршивый щенок! Из-за тебя мы все сдохнем! Сейчас она убьет тебя, вслед за тобой умрет и Иоко, а там и жизни остальных оборвутся из-за связи клана. А все потому, что ты решил геройствовать. Чего добился, никчемный идиот? "

Кажется, странное скопление эмоций в туманных голубых глазах заметила даже Алисия, которая, непонимающе поморгав, мягко опустила свою ладонь на рыжую макушку и два раза легко по ней хлопнула.

— Ты боишься, — то ли спрашивала, то ли утверждала девушка, и Син только сейчас заметил с какой силой сжимал ее светлое платье.

— А ты бы на моем месте не боялась? — со злобой на самого себя в голосе ответил парень и резко вздернул голову. — Я рисковал своей шкурой, приходя сюда, но не планировал подставлять всех остальных.

— Подставлять? А что, с ними что-то случится? — все еще ничего не понимая спрашивала Ночи, и Синдри начал закипать.

— Откуда ты знаешь про мой клан? — отвечая вопросом на вопрос, прорычал Син. Сиреневые глаза сверкнули недовольством.

— Мне рассказали, — вырывая подол платья из его рук, начала Алисия, даже не замечая следов крови на светлой ткани. — Я не могу сказать, кто. Даже тебе, лучик. Это тайна для двоих.

Дыхание Синдри сбилось, он резко выдохнул, издавая недо-смешок. Это не утаилось от внимательного взгляда девичьих глаз, которые по-прежнему молчали.

— И из-за него ты не хочешь мне помогать? — делая акцент на неопределенном "него", продолжил Синдри. — Ты даже не выслушала, о чем я тебя хотел попросить!

Последняя фраза отозвалась эхом от стен пустой гостиной, клавиши фортепиано недовольно звякнули.

— Глупый Син-и. Я же сказала тебе — это исключено. Я не могу выйти из квартиры.

Злость с нотками ревности на лице парня внезапно сменилась недоумением. А лазурные глаза быстро забегали по углам темной гостиной, перешли на такие же коридоры и замерли.

— Где все твои, Алис? — дрогнувшим голосом спросил Синдри и наконец увидел на губах дочери ночи ту слабую улыбку, которой обучал ее раньше.

— Старшие почувствовали Сейнта и Иоко в Солуоме.

Сердце Сина застучало в груди со скоростью загнанной лабиринтом подопытной крысы. Ладони вновь вспотели. Он, не чувствуя боли вскочил на ноги, тут же свалился обратно и быстро подполз к ногам, закрытым только белыми кружевными носочками.

— Алис, что им надо от нас? — находясь на грани истерики, пролепетал Син и с силой обхватил ноги девушки, скрывая полыхающее лицо в мягкой ткани подола.

— Они ищут твоего старшего, — зарываясь пальцами в рыжие пряди, ответила девушка и перевела взгляд на пейзажи сонного Солуома за панорамными окнами. — Они почти на месте, их ведет живой маяк. Заказ нужно выполнить, Драконы дорого заплатили за живое тело. Их не остановить, лучик, но можно обмануть, ты это и сам знаешь.

Синдри в последний раз с силой обнял ледяные ноги с практически прозрачной кожей и в следующее мгновение испарился, оставляя за собой тонкую полосу грязной крови.

Глава 21. Бабочка морфо и ее навыки игры в маджонг.

— Тетя часто рассказывала, каким спокойным ребенком я был в детстве, исправно кушал, практически никогда не плакал. Мечта, по сравнению с ее малояровыми бандитами, — медленно вещал Прот, боясь сказать что-то не то.

Он в целом чувствовал себя сейчас крайне паршиво, словно его заставили залпом выпить бутылку самого крепкого алкоголя. Желудок то и дело сворачивало в трубочку то ли от голода, то ли от страха, а голова была настолько тяжелой, что хотелось на всякий случай придержать ее рукой.

Отвратительные ощущения, отвратительный он. Ю Рин рассказала ему то, что и лучшему другу иной раз не расскажешь, открыла ему тайну, которая стоила взрыва. А он медлит. Не может поведать то, что зарыто где-то глубоко в израненном сердце. Поэтому копирует ее манеру речи, надеясь, что из-за долгого вступления, сможет легче перейти к сути дела.