Уж не знаю как, но мой разум справляется довольно оперативно с потоком информации.

Например, я уже знаю фактически всю генеалогическую последовательность царского рода, и успеваю удивиться некоторым фактам. Рюриковичи не вымерли и не уступили трон Романовым. Наоборот, усилили свои позиции, и теперь царствующая фамилия звучит не менее гордо Рюрик-Невские. Вот так вот, не хухры-мухры, какие-нибудь, а тысячелетняя династия, какой и европейские монархи завидуют чёрной завистью. К несчастью, сейчас наступил тот самый переломный момент, когда род может зачахнуть. XIX век стал непреодолимым препятствием для равномерного хода истории и в этом мире тоже. Как всё похоже, но надо ли сравнивать? Особого смысла не вижу, потому что миры не влияют друг на друга, мне так показалось, мои исторические знания не помогут глобально изменить историю, но помогут спасти царскую семью.

Сейчас бы чётко запомнить имена представителей царствующего семейства, чтобы от зубов:

Его Величество, царь Российский и Великий князь (здесь перечисляются шестнадцать названий земель) Александр Иоаннович Рюрик-Невский. Её Величество, царица Российская и Великая княгиня Анна-Мария Фёдоровна Рюрик-Невская (в прошлом Герцогиня Датская Анна-Мария Гольштейн). Цесаревич Великий княжич Пётр Александрович. Великие княжны Елизавета Александровна (вторая претендентка на корону) и Екатерина, всеобщая любимица и самая красивая царевна, судьба которой предрешена с рождения — ей предстоит выйти замуж за молодого короля Пруссии Фридриха.

Мне бы стоило раньше поинтересоваться этими данными, но я понадеялась на силу, и она не подвела, пришлось бы очень долго выуживать данные из замысловатых книг. Местные не любят систематизацию, большинство текстов имеют мудрёный описательный характер, как летопись или былина, и непонятно, что реальность, а что вымысел, я не историк, чтобы докапываться до истины.

Лишний раз порадовалась своей способности работать с данными, «скачивая» готовые знания, я получаю выжимку, какой очень удобно пользоваться…

— Анастасия Сергеевна! — графиня произнесла моё имя чуть более громко, видимо, я увлеклась расследованием и слегка потерялась в реальности. Вздрагиваю. — Вы слишком переживаете, поверьте, не стоит, эта встреча неофициальная, и пройдёт довольно быстро, но вам нужно привыкать к обществу Её Величества и не тушеваться.

— Конечно, простите. Я от волнения повторяла придворный этикет, мне стыдно, но мои навыки весьма посредственные, однако я быстро учусь…

— Первое правило этикета, если можешь молчать — молчи! Многословие — зло! — проворчала обер-гофмейстерина не без раздражения, и я молча присела в книксен, показывая, насколько быстро соображаю. — Так-то лучше, сударыня. Время! Следуйте за мной. Отвечать на вопросы Её Величества чётко, лапидарно, но без повышения голоса. А потом напомните мне, выдать вам часы с секундной стрелкой для вашей службы!

— Слушаюсь!

Мы вышли из кабинета графини и поспешили в соседнее крыло, где располагается резиденция Её Величества. Богатство в каждом сантиметре, где только можно — позолота. Где нельзя — благородный камень, картины, роспись, персидские ковры и сказочная мебель, настолько витиеватая и искусно сделанная, что кажется ненастоящей. Паркетные полы с замысловатым чередованием разных по цвету плашек создают прекрасный и объёмный узор, на потолки я даже боюсь посмотреть, чтобы не отстать.

Шикарный особняк графа Аракчеева померк и показался весьма скромным, в сравнении с этими залами, гостиными и покоями. В этой реальности Зимний дворец превосходит в убранстве наш многострадальный Эрмитаж.

Послышалась приятная музыка, кто-то виртуозно музицирует, исполняя произведение в своё удовольствие от и до, не балуясь, как это часто бывает, наигрывая знакомые мелодии или самые любимые кусочки. И я понимаю почему.

Здесь нет места незаконченности в любом её проявлении.

ОКР царицы тому причина. Её Величество терпеть не может любое незавершённое действие, проект, ремонт, портрет, недочитанную книгу, недослушанную или недоигранную пьесу…

Если кто-то начинает декламировать, то обязан завершить. Если начинают играть, как сейчас на рояле — обязаны отыграть всё произведение.

Если Её Величество проявит ко мне хоть малейший интерес, то она оставит меня при себе, пока моя миссия не завершится, или пока она не потеряет ко мне интерес, тут без вариантов. Устав дворца подчинён требованиям царицы, но только здесь, на другом этаже, «царствует» совсем другая женщина, и её тяжёлое, давящее присутствие я уже ощущаю на себе.

— Мы на месте, помните: спокойствие, сдержанность, лапидарность!

— Да, Ваше Сиятельство!

Графиня очень чётко трижды стукнула в дверь, и нам мгновенно открыла младшая фрейлина с маленькой, беленькой собачкой на руках. И тут же присела в книксен, пролепетала какие-то извинительные фразы и поспешила прогуливать собачку в саду, как только мы прошли в небольшую светлую гостиную.

Ещё одни двухстворчатые двери открыли лакеи, и мы, наконец, вошли в царский кабинет для рукоделия.

— Ваше Величество, позвольте представить Вам боярыню Анастасию Сергеевну Гринёву, при сим соблаговолите принять её бумаги к рассмотрению.

Низкий и долгий реверанс, не позволил мне даже мельком взглянуть на царицу и обстановку, но я учуяла её одарённость. Естественно, иначе царь на ней не женился бы…

Мне кажется, я как губка мгновенно впитала в себя и затаила свою силу, вдохнув и забыв выдохнуть. Показалось совершенно неуместным демонстрировать свои способности в первую же встречу с Её Величеством.

А она попыталась меня проверить, да только не смогла взломать оборону, хотя я не очень-то и закрываюсь.

Вывод очевиден, сила царицы неслабая, но по причине многих расстройств не до конца подчинённая воле и потому практически бесполезная.

Увы, социальный статус для магии имеет далеко не первое значение. В ковене ведьм главная — не самая знатная, а самая сильная.

В этот момент всё встало на свои места, или, вернее сказать, я на себе ощутила расстановку сил во дворце. Соперница Её Величества сильнее в несколько раз, её подпитывает злость и обида на обстоятельства, а это для одарённой женщины весьма мощное подспорье.

У Её Величества просто не хватает сил и здоровья противостоять зарвавшейся фаворитке. И меня взяли именно для обороны, как одарённого телохранителя царской семьи.

— Анастасия Сергеевна, подойдите, хочу рассмотреть вас, говорят, вы очень хороши собой и недостаточно счастливы в браке, — Анна-Мария сразу зашла с козырей, а точнее со своих любимых триггеров. Она сама несчастлива со своим царственным мужем, и моя история для неё близка и понятна.

— Да, Ваше Величество, я обманулась, любовь застила мои неопытные глаза, а когда я осознала, насколько заблуждалась, оказалось уже поздно.

В этот момент Аполлинария Павловна была готова ткнуть меня локтем в бок за словоблудие, но стоит далеко, и потому я позволила себе сболтнуть лишнего с её точки зрения.

— Мудрые слова. Но детей у вас нет? — Её Величество перелистывает мои бумаги, какие ей передал Аракчеев, и продолжает допрос.

— Нет, к сожалению, нет, — отвечаю без лишних эмоций, но словами: «к сожалению, нет», даю намёк, что ничто женское мне не чуждо, и будь у меня возможность, то я непременно бы желала познать счастье материнства.

— Вы ещё молоды, жизнь витиевата в своих сюжетах. Молитесь, и ваши мечты исполнятся.

— Да, Ваше Величество, уповаю на милость всевышнего, — и снова присаживаюсь в реверанс.

Мой ответ, личная драма, внешность и одарённость пришлись ко двору. Поднимаюсь и, наконец, позволяю себе мимолётно запечатлеть образ Её Величества в памяти, чтобы после рассмотреть. Но даже мгновения хватило, чтобы впечатлиться её породистой красотой, величием в осанке и уверенностью в собственной избранности. Такая женщина, будь у неё больше полномочий — не пощадила бы соперницу, и пока Его Величество заглядывает к своей пассии на вечерний чай, царица не трогает паршивку, но терпеливо ждёт удачного момента.