Леночка, пела, хоть и негромко, но голос у нее был нежный и хорошо поставленный.

И нас опять не захотели отпускать, хотя мы уже и устали. Но кое-что у нас еще в запасе оставалось. И тоже, на два голоса.

Что такое нашло на публику, но они желали продолжения. Спасибо Их Величествам, которые пошли нас спасать. Государыня, которой изменила хваленая скандинавская выдержка, вместо того, чтобы просто поблагодарить Леночку, принялась ее целовать, а потом, даже не спросив разрешения мужа, расцеловала и меня.

Надеюсь, государь не приревнует? Ну, он человек мудрый, не должен.

Щеки Ее Величества были мокрыми от слез. Неожиданно, Мария Федоровна сняла с пальца одно из колец с крупным бриллиантом и надела его на пальчик моей супруги.

— Я хочу, чтобы это кольцо осталось у вас на память, — смахнула императрица слезинку.

А государь император, гад этакий, вместо того, чтобы тоже подарить что-то полезное в хозяйстве — крестик, допустим, с груди снять (а мог и звезду, я бы не обиделся) и мне прицепить, отомстил августейшей супруге, расцеловав Леночку в обе щеки. Ладно, ревновать не стану.

После концерта, как водится, все ринулись поздравлять нас с успехом. Мужчины пожимали мне руку (аж заболела), женщины норовили прикоснуться к Лене, что-то прошептать на ушко.

Как я и думал — парочка каких-то сановников, а еще — непонятных дам, вытаращив глаза заприглашали нас в гости. Мол — Иван Александрович, Елена Георгиевна, а хорошо бы, чтобы вы посетили наш дворец, и попели нам замечательных песен.

Я даже из вежливости не стал ничего обещать. Песни исполняю только для тех, кого уважаю, пусть это даже девчонки из Анькиного класса. Или — если позовут в Женское медицинское училище, так спою. А петь каким-то неизвестным мне людям, пусть они и князья или графы — зачем?

Даже в царском дворце случаются заминки перед трапезой. Возможно, самовары решили подогреть, булочки перекладывают, фрукты моют. Или — конфеты у них не того сорта, который положен.

Словом — пришлось немножко подождать перед тем, как нас пригласят к столу. Придворные, должные принять участие в чаепитии, сбились в свои кучки, а Чернавские, включая юных фрейлин Ее Величества, образовали свою.

Конечно же, было любопытно, а что там в коробочках? А там очень красивые вензеля императрицы Марии, выполненные из золота и украшенные бриллиантиками. Если не ошибаюсь, сие называется шифром.

— И что, это мне теперь все время носить? — недоуменно поинтересовалась Анька.

У названной сестренки, в отличие от некоторых иных, выбившихся в высшие слои из низов, не было тяги к золотым украшениям. К всяким-разным побрякушкам Анна относилась довольно-таки равнодушно, хотя я еще помню, как девчонка хотела сберечь свои новые башмачки, в которых собиралась пройтись по Череповцу. Перегорела барышня, так это и хорошо.

Полина, судя по всему, более «подкована» в вопросах службы при дворе, поэтому ответила:

— Нет, шифр полагается носить лишь при исполнении своих обязанностей.

Меня же интересовало совсем другое.

— Ну-с, барышни, а как вы учиться дальше собираетесь?

Похоже, девчонки, в эйфории от случившегося, об этом пока не задумывались.

— Иван, я думаю, эти вопросы мы решим позже, — нахмурилась маменька. Видимо, госпожа Чернавская вспомнила, что Анечка — это не только ее воспитанница, но еще и студентка училища, в котором она начальствует.

— А мы прямо сейчас и спросим, — бодро заявила Аня. — Вон, государыня к нам шествует.

Я украдкой показал Аньке кулак — с вопросами не лезть, первой не заговаривать, соблюдать субординацию.

К нам подошла Ее Императорское Величество императрица Мария Федоровна. Следом за ней, словно торговые корабли в фарватере ледокола, двигались две старшие фрейлины, одной из которых графиня Левашова.

Все мои дамы моментально присели, сотворив книксен, мы с отцом обозначили поклон. Надеюсь, государыня не пришла, чтобы попросить обратно свое колечко? А вдруг оно ей слишком памятно? И так бывает. Но нет.

— Уважаемые Иван Александрович и Елена Георгиевна, — обратилась императрица к нам с женой. — Еще раз хочу сказать вам большое спасибо за песни. А еще хотела сказать, что вы самая замечательная пара из всех, что я видела когда-либо.

Разумеется, мы с Леной и сами знаем, что мы с ней замечательная пара, но услышать такое от постороннего человека, тем более, от жены государя, приятно.

— Ваше Императорское Величество, осмелюсь спросить — а как быть вашим новым фрейлинам с учебой? — спросила матушка и пояснила: — Анна обучается в Женском медицинском училище, а Полина — в гимназии мадам Бернс.

Подозреваю, Мария Федоровна уже решила для себя этот вопрос.

— Думаю, с учебой никаких препятствий не будет. Я попрошу госпожу статс-даму — графиню Левашову составить для мадмуазель Анны и мадмуазель Полины свободный график пребывания при дворе, — улыбнулась императрица. — Надеюсь, одно дежурство в два или три месяца не отнимет много времени от учебы?

— Благодарю, — склонила маменька голову, а барышни, как и положено — откоклечили попки и шаркнули ножками.

— Елена Георгиевна, кажется, вы успели поработать учительницей в Мариинской женской гимназии? И какие у вас впечатления?

Вопрос был из разряда дежурных, поэтому и Лена ответила соответствующе:

— Я рада, Ваше Величество, что приобрела этот опыт. Ученицы были самыми замечательными, коллеги тоже.

Я предполагал, что императрица сейчас еще разочек улыбнется, и уйдет, но тут завязался разговор, в котором приняли участие почти все женщины, за исключением Полины. Эта барышня, в отличие от своей единокровной сестрицы, ставшей сегодня дворянкой, не решалась говорить в присутствии августейших персон, а безбашенная Анька немедленно поделилась соображениями с главой Ведомства учреждений императрицы Марии о том, что в классических гимназиях барышням обязательно следует учиться не только математике и гуманитарным дисциплинам, но и естественным наукам. Ну да, естественная история изучается, но уж слишком она общая и поверхностная. Тут немного от биологии, там — от геологии, чуть-чуть химии. Нужно сделать химию отдельным предметом, да и биологию тоже. Как же гимназистки, желающие связать свою жизнь с медициной, поступают в Медицинское училище, не зная азов химии и биологии?

Мы с батюшкой поняли, что мы тут совершенно лишние, потому что, присутствующие дамы заговорили о таких высоких материях, что не было ни малейшей возможности вставить хотя бы реплику, показав, что мужчины тоже в чем-то разбираются. К счастью, спасение пришло от нашего властителя.

Государь император подошел к нам совершенно неожиданно, почти бесшумно, словно медведь, умеющий двигаться по буреломам так, что не хрустнет ни одна веточка.