В вольных городах составлялись особые своды распоряжений или обычаев, отличных от фуэрос; порой они являлись местными кодексами. К этой категории принадлежат записи обычаев Лериды и Тортосы, собранные в 1229 г. Гильермо Ботетом и содержащие политические, гражданские, уголовные и морские законы. В них находят отражение нормы римского права, которое в ту эпоху стало возрождаться и сделалось объектом изучения. Эти записи представляют любопытнейший пример муниципальной независимости. Тортоса не только располагала подобным местным сводом законов, но для решения вопросов, им не предусмотренных, пользовалась нормами римского, а не каталонского права. Уже в 1173 г. римское право применяется на всей территории Каталонии, и в дальнейшем влияние его концепции и норм продолжает возрастать. Каноник Педро Альберт в период правления Хайме I составил сборник общих обычаев Каталонии.
Флот. Предприимчивый характер каталонцев, выгодное географическое положение страны, постоянные сношения каталонцев с итальянцами (пизанцами и генуэзцами), продвинувшимися вперед в области навигации, привели к тому, что еще в IX в. Каталония имела свой собственный флот (торговый и военный). При Рамоне-Беренгаре III, который покровительственно относился к флоту и отменил обременительные торговые пошлины, каталонские морские силы значительно выросли. Та же политика проводилась и во времена Рамона-Беренгара IV, создавшего постоянную военную эскадру, которая нередко плавала в итальянских водах. Известно, что в 1154 г. в Барселоне уже строились галеры и имелась военная судоверфь. Однако система организации морского флота была еще несовершенной, и власть короля не простиралась на все морские силы страны.
Церковь. Религиозные обычаи и организация церкви в Каталонии претерпели такие же изменения, как и в прочих областях полуострова. Графы Барселонские покровительствовали церквам и монастырям, так же, как и короли Леона и Кастилии. Немало епископов (например, Аусонский и Херонский) и ряд аббатов стали могущественными полунезависимыми сеньорами благодаря приобретенным богатствам и привилегиям, полученным от графов и королей. Клюнийцы распространили свое влияние и на Каталонию, причем здесь имелись такие аббатства, как, например, Кампродонское, которые в XI в. непосредственно зависели от французских монастырей этого ордена. В XIII в. значительное влияние на церковь и религиозные дела стали оказывать францисканцы и доминиканцы. Доминиканцам (обосновавшимся в Барселоне в 1219 г.) было поручено преследование еретиков, и они создали трибунал инквизиции в соответствии с буллами 1233 г. папы Григория IX. Уже отмечалось, что в 1197 г. арагонский король и Барселонский граф Педро II обнародовали закон об изгнании еретиков и сожжении на костре «упорствующих». Обвиняемые, судившиеся церковным судом и отказавшиеся обратиться в католичество, передавались гражданскому судье для наложения наказания[124].
Наконец, начиная с XI в. заметно усиление религиозного фанатизма, вследствие чего реконкиста принимает характер религиозной войны, усиливающейся с учреждением военных орденов.
Семья. Право свободы завещаний, которое «Обычаи» предоставляли дворянам, вовсе не означало, что между членами каталонской семьи не было достаточной связи. Наоборот, в народных низах преобладал, подобно тому как это имело место в Арагоне, тип коммунистической семьи, назначение которой состояло в сохранении накопленного имущества; эта семья была тем ядром, которое обеспечивало экономическое сопротивление внешним силам в эпоху, чреватую всевозможными неожиданностями. В качестве главы семьи выбирали обычно либо отца, либо старшего сына, которому оставлялось либо все имущество, либо большая его часть (три четверти). В Арагоне, Бискайе и Наварре в начале XIII в. этот закон изменили: была предоставлена свобода назначать наследником (и главой семьи) любого из сыновей, дабы руководство домом осуществлялось наиболее способными людьми. В Каталонии, напротив, во изменение законоположений «Фуэро Хузго» преобладало право старшего сына (hereu). Наследник обязан был воспитывать младших братьев и помогать им всем необходимым, пока они холосты и остаются в доме. Если же члены семьи вступали в брак и уходили из дома, наследник давал им приданое в соответствии с размерами имущества и возможностями дома (haber у poder), но никогда не предоставлял им земельных наделов. Такая организация была удобной главным образом для крестьянских семей. В торговых селениях в соответствии с нуждами торговли эти обычаи изменились, однако обычай hereu сохранился в силе, и этим каталонская семья отличалась от кастильской, где практиковался раздел имущества между всеми сыновьями. На этом обычае зиждилось экономическое процветание не только потому, что сохранялось без передела накапливаемое семейное имущество, но и вследствие того, что остальные сыновья должны были собственным трудом удовлетворять свои потребности. Обычаи, касающиеся семьи, усложнялись в последующие времена, между прочим, и под влиянием римского права, пока не был создан институт, носивший особый характер и отличный от кастильской, а в некоторых отношениях и от арагонской системы семейной организации.
Балеарские острова и Валенсия
Организация балеарских территорий. Хайме I сохранил древние обычаи страны, весьма разнообразные и запутанные вследствие крайней пестроты этнического состава населения (на Балеарских островах жили берберы, мосарабы, итальянцы и др.). Хайме I предоставил населению ряд фуэрос, в которых даны были различные вольности, и стал применять нормы «Обычаев» для решения ряда практических вопросов. Он раздавал землю на правах аллодиального держания и устранил некоторые повинности, как, например, кавальгаду, а также подати, которые стесняли торговлю и мореходство.
Большинство населения состояло из мавров. Хайме I относился к ним благосклонно, так как он стремился предотвратить обезлюдение островов. Он не только считался с местными законами, но поручил управление некоторых общин и округов мавританским байли. На Майорке земли были распределены королем между различными сеньорами — епископом Барселонским, тамплиерами, таррагонскими патрициями (povoorde) и городами и селениями, которые оказывали помощь при завоевании острова.
Менорка перешла в вассальную зависимость короля в соответствии с договором 1232 г. и находилась в таком положении до 1287 г., сохраняя своих мусульманских вождей и правителей.
Ибиса была завоевана в 1235 г. рыцарским ополчением во главе с причетником из Хероны, Гильермо де Монгри.
Валенсия. Классы. Известно, что Хайме I осуществил завоевание Валенсии с помощью рыцарей и горожан Арагона, Каталонии и Майорки и наваррского ополчения. Это обстоятельство крайне осложнило организацию новой территории. Король стремился прежде всего обеспечить свои собственные интересы и укрепить свою власть. При разделе территории он действовал как единоличный сюзерен, даруя земли на условиях личного пожалования и ограничивая обычные для Арагона привилегии сеньоров различного ранга. Хайме I, хотя и выделил арагонской знати при распределении валенсийских земель ряд honores, но вместе с тем создал 380 новых феодов для рыцарей, которые волей короля были причислены к знати первого ранга. Большую часть земель он пожаловал на правах свободного держания воинам (tierras francas), принимавшим участие в завоевании, с условием уплаты ценза. Вскоре эти земли перешли в полную собственность их держателей, причем последние не должны были платить никаких податей, кроме коронных и местных сборов. Благодаря этому был создан весьма многочисленный класс средних земельных собственников, который в дальнейшем сыграл немалую роль в социальной истории Валенсии.
На территории этого нового королевства, границы которого заходили тогда не далее р. Хукар, христианское население уступало в численности мусульманскому. В столице и в главных городах преобладали христиане (главным образом каталонцы); однако в сельских местностях подавляющее большинство населения составляли мавры. Многие из них сохранили свое имущество, а некоторые при распределении земель получили наделы при условии уплаты пятой части дохода. В ряде местностей маврам предоставлены были фуэрос, которые разрешали мусульманскому населению избирать факихов и алькальдов, сохранять свои кладбища, мечети, школы и академии. Как общее правило, мавры должны были платить дорожную пошлину (peaje) — компенсацию за покровительство, оказываемое им королем через своего представителя (porlant-veu), который судил за тяжелые преступления мавров, являвшихся вассалами христианских сеньоров. Маврам разрешалось вести торговлю, но им было запрещено выезжать из своих селений, есть совместно с христианами, хоронить своих соплеменников на христианских кладбищах и т. д. В тех местах, где не было особых фуэрос, признавалось, что королевские должностные лица должны судить мавров за все совершенные ими преступления. Восстания мавританского населения в значительной степени изменили эту практику. Евреи, по-видимому, были в худшем положении. Об этом можно судить по суровости кары (сожжение на костре), которой подвергался еврей за сожительство с христианкой.
