Злоупотребляя сеньориальными правами, дворяне обременяли бывших крепостных и соларьегос повинностями и податями. Вместе с тем соображения экономической выгоды определяли стремления сеньоров не ожесточать против себя крестьян, дабы последние, используя права личной свободы (а права эти были признаны, и при этом в отчетливой форме, в Уставе Алькала), не покидали сеньориальных земель и не убегали в вольные города и бегетрии. Этими соображениями руководствовались некоторые сеньоры, которые пытались, конкурируя с городами, привлечь на свои земли крестьян. С этой целью сеньоры жаловали фуэрос и хартии поседения, в которых фиксировались весьма выгодные условия. Таких хартий было много в ту эпоху. Однако были и такие сеньоры, у которых тиранический дух подавлял соображения благоразумия; пользуясь тем, что благодаря многочисленным королевским пожалованиям ряд земельных владений коронных доменов становился сеньориями, они невероятно притесняли крестьян. Об этом свидетельствует петиция кортесов в Вальядолиде в 1385 г. Хуану I, в которой отмечается, что сеньоры наложили на селения «весьма значительные подати и чинят великие насилия, беззаконие и зло, а поэтому упомянутые местечки и села доведены до разорения и обезлюдели.
А когда вилланы оказываются не в силах удовлетворить требования сеньоров, последние приказывают хватать их и бросать в темницу и там держат их, не давая ни воды, ни пищи, словно имеют дело с пленниками». Сеньоры заставляли крестьян подписывать заемные письма под ростовщический процент; насильственно выдавали замуж богатых вдов и дочерей честных людей за своих оруженосцев, и доходили до того, что отбирали кресты, колокола и утварь у храмов и госпиталей и закладывал и продавали все это, «так что опустошались церкви и госпитали».
Короли пытались бороться с этим злом, но борьба эта была сопряжена с большими трудностями.
Положение рабов (siervos personates) оставалось таким же, как и в предыдущий период. Число их, однако, уменьшилось по сравнению с начальным периодом реконкисты; иным стало и отношение к ним, что нашло выражение в более благоприятных для мавританских пленников, условиях обращения с ними и в покровительстве, которое законодательство оказывало мудехарам. Тем не менее количество мавров-рабов было весьма значительно в некоторых местностях и обращение с ними, как о том свидетельствует фуэро Бриуэги, было достаточно суровым. Во времена Альфонса X считалось возможным обращать в рабство не только неверных, но и христиан. Однако, как и прежде, евреям и маврам запрещалось под страхом смертной казни иметь рабов-христиан, хотя они и могли покупать таких рабов для немедленной перепродажи. Детей клириков низшего ранга отдавали в рабство той церкви, в которой их отец отправлял свою должность, но с запрещением продажи их наравне с прочими рабами. К категории рабов принадлежали все рожденные от рабыни, а также изменники родины — лица, которые оказывали маврам содействие в военных операциях. Тем не менее законодательство благоприятствовало рабам, облегчая им возможность получения свободы и возможность распоряжаться своим имуществом. Так, например, любой раб еврея, мавра или иноверца после перехода в христианскую веру немедленно отпускался на свободу. Получал свободу раб, принявший духовное звание с согласия господина или вступивший в брак (при том же условии) со свободной. С этими положениями не согласовывался, однако, закон Альфонса X, включенный в «Фуэро Реаль», согласно которому признавался недействительным акт выкупа раба за его собственные деньги, если эта сделка совершалась без согласия господина, на том основании, что «раб есть имущество господина». Вольноотпущенник или освобожденный (franqueado, forro, aforrado) обязан был оказывать своему бывшему господину знаки внимания и уважения в чрезвычайно торжественной форме, а порой отбывать — повинности, которые должны были служить компенсацией за убыток, понесенный господином при отпуске на волю раба.
Мудехары. С 1252 по 1474 г. завоевания на мусульманской территории были невелики. Во время малолетства Альфонса XI и Хуана II, в период, правления Альваро де Луна и в первые годы царствования Энрике IV за крупными наступательными операциями обычно не следовала немедленная оккупация, несмотря на энергичные настояния пап и некоторых сеньоров, хотя и случалось, что кастильские войска доходили до ворот Гранады. Тем не менее, благодаря постепенным захватам ряда территорий и крепостей со стороны Гибралтарского пролива, Малаги и Хаэна и, в особенности, благодаря внутреннему распаду Гранадского эмирата, росло число покоренных мавров; то были либо обитатели завоеванных городов Хереса, Аркоса, Лебрихи, Тарифы, Гибралтара, Арчидоны, Химены, либо выходцы из пограничных городов — Велес-Бланко, Велес-Рубио, Кастильехи, Гальеры, которые добровольно отдавались под защиту кастильских войск, желая обезопасить себя от превратностей военных действий. А в 1462 г. наступил момент, когда даже гранадские мавры изъявили желание покориться королю Энрике IV и тем самым положить конец изнурительной борьбе.
Рост мусульманского населения неминуемо должен был отразиться на его положении и вызвать множество новых законодательных актов.
То были отдельные соглашения, королевские указы и особые решения кортесов. В частности, в некоторых областях (например, в Алькаррии) уже в XIII в. появляется большое количество свободных мудехаров, образующих новые мавританские общины, что свидетельствует о наличии определенных социальных привилегий. Напротив, в предыдущий период, и в некоторых фуэрос начала рассматриваемого периода встречается множество указаний на мавров-рабов.
Для периода правления Альфонса X характерно явно благоприятное отношение к мудехарам. Мудехары Хереса остались после завоевания в своем городе, весьма населенном, и должны были платить лишь подать королю, не отбывая никаких повинностей; то же произошло и с мудехарами Лебрихи. Мудехарам Мурсии, которые, как уже отмечалось, восстали после завоевания города Альфонсом в эпоху Фернандо III, было разрешено проживать в отведенном для них квартале, отделенном стеной от христианской части города. Правителем назначался мудехар, была сохранена община (alhama), в которой главным судьей и альгвасилом в столице и близлежащих пунктах назначались мудехары и разрешено было свободное отправление мусульманского культа. Оказывалось содействие рыночной торговле, были организованы для мудехаров особые ярмарки в Мурсии и Севилье, способствовавшие развитию ремесленного производства, и предоставлены другие привилегии, подобно данным ранее в Куэнке, Касересе и Баэсе.
Терпимость проявлялась также и в общих законах, изданных Альфонсом, которые не только гарантировали мудехарам личную безопасность и ставили их под непосредственное покровительство короля, но и разрешали им жить по собственным законам и иметь своего судью в лице шейха или старейшины, назначавшегося королем. Ограничения их прав состояли в запрещении строить новые мечети и публично отправлять свой культ в местах, населенных в основном христианами (villas de cristianas). Но им было разрешено сохранить свои старые мечети под патронатом короля, назначавшего факихов. Мудехары обязаны были уплачивать десятину церкви и становиться на колени при встрече со святыми дарами; ограничены были права мудехаров как свидетелей и адвокатов — в качестве таковых они могли выступать только при разборе своей собственной тяжбы или дел своих родичей; христианам запрещалось вступать в брак с мусульманками, а христианкам выкармливать грудью детей мавров и т. д. Но маврам, перешедшим в христианство, разрешалось сохранять своих жен, хотя бы их было несколько (это было дозволено церковью), и не очень строго соблюдалось запрещение жить и есть с христианами. Позднее, после специального решения кортесов в 1268 г., к совместному проживанию мавров и христиан стали относиться строже и, как общее правило, установили разделение кварталов, причем об этом нередко просили сами мудехары, желая обезопасить себя от нападений со стороны христиан. Мудехарам запрещено было носить шерстяные ткани, драгоценные или разноцветные украшения; они должны были брить бороды, а волосы на голове обстригать кружком и не носить чёлки.
