«Напиши, где ты. Это хотя бы безопасно?»

Она долго смотрела на короткую фразу. В ней не было ни просьбы вернуться, ни сожаления, ни попытки объяснить произошедшее. Лишь вопрос, который можно было задать коллеге, соседу или дальнему родственнику. Ясна закрыла сообщение, не отвечая. Если он действительно хотел узнать, где она находится, мог спросить об этом несколько часов назад, пока она ещё стояла в прихожей с чемоданом.

Сон не приходил. Она распаковала ноутбук, поставила его на стол и машинально открыла папку с документами. Резюме оказалось трёхлетней давности. Последнее официальное место работы значилось ещё до свадьбы. Всё остальное время она числилась только в компании Глеба как внешний консультант по договорам, хотя фактически вела половину бумажной работы фирмы. Ясна начала исправлять текст, и через несколько минут почувствовала, насколько странно выглядит собственная биография. В ней словно отсутствовали почти два десятилетия жизни. Человек, который откроет этот документ, увидит женщину без серьёзного опыта, хотя она могла за вечер разобрать финансовые отчёты крупной компании, найти ошибку в договоре быстрее любого юриста и по памяти назвать сроки исполнения контрактов.

Она закрыла ноутбук далеко за полночь. За окном продолжал идти снег, мягко укрывая двор белым покрывалом, а маленькая квартира постепенно переставала казаться чужой. Перед тем как лечь спать, Ясна достала из чемодана зубную щётку, поставила на кухне кружку, аккуратно сложила одежду на полку шкафа и неожиданно улыбнулась. Совсем чуть-чуть. Впервые за много месяцев она раскладывала вещи так, как удобно ей самой, а не подстраиваясь под чужие привычки. Улыбка исчезла почти сразу, но её хватило, чтобы заснуть с ощущением, что утро всё-таки наступит. И каким бы оно ни оказалось, встречать его придётся уже без оглядки на человека, который сегодня навсегда остался в другой квартире.

Глава 4

Телефон зазвонил в начале восьмого утра. Ясна проснулась мгновенно, несколько секунд не понимая, почему потолок выглядит незнакомым, а потом вспомнила вчерашний вечер с такой ясностью, будто вовсе не спала. Маленькая квартира встретила её холодом. За ночь батареи едва прогрели комнату, и, выбираясь из-под одеяла, она невольно поёжилась. На экране высветилось имя Глеба. Она смотрела на него, пока мелодия не оборвалась, но почти сразу телефон завибрировал снова. На этот раз она всё-таки ответила.

— Что случилось?

Вместо приветствия послышался тяжёлый вздох.

— Ты где?

— Это имеет значение?

— Имеет. Мне нужно, чтобы ты приехала в офис.

Она медленно села на диване, плотнее запахнув халат.

— Я больше не работаю у тебя.

— Не начинай. Приезжай к десяти. Есть документы, которые никто, кроме тебя, не сможет собрать.

— Попроси Ладу.

Несколько секунд в трубке стояла тишина.

— Она здесь ни при чём.

— Уже при чём.

Ясна нажала кнопку отбоя прежде, чем он успел ответить. Сердце колотилось так сильно, будто разговор длился час. Она положила телефон на стол и заставила себя сделать глубокий вдох. Всё. Этот мост она сожгла ещё вчера. Только почему тогда руки дрожат?

Она успела принять душ и поставить чайник, когда телефон снова ожил. На этот раз звонил незнакомый номер. Ясна машинально решила, что это работодатель по одному из резюме, которые успела отправить ночью, и ответила почти сразу.

— Ясна Ветрова?

— Да.

— Меня зовут Оксана Сергеевна, отдел кадров компании «Гранит-Инвест». Мы получили ваше резюме. Скажите, почему за последние восемнадцать лет у вас практически отсутствует официальный стаж?

Вопрос оказался ожидаемым, но от этого не менее неприятным. Ясна коротко объяснила, что всё это время занималась документацией семейного бизнеса.

— Можете подтвердить это документально?

— Думаю, да.

— Тогда попросите бывшего работодателя подготовить рекомендации. Без них мы не сможем рассматривать вашу кандидатуру.

Бывшего работодателя.

Она невольно усмехнулась. Какая ирония. Человек, который вчера привёл любовницу домой, сегодня должен написать рекомендацию женщине, которую сам выставил за дверь.

— Спасибо, — тихо сказала Ясна. — Я поняла.

Разговор закончился, оставив после себя неприятную пустоту. Она открыла ноутбук и начала искать новые вакансии. Бухгалтеров требовалось много. Почти везде требовали свежий опыт, знание новых программ, рекомендации и готовность выйти уже завтра. Вчера ей казалось, что самое страшное осталось позади. Теперь становилось ясно, что развод был лишь началом длинной полосы неприятностей.

Телефон снова пискнул.

На этот раз пришло сообщение от банка.

«Уведомляем, что доступ к дополнительной банковской карте прекращён по инициативе владельца основного счёта.»

Ясна замерла.

Она открыла приложение.

Баланс её личной карты не изменился.

Зато исчезла карта, которой она пользовалась почти пятнадцать лет.

Та самая, с которой покупала продукты, лекарства, бытовую химию, подарки родственникам Глеба и всё необходимое для дома.

Глеб отключил её. Не предупредив. Не написав ни слова.

Она сидела неподвижно, пока экран телефона не погас. Потом снова включила его, словно надеялась, что сообщение исчезнет. Не исчезло. Всё оказалось реальным. Она медленно открыла заметки, где вчера записала остаток собственных денег, и впервые пересчитала их так, как считают последние накопления перед неизвестностью.

Именно в этот момент телефон завибрировал снова.

Сообщение было от Глеба.

«Я не отменял перевод денег. Но семейной картой ты больше пользоваться не будешь. Это нормально. И приезжай в офис. Срочно.»

Ясна перечитала текст дважды.

Потом медленно поднялась со стула.

Если ещё вчера ей казалось, что он просто разлюбил её, то сейчас внутри впервые появилось другое чувство. Очень холодное. Очень спокойное.

Глеб начал защищать не свою новую жизнь. Он начал защищать свои деньги.

А значит, впереди её ждал совсем другой развод, чем она представляла вчера вечером.

Глава 5

Ясна приехала к офисному зданию почти за полчаса до назначенного времени и ещё несколько минут наблюдала, как сотрудники торопливо проходят через стеклянные двери. Многие лица казались знакомыми. Одних она сама когда-то принимала на работу, другим помогала оформлять документы, третьим напоминала о просроченных отчётах. Они здоровались с охранником, смеялись, разговаривали по телефону, и никто не подозревал, что женщина, сидящая в припаркованном такси, ещё двое суток назад приезжала сюда почти каждый день. Ясна расплатилась, взяла сумку и медленно направилась ко входу, заранее готовясь к любопытным взглядам. Она ошиблась. Взгляды оказались не любопытными. Они были испуганными.

Администратор на ресепшене заметно смутилась.

— Ясна Андреевна... Здравствуйте.

— Доброе утро.

Девушка прикусила губу, будто собиралась сказать что-то ещё, но лишь отвела глаза. Это насторожило сильнее любого слуха. В лифте Ясна встретила начальника снабжения. Тот кивнул ей, пробормотал невнятное приветствие и неожиданно вышел этажом раньше, хотя его кабинет находился выше. Воздух в офисе словно изменился за одну ночь. Она чувствовала это кожей. Люди не избегают смотреть в глаза человеку без причины.

Кабинет Глеба оказался закрыт. Из приёмной выглянула его секретарь, молоденькая девушка, проработавшая здесь меньше года. Она вскочила так поспешно, что опрокинула стакан с карандашами.

— Он ждёт вас.

— Спасибо.

Секретарь сделала шаг вперёд, потом быстро оглянулась на дверь кабинета и почти шёпотом сказала:

— Ясна Андреевна... вы потом проверьте всё, что будете подписывать.

Она не успела объяснить. Дверь кабинета открылась.

— Заходи, — коротко бросил Глеб.

Ясна сразу поняла, что он плохо спал. Под глазами пролегли тёмные круги, воротник рубашки был застёгнут неровно, а на столе стояли две почти пустые чашки кофе. Однако жалости она не испытала. Перед ней сидел человек, который меньше суток назад без колебаний разрушил их семью, а утром уже лишил её доступа к семейной карте.