При сопоставлении уровней общей заболеваемости по результатам углубленного осмотра и обращаемости среди детей из бедных семей установлено, что изучаемый показатель оказался в 1,3 раза выше в первом случае по сравнению со вторым. Не следует забывать, что заболеваемость по обращаемости практически представлена только острой патологией.
По данным углубленного медицинского осмотра у сельских школьников и группы сравнения преобладали болезни глаза (где чаще регистрировалась миопия средней и высокой степени – 12,2 и 7,3) и органов пищеварения (17,1 и 9,7 на 100 осмотренных соответственно) (Лебедев Д. Ю., 2011).
Важно обратить внимание на то, что у детей из бедных семей выше вероятность получения травм в результате дорожно-транспортных происшествий или травм бытового характера. Случаи смерти от утопления и пожара чаще всего наблюдаются среди детей младшего возраста, привязанных к дому. Случаи пренебрежительного и жестокого обращения с детьми в течение первых лет жизни отмечают во всех странах Европейского региона.
Специальное изучение здоровья дошкольников показало, что неудовлетворительная практика кормления детей в этом возрасте может являться серьезной причиной недостаточного питания. Это приведет к отставанию в физическом развитии и недоразвитии когнитивных функций. В то же время нездоровый рацион питания с повышенным содержанием калорий способствует формированию избыточного веса и ожирения. Могут вырабатываться нездоровые привычки питания, сохраняющиеся на протяжении всей жизни.
Анкетирование родителей городских детей дошкольного возраста свидетельствовало о преобладании разнообразных продуктов в питании у детей из бедных и обеспеченных семей (82,2 и 86,8 %, p > 0,05). Частота ежедневного употребления детьми обеих групп мяса (74,8 и 81,1 %) и молочных продуктов (60,7 и 66,1 %) также была идентичной, но с некоторой тенденцией преобладания этих показателей среди детей, чьи семьи имели средний достаток. Следует подчеркнуть, что несмотря на то, что 2/3 детей из бедных семей ежедневно получали в пищу овощи и фрукты, их оказалось достоверно меньше, чем у детей из обеспеченных семей (66,4 и 79,3 %). Дети из бедных семей, хотя и нерегулярно, использовали в пищу продукты, содержащие избыточное количество сахара (32,7 и 20,8 %, p < 0,05). На частое употребление продуктов с повышенным содержанием жиров указали 5,6 и 3,8 % респондентов основной и контрольной групп, на нерегулярное, соответственно, 13,1 и 8,5 % опрошенных лиц. Организация питания дошкольников в обеих группах семей практически не отличалась: одинаково часто режим питания не соблюдался у каждого 4‑го ребенка. Вместе с тем, значительная часть родителей смогла обеспечить рациональный режим питания для своих детей (75,7 и 75,5 %). Интересным представляется тот факт, что 26,2 % родителей основной группы и 8,5 % контрольной указали на то, что их не устраивало питание в детском саду (p < 0,05). Очевидно, это связано с тем, что недостающие продукты питания, в том числе и фрукты, дети из обеспеченных семей получали дома (Курмаева Е. А., Волгина С. Я., 2008).
Рост и развитие детей имеют огромное социальное и медицинское значение. Проведенное исследование свидетельствовало о том, что среди детей дошкольного возраста из бедных семей (преимущественно за счет мальчиков), по сравнению с их сверстниками из обеспеченных, существует тенденция к более частой регистрации обследуемых с дефицитом массы тела (12,0 и 5,7 %, t = 1,7, p > 0,05) и низким ростом (12,0 и 5,7 %, t = 1,7, p > 0,05). Немаловажным являлось изучение биологического возраста. Следует отметить, что отставание биологического возраста от паспортного наблюдалось у каждого десятого ребенка. При изучении морфотипа достоверных различий между показателями обеих групп не выявлено, в среднем мезосоматический соматотип встречался в 82,5 % случаях, микросоматический – в 5,6 %, макросоматический – в 11,9 % (Курмаева Е. А., Волгина С. Я., 2008).
При оценке физического развития сельских школьников установлено, что более чем у половины детей из бедных семей (52,5 %) против 20 % контрольной группы регистрировали отставание от нормы. При этом почти каждый третий ребенок основной группы (32,1 %) имел хроническую патологию. Кроме того, в контрольной группе у каждого тринадцатого ребенка физическое развитие (7,5 %) оказалось выше нормы (Лебедев Д. Ю., 2011).
Крайне важным аспектом является подготовка детей к школе и изучение «школьной зрелости». При проведении теста Керна – Ирасека только у одного ребенка основной группы (0,9 %) определялось наихудшая оценка (10 баллов). С учетом проведенных исследований по тесту Керна – Ирасека, выявления отклонений в звукопроизношении, оценки биологического возраста установлено, что не готовых к школьному обучению было 15,8 и 4,8 % детей соответственно в основной и контрольной группе.
Распределение детей дошкольного возраста по группам здоровья свидетельствовало о том, что хронические заболевания в стадии компенсации (III группа здоровья) имели 33,4 % детей из бедных семей и 15,2 % детей из обеспеченных семей. Группу риска составляли 53,7 % детей основной группы и 73,3 % контрольной (Курмаева Е. А., Волгина С. Я., 2008). Доля школьников сельской местности из контрольной группы отнесенных к первой группе здоровья, оставалась неизменной после проведенного углубленного медицинского освидетельствования. Вторая группа здоровья детей различной степени материального благополучия снизилась соответственно на 18,4 и 28,1 % (бедные). Третья группа здоровья соответственно увеличилась у обеих категорий детей. В наибольшей степени третья группа здоровья отмечалась среди детей исследуемой категории. Разрыв между ними достигал 13,3 % (Лебедев Д. Ю., 2011).
Связь между социальным статусом и различными аспектами психического расстройства давно вызывала интерес у врачей. Получены данные о том, что психические расстройства чаще наблюдались среди представителей низшего социального класса. Их распространенность, включая невротические, функциональные психозы и алкогольную и наркотическую зависимость. Среди лиц с социальной дестабилизацией и бедностью оказалось значительно людей больше с парасуицидальным поведением и индивидуумов, предпринимающих суицидальные попытки.
Канадский социолог Lisa Strohschein (2000) из Университета провинции Альберта проанализировала статистические данные по американской молодежи и пришла к выводу, что дети, родившиеся в бедных семьях, страдают психическими расстройствами в 3 раза чаще, чем дети из более благополучных, гораздо чаще демонстрируют признаки антиобщественного поведения. Например, они чаще «задирают» своих сверстников в школе, проявляют жестокость, организуют или участвуют в актах вандализма, а также прибегают к обману и лжи. Как только родители таких детей начинают зарабатывать больше денег, и финансовые обстоятельства семьи улучшается, дети начинают вести себя в пределах нормы. Общепризнано, что расстройство поведения у детей, живущих в бедных семьях с низким доходом или в бедных кварталах, отмечается в 3–4 раза чаще. Возможно, механизмы, повышающие риск развития психического расстройства у бедных детей, в основном имеют отношение к высокой степени выраженности семейных и родительских характеристик, связанных с психическим расстройством у ребенка, а не с самим неблагоприятным экономическим положением.
Kaplan и соавт. (2001), изучив социально-экономическое положение в детстве и когнитивное функционирование у взрослых, пришли к заключению, что более высокое социально-экономическое положение в детстве и более высокий уровень образования обусловливают адекватный уровень когнитивного функционирования в период зрелости, при этом матери и отцы независимо друг от друга способствуют развитию творческого когнитивного функционирования своих детей и когнитивных способностей в более позднем периоде жизни. Улучшение социально-экономического положения родителей и повышение уровня образования их детей, по-видимому, могут улучшать качество когнитивного функционирования и снижать риск развития деменции в более позднем периоде жизни.
