Если говорить о перспективах снижения МС в России, то мы их оцениваем как весьма обнадеживающие. Во‑первых, с 2012 г. страна переходит на регистрацию МС по ВОЗовским критериям, и система здравоохранения к этому активно готовится. Достаточно сказать, что в регионах будет построено 22 современных перинатальных центра, из них – 2 центра федерального значения. Во‑вторых, есть четкое понимание, что и как нужно делать далее.

Основные направления и мероприятия по дальнейшему снижению младенческой смертности в Российской Федерации Государственный (законодательный) уровень:

1. Принятие закона РФ «Об охране здоровья детей в Российской Федерации». Внесение дополнений и изменений в федеральный закон «Об иммунопрофилактике».

2. Приоритетное финансирования службы охраны материнства и детства (не менее 35 % консолидированного бюджета здравоохранения).

3. Пролонгирование федеральной целевой программы «Дети России».

4. Приведение критериев перинатальной смертности, живорождения и мертворождения в соответствие с международными требованиями.

Отраслевой уровень (система здравоохранения)

1. Реорганизация на принципе регионализации перинатальной помощи, оказывающей все виды квалифицированной, высокотехнологичной и дорогостоящей медицинской стационарной помощи в области акушерства, гинекологии, неонатологии и хирургии новорожденных.

2. Приоритетное оснащение учреждений системы охраны материнства и детства современной диагностической и лечебной медицинской техникой и оборудованием, расходными материалами, лекарственными препаратами.

3. Оценка и диагностика анатомического развития и состояния плода (врожденные аномалии и пороки развития, наследственные заболевания и внутриутробные инфекции) современными методами.

4. Широкое внедрение современных методов терапии на этапах неотложной помощи новорожденным.

5. Активное развитие кардиохирургии и нейрохирургии новорожденных.

6. Профилактика врожденной патологии (элиминация патологических эмбрионов и плодов, управление экспрессивностью генов).

По нашим прогнозам, если не произойдёт никаких экстремальных событий, то к 2015–2017 гг. уровень МС в Российской Федерации будет находиться в пределах истинных 5–7 на 1000 родившихся живыми, и тем самым вполне соответствовать ВОЗовским стандартам. Принципиального отставания от Европы не будет! Хочется надеяться, что все мы доживем до этого времени и порадуемся, что прогноз оправдался!

Очерк 14

Смертность подростков в Российской Федерации

А.А. Баранов, В.Ю. Альбицкий, Р.Н. Терлецкая, А.Е. Иванова, Е.В. Антонова

Состояние здоровья и развитие общества во многом определяется уровнем популяционного здоровья подростков, которые оказывают значимое влияние на здоровье нации в целом и формируют ее культурный, интеллектуальный, производственный и репродуктивный потенциал. В РФ в 2009 г. насчитывалось 9 260 943 подростка в возрасте 15–19 лет, что составляет 6,5 % от общего числа жителей страны [7], а умерло 8667 человек (6038 юношей и 2629 девушек).

Для любой страны смертность населения подросткового возраста является актуальной социально-демографической проблемой, а ее тенденции, причины и возрастно-половая специфика – объектами пристального изучения. В РФ это, прежде всего, связано с устойчивостью сложившейся кризисной демографической ситуации, уменьшением численности населения и его плотности [2].

Потери жизни в подростковом возрасте сказываются на уровне средней продолжительности жизни, уменьшении числа лиц активного трудоспособного возраста и связанных с этим экономическими потерями государства. Главное экономическое последствие преждевременной смертности подростков – уменьшение численности трудового потенциала страны и связанное с этим недополучение валового внутреннего продукта. Т. н. демографические инвестиции на содержание, воспитание и профессиональную подготовку подростков не окупаются их трудовым вкладом вследствие их преждевременной смерти [12].Смерть в подростковом возрасте оборачивается весомой потерей непрожитой (что важно в общечеловеческом аспекте) и, соответственно, непроработанной (что важно в экономическом аспекте) жизни [14].

В последние 5 лет смертность российских подростков в возрасте 15–19 лет находилась в пределах 108–120 на 100 тыс. населения данного возраста. Данные о частоте и структуре основных причин смертности российских подростков представлены в табл. 19.

Таблица 19. Уровень и структура основных причин смертности населения в возрасте 15–19 лет в Российской Федерации, 2008 г.^[68]

Показатель смертности российских подростков в 3–5 раз выше, чем в большинстве стран Европы. С сожалением приходится констатировать, что состояние здоровья российских подростков существенно хуже, чем у их сверстников в других странах. Об этом красноречиво свидетельствуют данные самооценки здоровья 15‑летних юношей и девушек. Так, считают себя здоровыми: в Швейцарии – 93 %, во Франции – 55 %, в Германии – 40 %, в России – 28 % опрошенных юношей и девушек [3]. Такая ситуация, конечно, не может не сказываться на формировании уровня смертности российских подростков.

Анализ подростковой смертности за длительный период показал (рис. 11), что ведущими факторами ее изменения являются социально-экономические сдвиги, происходящие в России. Об этом свидетельствует полное совпадение тенденций показателей с событиями, происходящими в стране. Так, заметное снижение подростковой смертности в начале 80‑х гг. прошлого века совпало с введением обязательного среднего образования, в дальнейшем позитивные тенденции заметно ускорились в связи с антиалкогольной кампанией 1985–1987 гг. Как и следовало ожидать от конъюнктурных изменений, эффект антиалкогольной кампании был очень быстро исчерпан, и начался рост смертности, заметно ускорившийся после 1991 г.

Рисунок 11. Динамика подростковой смертности (на 100 000) от всех причин и от травм и отравлений в России в 1980–2008 гг.

Позитивные тенденции второй половины 90‑х гг. были прерваны экономическим кризисом 1998 г., однако стабилизация и улучшение экономической ситуации начала 2000‑х гг. привели к формированию позитивных тенденций подростковой смертности. Однако сопоставление показателей 2008 и 1991 г., последнего года советского периода, приводит к более скромным выводам: в 1991–2008 гг. смертность российских юношей снизилась на 12,4 %, девушек – практически не изменилась.

У юношей снижение смертности происходило от всех ведущих причин. Так, смертность от травм и отравлений снизилась на 44,6 %, от болезней органов дыхания – на 55,6 %, от сердечно-сосудистых заболеваний – на 4,1 %; онкологическая смертность снизилась на 26,6 %, смертность от болезней нервной системы – на 55,3 %. Смертность от неточно обозначенных состояний у юношей в 2008 г. по сравнению с 1996 г. практически не изменилась (5,6 и 5,3 на 100 000, соответственно). У девушек ситуация складывалась не столь однозначно: при выраженных позитивных тенденциях касательно таких эндогенных заболеваний, как новообразования и болезни нервной системы (снижение на 32,2 и 45,5 %) и таких экзогенных причин, как травмы и отравления и болезни органов дыхания (снижение на 29,1 и 23,5 %), наблюдался заметный рост смертности от сердечно-сосудистых заболеваний и неточно обозначенных состояний (на 17,9 и 26,7 %, соответственно).

Смертность подростков, как ни в какой другой возрастной группе, определяется внешними причинами. В 2008 г. отрыв смертности от травм и отравлений от новообразований, занимающих 2‑е место, был почти 18‑кратным у юношей и 8,1‑кратным у девушек. Основными внешними причинами смертности подростков являются дорожно-транспортные происшествия, которые определяют более четверти всех случаев смерти от травм в этом возрасте. Специфической особенностью дорожно-транспортной смертности являются ее позитивные тенденции в 1989–1997 гг., в разгар экономического кризиса в России. Таких тенденций не было отмечено для какой-либо другой внешней причины смерти. За постсоветский период (1991–2006) дорожно-транспортная смертность российских юношей снизилась на 26,1 %, а девушек – выросла на 8,7 %. Однако за последнее десятилетие (1996–2008) рост показателя отмечен и у юношей и у девушек.