Однако к середине 30‑х годов МС заметно возросла (на 20,2 % по данным официальной статистики, на 42,4 % по оценочным данным экспертов^[67]). Данный скачок был обусловлен преступлениями сталинизма, прежде всего, голодом, охватившим ряд регионов страны. В 1940 г. показатель МС вновь достиг уровня 180‰.

В годы Великой Отечественной Войны правительство приняло комплекс чрезвычайных мер, направленных на сохранение жизни и укрепление здоровья детей, беременных, кормящих матерей. Данному контингенту стали выделять дополнительное питание. Для обеспечения специализированной помощью женщин-работниц в медико-санитарных частях промышленных предприятий были организованы акушерско-гинекологические кабинеты. В стране дополнительно развернули 14 тысяч ясельных мест, около 7 тысяч коек – в домах ребенка, 800 коек – в домах матери и ребенка. Во второй половине 1941 и 1942 г. МС младенческая смертность в стране значительно возросла, но уже в 1943 г. ее уровень по сравнению с 1940 г. оказался в 1,5 раза ниже. Конечно, этой тенденции в какой-то степени способствовали названные мероприятия по охране ОМД, но несомненно главенствующим фактором стало резкое снижение рождаемости в хорошо понятных условиях военного времени. Кроме того, можно предположить, что имел место большой в условиях невиданной войны недоучет случаев смерти детей.

В 1946 г. показатель МС оказался равным 85,9 %, т. е. по сравнению с последним предвоенным годом снизился более чем в 2 раза и фактически оставался стабильным до 1952 г. Из комплекса факторов, обусловивших этот феномен, несомненное значение имели: заметное снижение рождаемости (в 1940 г. ее показатель составлял 31,2 на 1000 населения, 1950 г. – 26,7); повышенное в связи с колоссальными потерями в войне внимание государства, медицинских работников, самих родителей к грудным детям; получившие широкое применение сульфамиды; начало эры антибиотиков.

С 1951 по 1971 гг. МС в СССР сократилась в 3,7 раза. Темпы ее снижения не уступали таковым в экономически развитых странах. Об этом убедительно свидетельствуют данные табл. 16, характеризующие темпы убыли младенческой смертности в некоторых странах, непосредственно участвовавших во Второй мировой войне.

Неуклонное снижение МС в СССР обусловил комплекс факторов. Это, во‑первых, рост социально-экономического благополучия общества. Во‑вторых, широкое использование антибиотиков. В‑третьих, дальнейшее снижение рождаемости (с 26,7‰ в 1950 г. до 17,4‰ в 1970 г.). В‑четвертых, значительно окрепла материальная база ОМД. Наконец, доказала свою высокую эффективность окончательно сложившаяся к середине 50‑х гг. система диспансерного наблюдения за беременными, новорожденными и детьми первого года жизни.

В 1972–1976 гг. уровень МС в стране резко возрос (на 37,1 %). Этот скачок был обусловлен рядом причин. Во‑первых, он совпал по времени с периодом застойных явлений в экономической и социальной сфере. Здесь особую негативную роль сыграл остаточный принцип финансирования здравоохранения, в первую очередь, службы ОМД. Во‑вторых, предыдущие успехи были обусловлены снижением смертности в постнеонатальном периоде, а отсюда все больший удельный вес в смертности стал приобретать неонатальный компонент – смертность на 1‑м мес жизни. Однако стратегия борьбы с МС не была пересмотрена, и в первую очередь не получили должного развития перинатология и неонатология.

Таблица 16. Динамика снижения младенческой смертности в некоторых странах (на 1000 родившихся живыми)

Однако ведущую роль в повышении уровня МС сыграл следующий фактор. До 70‑х гг. регистрируемый органами государственной статистики уровень МС не соответствовал действительному, т. е. был занижен, особенно в сельской местности. С начала 70‑х гг. учреждениям родовспоможения вменили в обязанность сообщать в органы государственной статистики о случаях перинатальной смертности. Другими словами, рост МС в значительной степени обусловила более полная ее регистрация.

Из данных табл. 17 видно, что с 1988 г. в СССР начался период заметного снижения уровня МС. За 3 года ее уровень уменьшился на 14,2 %, достигнув в 1990 г. 21,9‰; среднегодовой темп убыли составил 5 %. Фактически в этот период под руководством заместителя министра здравоохранения СССР А. А. Баранова создается стратегия снижения МС в стране.

Таблица 17. Младенческая смертность в СССР в 70–80-е гг. (на 1000 родившихся живыми)

Основополагающими пунктами данной стратегии стали:

– реализация комплексных региональных программ по снижению МС для территорий с высоким, средним и сравнительно низким ее уровнем;

– пренатальная диагностика патологии плода;

– внедрение ультразвукового пренатального скрининга;

– диагностика внутриутробных инфекций;

– планирование семьи, внедрение современных контрацептивов;

– развитие и внедрение на всех этапах реанимации и интенсивной терапии новорожденных;

– изменение организационной структуры работы акушерских стационаров, их интеграция в структуру больничных комплексов; создание учреждений нового типа – перинатальных центров.

Именно реализацией этой стратегии следует объяснить тот выдающийся феномен, когда в 90‑е гг. прошлого века на фоне обвального ухудшения большинства показателей в социально-экономической и демографической сферах уровень МС в России не только не повысился, а даже имел тенденцию к снижению (см. табл. 18). Реализация указанной стратегии, обогащенной последними достижениями науки и практики, позволила добиться впечатляющего результата и в ХХI столетии.

Таблица 18. Младенческая смертность в Российской Федерации 1990–2009 гг.

О значимых результатах по снижению младенческой смертности в России за первые 15 лет ее существования в статусе РФ свидетельствует:

– уровень показателя снизился с 19,9 в 1993 г. до 8,2 в 2009 г. на 1000 живорожденных;

– если бы смертность младенцев сохранялась на уровне 1993 г., то в стране за 15 лет было бы потеряно 85 000 детей на 1‑м году жизни;

– снижение младенческой смертности на 0,6 года увеличило среднюю продолжительность жизни населения России;

– только за счет снижения числа предотвратимых случаев смерти детей в возрасте до 1 года в стране сохранилось более 200 тыс человеколет.

Здесь хочется поделиться важным, с нашей точки зрения, наблюдением, о котором ярко свидетельствует динамика МС в нашей стране. Успехи в постреволюционном обществе опираются на интеллектуальные достижения отвергнутого (свергнутого) общества. Так было в первые советские, так стало и в первые постсоветские годы. Хотя бы только за это следует с большим уважением относиться к прошлому нашего Отечества!

На этой оптимистической ноте хотелось бы завершить статью, если б не одно «но»! В экономически развитых странах Запада показатель МС в настоящее время находится на уровне 3–6‰. У нас его уровень в 2010 г. составил 7,5‰, т. е. мы вроде бы приблизились к величинам западных стран. Однако это не так.

В отечественной статистике МС (хотя это и рекомендует ВОЗ) мы до сих пор не учитываем умерших новорожденных, родившихся с весом 500–999 г., что давно делает большинство стран. Более того, еще жива привычка «улучшать» (фальсифицировать!) показатель путем переброса в мертворожденные живорожденных. Расчет уровня МС с учетом новорожденных с экстремально низкой массой тела (500–999 г) показал, что ее недоучет составляет целых 7–8‰. При переходе на международные критерии регистрации рождений, когда будет исключена возможность искажения статистики, уровень МС составит 14–15‰.