— Хватит, мне это надоело! — неожиданно подала голос старейшина, заговорившая самой первой, и до того молча наблюдавшая за перепалкой. — Похоже, ты теряешь хватку, Цукикаги, — ледяным тоном продолжила она, выступая вперед, и от нее повеяло какой-то внутренней мощью. — Говоришь, что в нарушение наших традиций и без разрешения старейшин ты запечатлелась с этим мальчишкой? Тем хуже для тебя, и вдвойне хуже — для него. Ты что-то здесь пищала о долге и традициях, глупый мышонок? — последние два слова она выплюнула, словно грязное ругательство, и сказать по правде оно им и было: назвать лису мышью — все равно что назвать ее добычей, кормом…

Услышав это, я побоялся, что Аки выйдет из себя и нападет, чем подставится под удар, однако, в этот раз я сильно ошибся.

— … так вот сейчас я напомню тебе самую древнюю и незыблемую из наших традиций, мышонок, — продолжила между тем та, шипя и цикая рассерженной коброй. — Согласно традициям, в отсутствие Главы Юй — бремя управления кланом и принятия важных решений ложится на трех старейшин — во главе с сильнейшей из них. В том числе — вопрос наследственности вассальной присяги клана сюзерену. Поскольку Совет Старших клана Юй — в нашем лице — признаёт преемственность обязательств перед домом Сирогане, твоя жалкая попытка объявить присягу «недействительной» здесь и сейчас признается нарушением вассальной присяги всего клана, а значит — бросает честь на наше доброе имя, и является предательством! Поэтому, я, как уполномоченная и глава Совета Старейшин, здесь и сейчас собственными руками покараю предательницу…

Я похолодел. Вот теперь ситуация официально стала херовой. Я помню, что раньше слышал о боевой мощи вошедших в полную силу кицунэ-воинах, а согласно рассказанному, Старейшины Юй — пять самых сильных, древних и умудренных в их искусстве воительниц. Похоже мы встряли, даже свалить по-тихой не получится.

Мысленно перебирая, и приводя в готовность весь доступный мне арсенал, я приготовился было обрушить на всех присутствующих один из навыков «Дисторсии» — дисциплины, позволявшей манипулировать пространством, сгущая искажая и закручивая его в немыслимые конструкции при помощи печатей и гравитации, благодаря знаниям и навыкам, почерпнутым от Марко. Но реакция Аки оказалась неожиданной настолько, что сбила с толку даже меня.

— Не нужно, Ярик, — явно почувствовав мое напряжение повернулась она, и ее веки прикрылись ровно наполовину, бросая на меня взгляд хитрющих глаз — условный сигнал. А следом продолжила уже в сторону кицунэ: — Очень хорошо, что вы об этом напомнили, Почтенная Старейшина Юй но Томоэ, — Аки изобразила классический поклон «равного», и выпрямилась, гордо вздернув носик. — Вы совершенно точно указали на то, что главой совета старейшин является сильнейшая Лиса клана. Но так уж сложилось, что среди действующих старейшин — ни одна Лиса не является сильнейшей…

На возвышении сразу стало шумно: люди Токаторо зашептались, сам он резко выпрямился. Цукикагэ побледнела. Томоэ застыла так резко, будто её ударили. Лишь третья старейшина не дрогнула — только чуть прищурилась.

— И что ты хочешь этим сказать, девочка? Ты осознаешь последствия своего необдуманного заявления? — третья, молчавшая все это время старейшина неожиданно вступила в разговор. — Хорошо ли ты понимаешь, что если ты просто сдашься — то отделаешься максимум заточением, розгами и замужеством по выбору совета, но если ты сейчас не извинишься и не возьмешь свои слова назад…

— Я не извиняюсь за правду, госпожа, — как-то спокойно ответила Аки. — Честно говоря, до сего дня я чтила старейшин, и помыслить не смела о том, чтобы поступить так, но то, свидетелем чему я стала…

— Ты-ы-ы!! — зарычала Томоэ, растеряв все свое величие, и оскаливаясь словно волчица, у которой как раз заострились зубы а глаза налились багровым светом. — Ты мелкая недоросль, крохотная мышка, думаешь, что смеешь бросаться оскорблениями, и тебе все сойдет с рук только лишь потому, что мы обещали отдать тебя Токаторо… — она неожиданно запнулась и закашлялась, а Аки наоборот оскалилась и расхохоталась.

— Становится все интереснее, — она повернулась к Токаторо, который отстраненно смотрел в сторону, играя желваками. — Какие интересные подробности скрываются под старым мхом… Я ожидала, что, копнув глубже, найду здесь застарелую зарытую кость… а вместо этого напоролась на крысиное гнездо.!!

Она повернулась к Цукикаги, которая уже не притворяясь мудрой наставницей выпучила глаза, и медленно попятилась. Перевела взгляд на Томоэ и тихо произнесла:

— Уж простите, госпожа Юй но Томоэ, но соблюдать все церемонии и подготавливаться мне некогда… Я обвиняю вас в трусости и слабости, ведь только слабая и трусливая согласилась бы участвовать в столь грязной авантюре. Трусливая и слабая лиса — должна быть изгнана с позором, не то чтобы быть старейшиной.

Та на мгновение оскалилась, а потом откровенно расхохоталась.

— Бедная наивная дурочка, мышка, рожденная прошлой весной… неужели ты и правда надеешься что сможешь продержаться против меня хотя бы пару минут⁈

— Посмотрим, — просто ответила Аки, скидывая сумочку, передавая мне телефон и выходя на ровную площадку посреди сада, выложенную каменной кладкой. — Я готова в любой момент. Нападай… предательница.

* * *

Мое сердце колотилось как бешеное, а кулаки стиснулись до хруста пальцев. О чем черт ее раздери она думает! Какого хера она бросает вызов древней опытной лисе, концентрацию оболочки которой я вижу даже не напрягаясь и не меняя восприятия… Нет, я должен ей помочь, я не смогу на это смотреть, если…

«Не вмеш-шивайся, — неожиданно одернула меня демонесса. — По крайней мере, пока не убедишься в том, что она не справится сама… Верь ей…»

«Ты с ума сошла! А что если она…»

«Если уж ты сам сомневаешься в ее силах, то поверь хотя бы мне… Эту старую, побитую молью шубу ждет тот еще сюрприз…»

Я кое-как пересилил себя, стиснул зубы, и сложил руки за спину, прилагая огромные усилия, чтобы остаться наблюдателем, глядя, как медленно Томоэ выходит на середину сада, становясь напротив Аки.

— А теперь я заставлю тебя почувствовать всю глубину отчаяния, и проклясть тот миг, когда твоя шлюха-мать подгуляла тебя с каким-то приблудным оборванцем, — расхохоталась Томоэ, и демонстративно облизнулась. — Это будет великое облегчение для клана, что ты, грязнолицая не успеешь усугубить этот позор, как и твоя мамаша, принеся нагулянное на воспитание клана…

На ее красивых ладошках резко налились чернотой ногти, удлиняясь и заостряясь в боевой трансформации, и она стремительной тенью метнулась прямо на мою лисичку, целясь ей в горло.

Глава 75

Никогда раньше я не наблюдал настоящего поединка двух кицунэ. Точнее сказать, Аки и Китсу при мне много раз упражнялись, не особо-то и сдерживаясь, и сколько я помню — их удары всегда были очень быстры и точны… бывало даже так, что девчонки увлекались,выпуская когти и рыча, подобно настоящим лисичкам (как бы не тигрицам), пару раз было даже капли крови разлетались из мелких царапинок на коже… но они никогда не причиняли друг дружке серьезных увечий. Даже мой самый первый спарринг с Аки — был чем-то из ряда вон выходящим…

И пускай в последнее время я помногу тренировался с Джи, Кайей, и самой Аки, и сумел взвинтить свой темп втрое по отношению к прежнему уровню — я все еще понимал, что до уровня Аки мне далековато…

Однако, когда мне довелось посмотреть на настоящий, серьезный бой кицунэ — я быстро понял, что моя рыжая вредина еще вполне меня щадила во время тренировок.

Резкий рывок Томоэ оказался таким стремительным, что я банально проморгал ее внезапную атаку: вот она все еще сыплет угрозами и оскорблениями, а в следующий миг вонзает когти прямо в горло моей лисички…

«Тихо! — одернула меня демонесса, тормозя взметнувшуюся руку, а мое сознание переключилось в режим ускоренного восприятия. — Смотри внимательно!»