— А в чем я кого-то надул? Назвал неточную дату находки корабля? Да просто я не всё рассказал подробно, только в общих чертах. А вот сейчас выдал подробности. Больше ведь ничего не изменилось — ответил я. — Могу добавить, что это Айк запретил мне выходить на власти СССР, да и любой другой страны, пока я не обеспечу безопасность своих близких. Он и правда предлагал всех перевезти на свой корабль, но я сделал менее радикальный вариант — запасной аэродром в США.

— Ну этот вариант описания событий более подходящий, а Айк подтвердит это? — спросил Брежнев.

— Все так и было Леонид Ильич! — тут же подтвердил Айк, его лицо появилось на небольшом экране коммуникатора. — Был совет от меня обезопасить родных и близких, перевезти их на корабль, и запрет на контакты с властями, пока не обеспечим себе безопасные плацдармы на Земле.

— Ну это совсем меняет дело — улыбнулся Брежнев. — Против Айка не попрешь!

— Да, я считаю, что это был самый разумный выход. И результаты показывают, что я был на правильном пути — сказал я.

— И как там дела у твоей мамы? — спросил Брежнев.

— В настоящим момент времени формальный брак у мамы со Смитом превратился в настоящий, у них успешно идут дела в золотодобыче — у Смита свой прииск. Они вместе подобрали специалистов для миссии на Кору, но надо прииск надо на кого-то оставить, и это будут родители Погодина, у них тоже стоят нейросети — выдал я.

— Откровенность на откровенность. Мне КГБ докладывало, что не смогли найти твою мать и родителей Погодина, которые отдыхают на югах — усмехнулся Брежнев. — Ты верно предположил, насчет своих близких — у спецслужб свои методы работы. Будем считать, что мы квиты. Что от меня требуется, точнее от СССР, чтобы укрепить доверие?

— Выдать загранпаспорта Погодиным, мы получим для них рабочие визы в США, и они будут легально управлять прииском Смитов, пока те будут летать на Кору — сказал я.

— Без проблем, завтра передадим их Погодину — пообещал Брежнев. — А как они попадут в США легально?

— Обсудим этот вопрос с американским адвокатом, специализирующимся на иммигрантах, он подскажет, как это сделать. Скорее всего через третью страну, через Финляндию, например. Но с другой стороны, после миссии на Коре нам придется всем открыть правду о существовании корабля и доступ к инопланетной технологии. Тогда уже и не потребуется никакой легализации в США, они как служащие корпорации «Звездный путь» получат любые визы. Кстати, мы этот вопрос с вами еще не обсуждали, а он очень важный. Я хочу обеспечить доступ всех стран к инопланетным технологиям, с преимуществом СССР разумеется. То, что может применяться в военной технике, будет поставляться только СССР — пообещал я.

— Ну да, служащим вашей корпорации будут открыты любые границы — согласился Брежнев. — Но загранпаспорта мы Погодиным сделаем, они им пригодятся. Можем даже поставить штампа выбытия, например на финской границе.

— Время покажет, что нам потребуется. Может даже отправим их самолетом Аэрофлота из Шереметьева в Нью-Йорк, чтобы все по-настоящему было. Теперь об открытии тайны инопланетного корабля. Хочу услышать ваши пожелания по открытию этой информации о корабле и планете Кора, до этого события еще примерно девять месяцев у нас есть — высказал я свое пожелание.

— Над этим надо хорошо подумать. И насчет применения инопланетных технологий в военной области тоже. С одной стороны хорошо бы получить явное преимущество перед США, а с другой стороны мы подписали с ними договор об ограничении стратегических наступательных вооружений и систем противоракетной обороны. Стратегические бомбардировщики, летающие через космос, может и не попадут под ограничения по бумаге, но по духу мы нарушим договор и потеряем их доверие. Так что тут палка о двух концах, я думаю, что мы, возможно, построим несколько таких бомбардировщиков и этим ограничимся — сказал Брежнев.

— Мы с Погодиным рассуждали, чем мы сможем помочь нашей стране, в том числе и постройкой такого бомбардировщика, способного летать через космос. Но Айк нас разгромил, показав, что баллистические ракеты гораздо эффективнее. Так что в этом плане мы поможем выбрать с помощью Айка оптимальный вариант использования новых технологий в военной сфере — пообещал я.

— О, у нас уже авиаконструкторы ждут гравилит, чтобы сделать супер-самолеты, которые будут летать через ближний космос — усмехнулся Брежнев. — А я вот сомневаюсь в их необходимости — свои аргументы я вам сообщил. Но вот чтобы оснастить таким приводом наши бомбардировщики, чтобы они без дозаправки могли весь свет облететь — это стоит сделать. Те же Ту-22М, у них дальность полета шесть с половиной тысяч километров, а боевой радиус полторы тысячи километров. Для морской авиации этого очень мало, системы дозаправки в воздухе требуют баз по всему миру. А с движителем на гравилите этот самолет сможет патрулировать весь мировой океан.

— Ну вы забываете про пилотов — им же отдыхать требуется — усмехнулся я. — Мы вместе с вашими конструкторами поработаем над проектом такого бомбардировщика, когда придет время.

— Хорошо, придет время — займемся ими. Я обсужу со своими товарищами вопрос об открытии информации о инопланетном корабле и цивилизации на Коре. Опасаюсь я, как бы у нас не вспыхнула очередная гонка вооружений, с использованием новых технологий — вздохнул Брежнев. — Я сообщу результаты обсуждения этого вопроса на Политбюро, примерно через неделю.

Мы попрощались, я спросил у Айка — Ну что скажешь?

— Все прошло отлично, информация пролетела как надо и результат доказывает твою и мою правоту — ответил Айк.

— А что скажешь по поводу открытия информации о корабле и планете Кора для всех? — спросил я.

— Тут сложно дать однозначный ответ. Но я тебе сразу скажу, что даже бесконтрольная торговля сверхпроводниками и супераккумуляторами тут же приведет к использованию их в военной сфере. Это электромагнитные пушки, миниатюрные боевые дроны большого радиуса действия. А когда в их распоряжение поступит гравилит, то разработка таких дронов возрастет на порядок. И не исключены варианты ядерных бомб с таким приводом. Ядерное оружие имеется уже официально у пяти стран, скорее всего оно имеется у Израиля и ЮАР. Его разработкой занимаются Индия и Пакистан. Поэтому с этим надо быть осторожным — высказался Айк.

— Ну гравилит мы можем применять на гражданских самолетах, а сами самолеты давать только в аренду вместе с пилотами с нейросетями. И управлять самолетами только через нейросети — предложил я.

— У нас не так много этих систем управления, а сами мы научимся их делать лет через двадцать — ответил Айк. — Пока мы можем делать обычные приборы управления, вскрыв которые ученые быстро разберутся с управлением гравилитом.

— Так, гравилит пока отпадает… — пробормотал я. — Ну супераккумуляторы и сверхпроводники остаются — только мы их может производить.

— С ними да, проще. Но кто мешает их использовать не по назначению? Снять с гражданского дрона и переставить на военный? Или просто гражданский дрон начинить взрывчаткой? — возразил Айк.

— По-твоему тогда надо оставить все как есть и не внедрять эти технологии — спросил я.

— Пока я вижу внедрение сверхпроводников в готовых изделиях — в тех самолетах, что вы разрабатываете. Вытаскивать из них сверхпроводники и супераккумуляторы будет слишком дорого. И то и тут будет проблема обслуживания и ремонта — поставки запчастей ты не сможешь запретить, а из них можно легко собрать боевой дрон — ответил Айк.

— Ремонт только в сертифицированных дилерских центрах, и даже только в наших мастерских, которыми будут управлять люди с нейросетью — предложил я.

— Ну такой вариант более рабочий, неплохо бы еще и правительства к этому привлечь, потому что они тоже не будут заинтересованы в нелегальном распространении этой технологии — ответил Айк.

— Цену на супераккумуляторы надо будет назначить очень высокую, чтобы не думали применять их не по назначению — предложил я. — Но тогда кто будет покупать наши самолеты? Мы же хотели продавать «Колибри» по девять тысяч долларов, по цене «Цесны-172».