— Вас, понял, завтра отправим самолет к вам — пообещал я.

Мы попрощались, я прошел из своего кабинета в доме в мастерскую. Там работали Зоя и Лариса вместе с нанятыми инженерами и техниками, собирая наш «Шмель».

— Лариса, Зоя, надо отправлять «Колибри» в Эверетт к Фишеру на испытания — дал я распоряжение.

— Своим ходом отправить? — попросила уточнить Лариса.

— Нет, наймите трак, отправите его на компанию Фишера — ответил я. — Вам там нечего делать, они сами всё сделают, что требуется для сертификации. Придет счет от него — оплатите, он даже пилотов сам наймет.

— Будет сделано босс! — кивнула головой Лариса и пошла в свой кабинет заниматься наймом трака. Зоя с техниками занялась упаковкой «Колибри» для перевозки.

Мне там было делать нечего, я вернулся в дом. Теперь оставалось только ждать завершения запущенных процессов.

Чтобы не сидеть без дела, занялся с Айком модернизацией «Колибри» для использования в мегаполисе, например в Нью-Йорке.

Мы с ним ради этого пошли на радикальные меры — установили две независимые системы управления, восемь двигателей на подъем и два ходовых двигателя, вращающиеся в разных направлениях — один комплект двигателей на свой блок управления с отдельным аккумулятором. При выходе из строя любого двигателя самолет оставался в рабочем состоянии и мог не только приземлиться, но и продолжать полет. Все воздушные винты мы закрыли в кожухи — вес самолета увеличился, но ради безопасности это стоило сделать, рынок в мегаполисах с их пробками обещал быть безграничным. Вид самолета стал больше похожим на нашего «Шмеля», только фюзеляж у него был поменьше.

Крейсерская скорость тоже упала до двухсот пятидесяти километров в час, но для мегаполиса этого было вполне достаточно.

Глава 16

Надо будет в выходные переварить эту конструкцию с Погодиным, пусть он у нас будет главным конструктором. Хотя чего ждать? У него каждый вечер свободный — пусть работает. И я переслал ему на нейросеть наш с Айком проект воздушного судна для мегаполисов с просьбой внести свои идеи в него. В ответ получил сообщение с благодарностью — скучает без работы.

Но через час он мне позвонил в расстроенных чувствах.

— Привет Костя! У вас натуральный вертолет получился, а не летающий автомобиль, который вы хотели сделать — прикололся Погодин. — Сравните с «Колибри» и сами увидите!

— Хорош критиковать Погодин — давай сам рисуй свой вариант вместе с Айком. Только требования по надежности и безопасности остаются — ответил я ему.

— Хорошо, сейчас займусь — сказал он и отключился.

Я сам смотрел на наш проект вертолета или точнее автожира, но, честно говоря, не видел других вариантов. Высоко поднятые вертикальные винты — это безопасность пассажиров и окружающих людей, удобство доступа в кабину. Их достаточно большой диаметр — это меньше оборотов и шума. Просторная кабина — это комфорт пассажиров. Но может прижать вертикальные винты поближе к фюзеляжу? Вот пусть Погодин этим и занимается — решил я и закрыл проект.

Через месяц мы втроем, нет даже впятером — подключились и наши девушки, вносили свою лепту в это дело, у нас созрел проект, который был очень похож на наш «Шмель», но был раза в два меньше. Ходовой винт имел возможность поворота по горизонтали на девяносто градусов для маневрирования при посадке на парковку.

Нам всем он понравился, и нарекли мы его «Пчела», «Honey» на английском. Двери пассажирского салона у него поднимались вверх, как крылья, заодно делая навес от дождя и снега. Айк предложил использовать для его производства углепластики или даже фуллерены, которые обеспечивали прочность стали и легкость пластмассы. Но их производство нам придется налаживать самим. Поэтому мы пока отказались от этой экзотики, согласились на стеклопластики, они имеют прочность не хуже алюминия и легче его. Ну а несущие балки будем делать из высокопрочной стали, каркас корпуса из алюминиевых сплавов. Машина получилась весом полторы тонны, поднимала четырех человек и двести килограммов груза. Крейсерская скорость у него должна была быть триста семьдесят километров в час, что более чем достаточно для этого класса машин.

По типажу этот летательный аппарат был ближе к автожирам, поскольку при высокой скорости полета подъемные лопасти крутились на авторотации, обеспечивая подъемную силу. А при низкой скорости подъемные винты начинали крутить электродвигатели, обеспечивая необходимую подъемную силу.

Я дал задание Айку подготовить чертежи технологической линии для производства углепластика и фуллеренов — их я передам в СССР, они смогут быстро наладить их производство для собственных нужд, а за предоставленную лицензию я буду получать десять процентов продукции из этих полимеров. Возможно, что через год-два у нас будут в достатке углепластики и мы сделаем новый проект «Пчелы», более компактный и легкий.

Момент истины

Перед тем, как собрать вместе русскую и американскую части миссии на Кору, мне пришлось откровенно поговорить с Брежневым, и я набрал его номер.

— Леонид Ильич, я хотел бы подробно рассказать вам о деталях нашей эпопеи с обнаружением корабля. Я не искал в этом свою выгоду, просто страховался — мне трудно было предположить поведение властей СССР, они часто достаточно грубо себя ведут со своими гражданами. Я обнаружил корабль два года назад, один. Дальше все было как я и рассказывал — обнаружил, что у меня установлена нейросеть, и далее все произошло точно, как я и описывал — мне было предложено стать капитаном корабля и я им стал. Но раскрываться это сразу властям я посчитал преждевременно, мне было всего шестнадцать лет, и меня бы явно постарались оттеснить от корабля, давя через моих родственников — через мать, отец умер семь лет назад. Поэтому я поставил себе задачу создать запасной плацдарм вне СССР, и я его создал. К работе над этим я привлек своего одноклассника Погодина. Мы легализовались с ним в США, с помощью установки нейросети привлекли к себе местного жителя, он выдал нас за своих сыновей, а мою мать за свою подругу. Нам сделали оригинальные свидетельства о рождении, ну а моей матери после регистрации брака со Смитом выдали новые документы. У нас там имеется свой дом и прибыльный бизнес по добыче золота. Перемещаться по всей планете мы можем незаметно для всех радаров, вы это знаете.

Мы ждали окончания школы, чтобы выйти на власти нашей страны, ну чтобы хотя бы официальное полное среднее образование у нас было. За это время с помощью Айка мы с Погодиным получили по три высших образования, общеинженерное, специализация по микроэлектронике у меня и по авиастроению у Погодина, плюс к этому медицинское, и управление корпорациями, экзамены мы сдавали Айку без всяких поблажек. Сдав выпускные экзамены, мы без промедления вышли на власти СССР. Дальше все вам известно.

— Ну это все неожиданно… Два года ты молчал! Мы бы за это время многое бы успели сделать! — возмутился Брежнев притворно. Они об этом уже не раз говорили с Андроповым и предполагали такое развитие событий.

— А куда спешить Леонид Ильич? Планета Кора от нас никуда не денется, я же все это время без дела не сидел, как раз занимался программой содействия СССР в развитии техники. Программа сотрудничества у нас будет на десятки лет вперед. Два года абсолютно ничего не решают. Зато мы с вами теперь спокойно взаимодействуем, у меня нет никаких опасений относительно ваших намерений. Мама пристроена, родители Погодина тоже. Мы с вами без опаски работаем — я на корабле, Погодин непосредственно в СССР — ответил я.

— Мы бы на Луну слетали бы раньше… Хотя американцы там с 1969 года… Ну вот как я теперь своим товарищам по Политбюро расскажу, что нас мальчишка надул? — пробурчал Брежнев.