— Госпожа Юэ, вам не дует?

— Пожалуйста, пейте осторожно, через трубочку.

— Вы такая храбрая, госпожа!

Охранители заметили, что я открыла глаза. Шу шагнула было ко мне. Я приложила палец к губам. Покачала головой: погоди, мол, любопытно.

— Я все еще считаю, что с нашей госпожой обошлись несправедливо.

Не зря тормозила «теть Лену», она же Шу Илинь по документам. Это в чем Панацею обидели? Гонорар у неё ненамного меньше, чем у Жуя, которого там сейчас плющат и колбасят «зеленые человечки». А «порог вхождения» в плане подготовки на роль саппорта на целую ступень ниже.

— Как может возлюбленная быть менее важна, чем какая-то девочка?

Так вот, где собака зарыта. Забавно: сама актриса молчит. Её-то голос я знаю и без труда отличу.

— Кто-то должен сказать режиссеру, что романтические сцены нашей госпожи с Хэ Тяньмином украсят и разбавят общую мрачность сценария. Их должно быть больше!

— Верно, верно, госпожа Юэ отлично смотрится в паре с главным героем… нет, я не так выразилась: наша Юэ затмевает партнера.

— Может, он и потребовал меньше совместных сцен, чтобы не остаться в тени нашей сияющей госпожи Юэ?

— Это точно из-за Мэй-Мэй, говорю тебе! Она же дочка сценариста и директора студии. Как могут ущемить её?

— Всё равно: это неправильно.

Кажется, даже ножкой топнули от негодования. Какие верные слуги… Ой, помощницы.

— Довольно, — властный голос актрисы. — Много болтаете. Сказать режиссеру? Кто из вас осмелится хотя бы открыть рот в его присутствии? Мэйли — не просто чья-то дочь. Я рада, что к моменту её взросления уже закончу карьеру. Делить с Мэй-Мэй камеру — это приговор. С Хэ… я сыграю так хорошо, как сумею. Как и всегда. Чжу Юэ всегда делает свою работу!

А она прокачалась: и голос поставила, и оценивает ситуацию здраво.

Пора «просыпаться».

— Добрый день, — появляюсь из-за ширмы, машу ручкой. — Меня обсуждаете?

Глава 23

Картина Репина «Не ждали», но в негативном ключе, вот что встретило эту ворону.

Девицы из «свиты» замерли в разных позах с вытянутыми лицами. И высветляющий крем, как и отбеливающий фильтр, им бы не понадобился — всё само.

Кого-то я уже сравнивала с девой-ивой, но забыла подробности… Вот эта троица вороне живо напомнила три сросшихся ствола ветлы, белой ивы. Скособочило их, бедолаг, беспощадно.

Не то, чтобы я очень уж любила пугать людей. Хм… Одна кукла из фарфора считала иначе. Но всё же — нет.

Ворона — за мир, дружбу, фестиваль (в Торонто). Потому и завалилась сейчас, не дав помощницам наговорить еще больше глупостей. Им за свою госпожу само Небо (агентство) топить велело.

Что поделать: во всех культурах и временах находятся ревностные подчиненные. Не обязательно шибко умные, но весьма старательные. Зачастую они умеют хвалить вышестоящего исключительно через пренебрежение к его конкурентам. Легкий путь, всем понятный.

Тут бы девы заверяли Чжу Юэ, что никакая шмакодявка не станет помехой для её сиятельства… И что нельзя думать о завершении карьеры, госпожу ждет ещё так много славы. И денег, с отчислениями большей их части агентству актрисы.

Ещё крякнули бы что-то совсем пустословное, чисто для убедительности.

Гадали бы потом, бедные, что из всего «накряканного» я успела расслышать.

Ощущение неловкости выросло бы на сто сорок шесть процентов. А оно нам надо в первый же день?

Не-не-не. Наш девиз, не поленюсь повторить: «Мир! Дружба! Фестиваль!»

Только если «Небесную сеть» мы отправили покорять Канаду, то для «Системы» одна шибко наглая врановая примеряет виды Монако. Пока — сугубо в форме фантазий. Ничего еще не снято, рано загадывать.

Но справки я навела: Телевизионный фестиваль в Монте-Карло в текущей реальности проводится. И принимает заявки от азиатских киноделов, хотя и с пристрастием.

Одна из причин, почему ворона настаивала на включении английского языка в комплект к путунхуа и кантонскому диалекту. Хотя бы в виде субтитров и перевода всех всплывающих табличек-оповещений.

Учить иероглифы высокое жюри не станет, каким бы прорывным ни получился сериал.

Цель менее пафосная, но более близкая мне: Россия. Насколько я помню, в начале двухтысячных энтузиасты уже начинали переводить азиатские дорамы. Больше с субтитрами, но некоторые и озвучивали. Бесплатно в основном. Чуть ли не на коленке монтировали, отчего звук шел… Такой себе.

Но это всё равно был перевод! Знакомство с «Системой» у моих-прошлых соотечественников — чисто теоретически — может состояться, если мы не поленимся, и запилим английские субтитры. Потому как те ранние фансаб-группы, как я помню (могу врать, конечно), брались в основном за дорамы с «ансабом».

Может быть, ничего из моих фантазий не претворится в жизнь.

Но я буду знать, что приложила все усилия.

В частности — не стану поднимать бурю в стакане воды из-за пустяка.

— Я пошутила, — улыбаемся и машем, в прямом смысле слова. — Приветствую старшую.

Машем и улыбаемся — целенаправленно, прямо по курсу. Там у нас Чжу Юэ. Её подлиз вовсе игнорируем, как предметы мебели.

Это не чтобы самоутвердиться: я выше вас статусом, и вы не важнее, чем пыль на подлокотниках кресла. Нет. Показательное игнорирование помощниц работает здесь и сейчас, как знак: «Я не восприму всерьез то, что девушки наговорили».

Сложно? Это Китай, детка!

Девицы, верно считывая обстановку, отходят ближе к стеночке. Пропускают мчащийся комок энтузиазма — эту ворону (а еще следующих за мной охранителей). И продолжают еще более сходственно косплеить деревья.

Нам с Юэ целую дораму снимать бок о бок. Мы в одной лодке, и последнее, что мне нужно — это чтобы кто-то начал раскачивать суденышко.

Студии нафиг не сдались конфликты. Актриса готова работать и выкладываться — этого достаточно.

Держим курс на Монако и гребем сообща.

— Мэй-Мэй, ты еще подросла? — ответная улыбка у актрисы выходит чуток вымученная. — Хочу сказать: я рада возможности снова поработать с тобой. Ой, не смотри…

Она отводит руку с уже готовым гримом. Надо же, заботится. Не шокировать ужасным зрелищем кислотного ожога деточку пытается.

Вспомнила о последствиях моего собственного ожога? Водяной пистолетик, жгучая смесь, темнота…

Когда я писала эпизод с кислотным ожогом, расписала и ощущения от него. Чтобы актрисе легче было прочувствовать, вжиться в момент. По собственным ощущениям из того дня излагала.

Говорят, жизненный опыт очень помогает авторам книг и сценаристам.

Не врут.

Действительно помогает.

Порыв Юэ — оградить младшую от неприятного зрелища — в целом одобряю. Ещё один ей плюсик к пошатнувшейся было репутации.

Но эта ворона — не из тех, кого нужно «обносить забором». Чем раньше окружающие свыкнутся с этой мыслью, тем легче нам всем будет работать.

Проявлю безбоязненность и дружелюбие одновременно.

— Покажи, — тянусь я к Юэ. — Пожалуйста! Я не разглядела, а ведь ожог такой реалистичный. Настоящее искусство!

Будущая Панацея легонько икает, но выдает требуемую конечность на осмотр.

— Восхищаюсь наблюдательностью Мэй-Мэй, — это вернулся специальный гример, видимо, поработав между сценами над Рок-звездой. — Могу рассказать, как выполнен ожог.

— Конечно, — восторженно киваю. — Мне правда интересно.

Дядечка глубоко увлеченный мне попался. И рассказал, и показал: что, как, почему.

По щелчку пальцев девы-ивы донесли и сменную блузку Панацеи. На начало эпизода девушка чистенькая-беленькая, а дальше между дублями её переоденут в грязное и «оплеванное». Ожог же (в основном) нанесен заранее для экономии времени.

Обугленный лоскут рукава актрисе придется отдирать вместе с «кожей».

Сперва в ход идут медицинский клей и силикон. Поверх силикона — липкий состав. Коллодий задает текстуру: высыхая, он стягивает верхний слой и создает эффект натянутой, растрескавшейся кожи. Поверх незастывшего силикона — так создаются пузыри.