Он обрушивается на мою левую лодыжку с сокрушительной силой, и я слышу, как ломаются кости, пока боль взрывается по ноге. Я ору, падая вперед, и смотрю на левую ступню - она больше не прикреплена к ноге. Ярко-красная кровь брызжет из обрубка, оскверняя асфальт. Слезы текут по лицу, и я понимаю, что катаны больше нет в моей руке. Женщина стоит надо мной, высоко подняв топор. Она опускает его на мою правую руку, чисто отрубая по локоть, и мое лицо ударяется об асфальт. Я чувствую запах чистящих средств, которыми пользуется уборочная машина.

- Пожалуйста-пожалуйста, прекрати, - прошу я, переворачиваясь и поднимая оставшуюся руку.

Женщина отрубает и эту руку. Кровь брызжет мне в лицо. Она стоит надо мной, торжествующе улыбаясь, топор на плече.

- Я оставляю свою тележку там, где, блядь, захочу, - говорит она.

Она заносит топор над головой и опускает его в последний раз.

Перевод: Zanahorras

Лукас Миллирон

"ЗАРАЖEННЫЙ"

Джим, спотыкаясь, прошел мимо барной стойки в сторону туалета, прикрывая левый глаз, чтобы в глазах не двоилось. Он знал, что должен был остановиться после четвертого "Фаер Болла"^[8]... или это были шоты "Джаггера"^[9], которые его добили? Это не имело значения. Не то чтобы его "жена" собиралась быть дома, когда он туда доберется. Его обед с удвоенной силой продвигался по пищеводу. Он прикрыл рот рукой, забыв о тканевой маске, которая была на нем.

Сделав три с половиной шага, Джим остановился, и его вырвало. Начос и соус "буффало" хлынули из его рта и носа, пропитывая ткань, плотно прижатую к его лицу. Кусочки запутались в его усах и бороде, воняя фальшивым сыром и кукурузными чипсами. Когда он закончил, его маска свисала с ушей, как набитый дерьмом подгузник. Он сорвал ее со рта и держал в руке, ощущая ее тяжесть.

- Вызову тебе "Убер", - захихикала Пегги за барной стойкой. - Рейчел! Вызови нам "Убер"!

Пегги была женщиной грушевидной формы с жесткими седыми волосами, как у старой английской овчарки. Ее глаза были скрыты за бликом очков с толстыми линзами, как у бутылки из-под "Kолы". Ее маска была стянута вниз под подбородок, сигарета зажата между губами. На ней была выцветшая футболка с волками и синие джинсы.

- Что смешного? - Джим закашлялся, боясь, что от любого резкого движения его вырвет еще сильнее.

- Сегодня вечером Рейчел будет мыть полы! - Пегги хлопнула себя по колену.

- Что?! - крикнула Рейчел с другого конца бара.

Рейчел была вдвое моложе Пегги, но из-за курения и выпивки в молодости выглядела намного старше. Ее руки были покрыты черно-белыми татуировками мультяшных персонажей, которых Джим не узнавал. На ней была футболка "Ох уж эти детки!"^[10], клетчатая мини-юбка и черная тканевая маска для лица с белыми кошачьими усами.

- Я в порядке! - Джим забрался обратно на барный стул, все еще держа бардак.

- Как же, ты в порядке! - Пегги скрестила руки на груди и посмотрела ему прямо в глаза. - Посмотри на себя! Все еще держишь эту маску, полную блевотины. Мусорка прямо рядом с тобой!

- Это была дерьмовая неделя, - Джим покачал головой, но остановился, так как начал снова терять равновесие.

- Самый дерьмовый год за всю историю наблюдений, - кивнула Пегги.

- Бумаги о разводе, - Джим кивнул.

- Ой, - Пегги щелкнула зубами.

- Все, чего я хочу от жизни, - это умереть счастливым!

- Ты просишь слишком многого! - хихикнула Пегги, затем озабоченно приподняла бровь. - Ты будешь в порядке?

- Да, - Джим потер нос. - Я думаю, мне лучше поехать домой.

- Рейчел! "Убер" уже в пути?

- Две минуты! - Рейчел помахала телефоном.

- Я буду в порядке.

Джим соскользнул со стула и встал на ноги.

- Ты думаешь, я просто отпущу тебя уйти вот так?

- Послушай, Пегги, я не хочу, чтобы все стало насильственным.

- Насильственным? - Пегги скрестила руки и повернула бедро к нему, обнажая кобуру с пистолетом. - Во-первых, что, черт возьми, с тобой не так? Во-вторых, ты ни черта не сделаешь без своей чертовой кредитной карточки и ключей от машины, запертых в моем кассовом аппарате.

- Все в порядке, - Джим сунул руку в задний карман и вытащил запасной комплект ключей от машины. - Коды бойскаутов, готовность и прочее дерьмо.

- Не будь, блядь, идиотом, - Пегги уставилась на Джима. - Рейчел!

- Давай, Джим, - Рейчел подбежала. - Водитель "Уберa" будет здесь с минуты на минуту.

- Я просто подожду в своей машине.

- Джим, - Рейчел потянулась, чтобы схватить его.

Тот повернулся и швырнул свою маску для лица, пропитанную рвотой, в лицо Рейчел, как кремовый пирог. Грязь попала ей в глаза, нос и рот. Она рыгнула и подавилась, задыхаясь, когда закричала от отвращения. Глаза Джима расширились, он даже не был уверен, хотел ли он этого. Все уставились на него. Он чувствовал их взгляды, как укусы комаров. Джим попятился к двери. Когда он наткнулся на нее, он выскочил в жаркую и влажную ночь.

Он запрыгнул в свой грузовик, старый красно-белый "Форд F250" 90-х, и рванул с парковки. Он взглянул в зеркало заднего вида, ожидая увидеть толпу деревенщин на своей заднице. Когда этого не произошло, он поудобнее устроился на своем сиденье, включил радио на единственной рок-станции (дерьмовой альтернативной станции под названием "Акула") и приготовился к поездке домой.

Джим жил в Экредже. Это было далеко от всего, кроме болот и сосновых лесов. Ближайший "Уолмарт" был в трех часах езды на юг от его дома. Он прикинул, что минимум два часа езды. Меньше чем через час вождения глаза Джима налились свинцом. Блеск уличных фонарей был как бенгальские огни. Он чувствовал, как его глаза слипаются. Он снова прикрыл левый глаз, чтобы избавиться от двоения в глазах. Не раз его грузовик съезжал на разметку, заставляя грузовик громко вибрировать и подбрасывая его, чтобы проснуться.

Джим дернул руль, пытаясь ехать между линиями. Дороги были длинными, темными и скучными. По обеим сторонам дороги были сосновые леса или плантации сахарного тростника. Не прошло много времени, прежде чем он снова начал дремать. Он проснулся от звука гудков и визга шин. К тому времени, когда он открыл глаза, было уже слишком поздно.

"Форд" Джима врезался в грузовик с панелями, который совершал незаконный разворот посреди дороги. Грузовик перевернулся, как дохлая корова, и "Форд" оказался прямо на нем. Без ремня безопасности Джима выбросило из кабины. Его лицо разнесло лобовое стекло, вонзив осколки стекла в его щеки, лоб и челюсть.

Он ударился о землю в нескольких ярдах от места аварии. Его лицо было разбитой кашей, в то время как грунтовая дорога пескоструйно обработала его подбородок, грудь, бедра и пах. Последнее, что он помнил, прежде чем потерять сознание, был вкус грязи и крови.

* * *

Юрий выбрался из кабины грузовика через разбитое лобовое стекло. На нем был черный худи, лыжная маска и военные ботинки. Его бронежилет мало смягчил удар о дверь. Юрий чувствовал головокружение, но ему нужно было проверить груз. Он оперся о крышу для поддержки, пока пробирался к задней части грузовика. У него отвисла челюсть, когда он увидел сломанную дверь и отсутствующий груз.

Юрий что-то крикнул по-русски своему напарнику Кирану, затем остановился, когда что-то кольнуло его в почку. Из раны по всему телу разлилось холодное оцепенение. Его ноги подкосились, и он рухнул на землю. Он попытался перевернуться, но токсины заперли его разум внутри тела, которое было настолько бесполезным, что он даже не мог моргнуть.

Юрий наблюдал, как Киран выбрался из грузовика. Он рванулся к Юрию, но был сбит. Это произошло так быстро, что было трудно разобрать, что происходит. Что-то было сверху на Киране. Оно было металлически-зеленым, размером с борзую, и двигалось на шести ногах. На его спине были оранжево-синие переливающиеся крылья. Это была гигантская оса; груз, который им было поручено украсть.