— Почему подозрительное? — оторопела Лиза.

— Потому что авария была подстроена, — без тени сомнения заявил журналист. — Я видел записи камер с того перекрёстка. Врезавшийся в вас автомобиль намеренно заранее разогнался и не предпринял попытки ни затормозить, ни сманеврировать. У меня есть знакомые в полиции. Мне дали почитать результаты проведённой экспертизы. Тачка была полностью исправна, ДТП не должно было случиться. Виновник сразу же скрылся с места преступления, а его корыто оказалось угнанным буквально за несколько часов до происшествия. Как итог: ваш парень в реанимации, а на вас — три царапины. И эта история удивительно повторяет предыдущую.

— Миша погиб в перестрелке, — задержав дыхание, проговорила Лиза. — Ничего общего.

— А, как по мне, прослеживается одна и та же схема, — категорично не согласился журналист. — Виновных нет. Пострадавшие есть. Оба близко общались с девушкой по имени Лиза. И сама Лиза была свидетелем событий, но чудесным образом не пострадала ни от шальной пули, ни от сумасшедшего водителя.

— Что вы хотите сказать? — не выдержала Лиза.

— Я хочу сказать, что перестрелка в центре города и ДТП на перекрёстке имеют больше общего, чем может показаться на первый взгляд, — заявил Алексей безапелляционно.

— А вам-то что до них? И до меня? — спросила Лиза недружелюбно.

— Я давно внимательно слежу за Велижским, — направляя взгляд вдаль, вдруг заявил Алексей. — И ещё внимательнее я слежу за его окружением. Ваше лицо ещё при первой встрече показалось мне знакомым. Я долго мучился, но потом вспомнил, где видел вас.

— Посмею предположить, — перед Лизиным внутренним взором всплыла собственная чёрно-белая фотография. — Прочитали статью в газете?

— Что? — рассеянно откликнулся Алексей. — А, нет. Я был там. На месте убийства вашего жениха. Сделал несколько отличных снимков…

Его слова прозвучали настолько цинично, что Лизу передёрнуло.

— Подождите, — вдруг сообразила она. — А «Сергей Сергеев», случайно, не ваш творческий псевдоним?

— Мой, — кивнул Алексей. — Как вы догадались?

— Теперь понятно, откуда взялась версия про заказное убийство, — разочарованно покачала Лиза головой. — Что вам сделал Велижский? У вас к нему какая-то личная неприязнь или просто профессиональное желание накопать компромат на «крупную рыбу» и этим прославиться? Поэтому вы за ним следите? Да ещё и меня приплели…

— Я не слежу за вашим начальником в том смысле, в котором вы решили, — выделил он интонацией. — А тщательно за ним присматриваю. Уже не первый год. Потому что господин Велижский, человек с идеальной репутацией, ни разу не замеченный ни в чём предосудительным, слишком часто оказывался связан с людьми, с которым происходили… скажем так… несчастья.

— И вы думаете…

— Я уверен, эти несчастья — его рук дело.

— Ладно, — Лиза потёрла переносицу. — Я ещё могу понять Мишу. Братья что-то не поделили… Но Рома даже не был знаком с Велижским. Какая связь?

— Вы. Братья не поделили не «что-то». А конкретно вас.

Не удержавшись, Лиза расхохоталась.

— Это какие-то фантазии, — без стеснения заявила она. — Причём грязные фантазии. У вас есть хоть одно доказательство в пользу вашей «теории»?

— Есть, — искоса поглядывая на Лизу, убедительно ответил Алексей. — Полицейский, уволенный после убийства Михаила, устроился на работу всего за два месяца до того рокового дня. А на следующий день после гибели вашего жениха на счёт его родной старшей сестры поступил крупный перевод, который представили как благотворительное пожертвование. У женщины больной сын, нужно было дорогостоящее лечение.

— Это могло быть просто совпадением.

— Велижский встречался с твоим Романом, — резко заявил Алексей. — Это тоже совпадение?

— Что? Подождите, пожалуйста, — пролепетала окончательно сбитая с толку Лиза и опустила взгляд на телефон в своей руке. На экране высветился бабушкин номер. — Извините, мне надо ответить.

В такое время бабушка никогда ей не звонила, поэтому Лиза сразу встревожилась.

Встав, она отошла на несколько метров от скамейки и проговорила в трубку:

— Алло?

— Лизонька, — голос бабушки дрожал и срывался. — Лизонька, беда…

— Бабушка, что случилось? — закричала Лиза, с силой прижимая телефон к уху.

— Пожар, Лиза. Мы горим, — и бабушка горько заплакала.

— Вы на машине? — подскочила к Алексею Лиза, хватая его за руку.

— Да… — испуганно дёрнулся мужчина, поднимая на девушку недоумевающие глаза.

— Отвезите меня, — потребовала Лиза, слушая бабушкины рыдания и неразборчивое бормотание. — Срочно!

Когда они добрались до деревни, где обитала бабушка Лизы, всё уже закончилось. Одна машина пожарных уехала. Вторая пока ещё стояла перед тем, что осталось от дома, в котором Лиза выросла. Хмурые, перепачканные сажей спасатели сматывали серые шланги, меся грязь тяжёлыми ботинками.

— Бабушка! — едва машина Алексей притормозила, Лиза ринулась к старушке в цветастом домашнем халате, местами опалённом. Уронив голову на ладони, седоволосая женщина одиноко сидела на обочине, заросшей высокой густой травой и сорняками.

— Лизонька, — услышав голос Лизы, старушка подняла заплаканное морщинистое лицо. На голове её сбился платок, глаза сильно покраснели, подёргивавшиеся руки были усеяны царапинами, ссадинами и ожогами.

— Бабушка! — падая на колени рядом, крикнула Лиза. Быстро обняв женщину, которая её вырастила, она спросила: — Бабушка, что случилось?

Женщина задрожала сильнее. Мотнула головой и вновь заплакала, закрывая лицо узловатыми пальцами.

— Вы родственница? — прозвучало позади.

Лиза встала, оборачиваясь. К ней направлялся невысокий, крепкий мужчина с суровым лицом в узнаваемой униформе пожарной службы.

— Внучка, — ответила Лиза.

Мужчина окинул девушку суровым взглядом, поправил припылённую каску и произнёс, не скрывая осуждения:

— Что ж вы, внучка, пожилую женщину без присмотра оставили?

— Потому что ей не нужен присмотр, — враждебно отреагировала Лиза.

И перевела взгляд на дом.

Шиферная крыша почернела и была пробита в нескольких местах. Сайдинг, которым были отделаны наружные стены, полностью стёк вниз, обнажив старую, потрескавшуюся штукатурку. На месте окон торчали остатки растрескавшихся стёкол, покрытых жирной чёрной копотью. Сквозь дыры можно было рассмотреть останки обгоревшей мебели, валявшиеся в лужах чёрной воды.

— Теперь нужен, — невесело хмыкнул пожарный и добавил, стягивая с рук здоровые рабочие перчатки: — Окончательная причина пожара будет названа после расследования. Но по предварительному заключению огонь вспыхнул на кухне. Ваша бабушка забыла сковороду на плите. Посуда раскалилась, подожгла занавеску.

— Из-за забытой сковородки случился взрыв? — не поверила Лиза.

— Взрыв? — не понял пожарник.

— Крыша и окна разбиты, — указала Лиза. — Это результат взрыва?

— Это результат нашей работы. Называется «тактическая вентиляция». Позволяет быстрее найти очаг возгорания и спасти пострадавших, — сообщил мужчина, запихивая перчатки в карман, а каску под мышку.

Лиза подавила вздох и перевела взгляд на бабушку, которая продолжала тихо плакать, сидя на камешке. Рядом с ней присел Алексей и, ничего не говоря, тихонько гладил женщину по плечу.

— В дом вам лучше пока не заходить, — посоветовал спасатель. — Крыша может обрушиться в любой момент. Огонь «съел» часть стропил и несущих балок. Вызовите специалиста, пусть оценит ущерб и вероятность дальнейших разрушений.

— Спасибо вам… — тихо проговорила Лиза. — За бабушку.

Пожарный кивнул, мол, чего уж там, работа такая.

— К врачу её отвезите. У неё с ногой что-то. Упала, пока пыталась сама потушить.

И он устремился к ярко-красной машине, у которой уже завёлся двигатель.

— Бабушка, — Лиза вернулась к плачущей женщине. — Как ты себя чувствуешь? Нога болит?

И Лиза присела, чтобы рассмотреть.

— Щиколотка выглядит плохо, — вставил Алексей, глядя туда же, куда и Лиза. — Опухла и посинела. Возможно, перелом.