Рика будто попала на суд демонов или богов – кто знает, что ближе к правде. У каждого из них за поясом был меч, а пути назад не осталось.

– Приветствую благородных сайя, – выдавила она. – Я благодарна за шанс узнать вас и оставить что-то взамен.

Кио налил ей в чашу вина и отошел, присоединяясь к остальным.

– От вас ничего не требуется этим вечером. Просто будьте здесь и осветите наш вечер.

Музыканты сменили песню на что-то более жизнерадостное. Рика вздохнула и села, держа перед собой чашу, но не решаясь из нее выпить. В конце концов, она далеко не первая, кто приходит в квартал. Эти мужчины, должно быть, видели самых разных женщин – от наглых, требующих свое по праву рождения, до скромниц, которые прятали глаза за дрожащими ресницами. Рика же была охотницей, пришедшей получить ровно столько же, сколько и отдать.

Кио задумчиво рассматривал гроздь винограда, как будто ему не было дела до происходящего. Как будто он существовал в своем собственном времени. Возможно, тот, кто оставил на нем шрамы, боялся, что никто не перенесет встречи с таким лицом, если оно останется нетронутым.

– У вас будет три вечера, дона, чтобы лучше узнать нас, – произнес Кацу. – Вы вольны проводить время или со всеми нами, или с кем-то одним, чтобы понять, кто станет первым на пути удовольствий.

– А разве есть какие-то сомнения? – Таро сделал глоток из чаши и провел татуированными пальцами по ее краю, привлекая взгляд Рики. Она сомневалась, что этот спектакль был предназначен именно ей. Казалось, Таро нравилось сердить старшего сайя.

– Выбирать не тебе, Таро, – оборвал Кацу.

Услышав холод в его голосе, Рика подумала, что между мужчинами существует соперничество или даже вражда.

– Если этот задира надоест вам, дона, я всегда готов залечить раны… Или нанести новые – на все желание гостьи. – Это был Хидео. Его зеленые кошачьи глаза сверкнули, а руки ласкали веер так нежно, что мысли сами собой устремлялись по опасному пути.

– Не староват ли ты, Хидео? – вмешался молодой, насмешливый голос Аки.

Он ничего не предлагал, но улыбнулся так ясно и заговорщически, что Рика ответила тем же. Внезапно она поняла, что все это для нее – и их перепалка, и простая обстановка, потому что она не привыкла к иному. Мужчины квартала знали о ней гораздо больше, чем Рика о них.

Кио молча рисовал что-то, светлые волосы серебристой стеной падали на край стола.

Кацу продолжал:

– Все происходящее здесь, в квартале сайя, – плод ваших свободных решений, Рика. – Как же странно звучало ее имя в его устах! – Но после трех вечеров вам придется сделать выбор и начать обучение любви в руках одного из нас.

Рика отпила из чаши, которую до сих пор держала перед собой. Как можно выбрать кого-то из мужчин, если каждый из них – произведение искусства?

Словно прочитав ее мысли, Кацу пояснил:

– Вы можете остаться с одним или же узнать что-то от каждого. Путь удовольствий многолик, а искушений не счесть. Нет нужды от них отказываться.

– Правда ли, что в квартале жил философ Рю? – спросила Рика. – Что квартал нужен для того, чтобы создавать правителей, способных достойно встретить любой соблазн?

Кио отвлекся от рисунка и одарил ее внимательным взглядом. Хидео же удовлетворенно хмыкнул, подумав о том, что «лотерея лепестков» в этом году принесла что-то стоящее.

– Раньше так и было, – ответил Кацу, скрытый за маской белого ястреба. – Но здесь, как и в придворном фехтовании, изначальная суть меча постепенно заменилась символом. И все же знание своих желаний – это первая ступень в овладении ими. Квартал раскроет ваши тайные стремления, спящие страсти, и результаты часто непредсказуемы.

– Давно имя философа Рю не звучало в этих стенах, – вмешался Хидео. – Я готов рассказать все на свете, если ваш выбор падет на меня.

– Вы что, соревнуетесь? – Рика обвела их всех вопросительным взглядом.

– Конечно, – подтвердил ее мысли Таро. – Каждый сайя хочет заслужить доверие и внимание первее других. Каждый жаждет стать особенным – тем, кого вы никогда не забудете.

Когда он произнес это так легко и дразняще, Рика перестала чувствовать подвох. Разве мечники не соревновались, кто лучше? Так почему же этого не должны делать мастера любви?

– Таро… – процедил Кацу. – В квартале есть правила.

– И какие они? – спросила Рика.

– Первое правило гласит: когда наше время вместе истечет, вам придется нас забыть, – ответил вместо него Кио. – Мы никому не принадлежим. Не будем принадлежать и дочери мастера клинков.

Рика вдруг вспомнила женщину, ползающую в пыли и умоляющую Таро взять ее где угодно, готовую отдать за это все, что имела. Именно это и прочел Таро в мрачном взгляде Рики, устремленном в середину его татуированной груди.

– Зачем создавать правило, которое невозможно исполнить? Лица, как у вас, никто не сможет позабыть. – Это не было похвалой или лестью, Рика просто говорила правду.

Кио расцвел слабой улыбкой, не отрывая глаз от бумаги.

– Кацу сказал бы, что это учит людей принимать неизбежное, а это самое сложное для воина. Но вы спрашиваете меня, дона, – Таро легко ее читал, – а я учу лишь тому, что законы нельзя исполнить. Законы – это обман, дырявая сеть, сквозь которую потопом проливается жизнь. И все же вам придется сделать невозможное. В конце пути каждая женщина должна покинуть квартал и притвориться, что не хочет вернуться. – Голос Таро окутывал ее, словно волны океана.

Но какая же противоречивая, странная мысль.

– Тот, кого вы выберете, должен с этим согласиться, – продолжил рассказывать Кацу. – И если по какой-то причине он этого не сделает, его место займет другой сайя.

– Сколько сайя живет в квартале? – Вино вперемешку с волнением начало кружить Рике голову.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.