Не успели мы зайти во дворец, как тут же наткнулись на Его Величество, широко шагающего через холл. Он кивнул и коротко приказал явно уставшим голосом: “За мной!”

Пока поднимались по лестнице, уловила доносящиеся с верхних этажей нечленораздельные женские крики, словно кого-то там режут. Передёрнув плечами, постаралась абстрагироваться от них, ведь у меня и мысли в сторону императора не возникает, что он может кому-то навредить — добрейшей души мужик!

Ну а ещё, положив руку на сердце, пролетела мыслишка, что могла быть леди Саманта, и вот её мне не жалко никак, при любом раскладе — так ей и надо с её мерзким-то характером.

Пройдя в кабинет, Его Величество сел в своё кресло, мы без разрешения напротив — уже как родные, что стесняться-то? Император протёр руками лицо, тяжело вздохнул, и только сейчас я увидела, насколько он плохо, точнее вымотано выглядит, и от этого тревога в груди усилилась только сильнее.

— Как же тяжело иметь дело с женщинами, — с тяжёлым вздохом произнёс он.

— Ваше Величество... а что… что я такого сделала?

— О нет, леди Скелетти, к счастью от вас у меня только положительные эмоции. Всё дело в моей племяннице, Саманте. Она у меня немного… сумасбродна, — а, теперь это вот так называется? Ну ладно. — Я знаю, что у вас с ней был конфликт, но не принимайте все её слова на свой счёт. Она много лет влюблена в Итана. Я думал это подростковое и пройдёт, но вот он женится на Богдане, и становится всё только хуже. Истерики, побеги, нападения… тогда я её отправил погостить к моей маме в десятый лутр и когда она вернулась всё было тихо и спокойно. Когда с Богданой произошла беда, Саманта всячески старалась быть ближе к Итану, и вот спустя много месяцев мучений и попыток извести злой дух у нас ничего не выходит, то она начинает себя вести ещё более настойчивее. В каких только постановках мы её ни ловили… ты, Итан, даже и половины не знаешь, к счастью. День казни, она оделась в своё праздничное платье, но на площадь я её не пустил, а когда в теле Богданы появляется Бо… сознание словно покинуло Саманту. Я ничего другого не смог придумать, как выдать её замуж за младшего сына Александра Дорга, императора Аве-Сант.

— Это поэтому с верхних этажей доносятся крики? — спросила я.

— Это разве крики, — с грустной улыбкой произнёс Его Величество, — Вот когда я уезжал… ух-х-х, вот там были крики, а это так, отголоски. Так вот, свадьбе быть через пару месяцев. Александр давно не мог женить сына, слишком он строгий.

— Строгий, но не жестокий, — добавил Итан, — Не зря он действующий и многоуважаемый генерал империи Аве-Сант.

— Так и есть. Считаю его достойным мужем, для моей единственной племянницы. Император Дорга так спешил, что выехал к нам навстречу, мы встретились на границе наших империй и провели заседание там. В принципе, поэтому я вернулся быстрее. Кстати, императорской семье так понравились ваши парики, что предложили заключить договор на поставку их на постоянной основе.

— О, боже! Это шикарная новость!!! Спасибо большое! — на эмоциях я чуть не вскочила, чтобы обнять императора, но смогла сдержать себя.

— Не мне, а вам, Бо. Это ваша заслуга! Через пару дней я вас вызову, и мы подпишем договор на ваших условиях, а пока советую вам приступать к работе — её теперь у вас будет много! А теперь прошу меня простить, я хочу отдохнуть после дороги и, Итан, тебе идёт новая причёска!

Попрощавшись с Его Величеством, не задерживаясь, мы направились на выход. До поместья добрались на императорской карете, а оттуда Итан уже пересел на свою и, пожелав хорошего дня, отправился в свои владения.

Дом, милый дом!

Как же хорошо здесь! Тихо, спокойно, никто не орёт…

Опять мои мысли возвращаются к леди Саманте… дай бог, чтобы она нашла своё успокоение в браке с генералом соседней империи и отстала от нашей семьи.

Я что в мыслях произнесла “Моей семьи”? Нет, ну это клиника уже. Итан, конечно, красив, харизматичен, верен своему слову… и вот на фоне его плюсов зачем ему такая вот проблемная я?

Даже представить сложно, КАК мы будем жить, если дойдёт, конечно, до этого. Фантазия-то у меня бурная, но стоит быть реалисткой, скорее всего, он своими ухаживаниями проявляет так свою заботу. Он же сказал про дружбу, вот и заботится, как о друге.

Да, так и есть!

По крайней мере, мне так легче думать, ведь поздно уже противиться моим чувствам к нему, хоть я их не совсем и понимаю.

Поживём, увидим, что из этого получится, но отказываться от брака сама я уже не буду. Вот если он решит так, то, конечно, отойду в сторону.

А сейчас… сейчас у меня слишком много работы! И это меня безумно радует. По крайней мере, мысли будут заняты не Итаном, а делом!

Так потекли долгие часы покраски, выкройки основ, прошивка тресс и самое моё любимое — формирование причёски!

Это я любила всю жизнь и могу гордо заявить, что справляюсь с этим на ура!

Поздно вечером Пабло меня силой уже отталкивал от швейной машинки, помня, как я ещё несколько каких-то дней назад потеряла сознание от обессиливания.

А вот, кстати, откуда в моём теле берётся энергия, если я не ем и не пью? Ну, у меня только один вариант — это магия!

В обед следующего дня Итан приехал навестить меня. Отругал, что опять я не жалею себя.

— Бо, у тебя нет сроков! А ты так изводишь себя. Возможно, стоит поискать тебе помощников?

— Для начала, не обижай-ка ты моих любименьких ахров! Они помогают мне максимально, чем только могут. А с другой стороны… сам подумай, люди до сих пор переходят на другую сторону дороги, когда встречают меня на пути. Кто ко мне пойдёт?

— Ты говоришь про единичные случаи. Большинство к тебе уже…

— Привыкли?

— Да, как бы это неприятно звучало, но так и есть. Я стараюсь помогать тебе, всем чем могу, но вот шитьё, прости, я сделаю только хуже, — с усмешкой он произнёс.

— Дело не только в этом. Пока я не могу позволить себе расширить производство из-за того, что у меня в наличии только одна магическая швейная машинка, и за неё никто кроме меня не может сесть. Я уже думала об этом, сейчас благодаря новому договору заработаю немного денег и можно будет купить новых, усовершенствованных, на которых смогут работать все, без магической привязки.

— Хорошие планы, но, прошу, не перерабатывай, пожалуйста. Сейчас нет необходимости в этом!

Конечно, я пообещала ему, что буду вести себя примерной девочкой, но себя-то не обманешь.

Спустя ещё два дня работы под надзором Итана, который, к слову, оставался у меня с ночевой, уезжая домой только чтобы переодеться, ознаменовав это, как наблюдением за мной бесстыжей, в гостиной стояло три мужских и пять женских париков разных расцветок, конечно же, неярких.

А ещё мы один раз ставили эксперимент, но в этот раз Итан себя сдержал, и сухожилие наросло только до колена.

Хочу сказать, шить я начала как-то быстрее, видно приноровилась к потоку. Но увеличивать количество больше не решусь, даже после такого количества мне требуется выходной, и так уж вышло, что этот вопрос решился сам собой.

Утром, чуть позже, чем обычно, прозвучал стук в дверь, которую пошёл открывать в этот раз Итан, пока я переодеваюсь.

Когда я спустилась в холл, там уже стоял ничем не удивлённый императорский посыльный с письмом в руках, хотя зачем оно ему, если он последнее время озвучивает всё сам?

— Леди Скелетти, граф Самал, Его Величество Иваш Дробэ приглашает вас сегодня в полдень на переговоры. За вами прислать карету или вы доберётесь сами?

— Мы приедем на своей карете, Марк, спасибо большое! — ответил за нас двоих Итан.

Я только покивала, хотя Марк, вон, как, оказывается, его зовут — буду знать хоть, уже разворачивался и выходил из дома.

— Бо, можно тебя попросить надеть то платье… новое? — смущённо спросил граф.

О как? Неожиданно! В тот день Итан не сказал ни слова о моём виде, но его взгляд да и выражение лица передали мне гораздо больше. Он словно дар речи потерял от моего вида, и вот теперь... что? Переварил?