Итак, в Серпенте хлестал дождь.

Брат ждал меня внутри аэропорта. Постаревший, осунувшийся, с серым лицом и красными, воспаленными глазами. Забрал у меня чемодан, коснулся плеча — высшее выражение родственной любви для нагов. Мы не виделись лет пять. Оборотень расцеловал бы меня в обе щеки и придушил в объятиях.

Людвиг просто скупо улыбнулся.

— Я рад, что ты прилетела. В отпуск или?..

Мы оба остыли после того безобразного разговора. И оба старательно делали вид, что его не было.

— Пока в отпуск. Там посмотрим.

Рассказывать про натуральную истерику Маккао я не планировала. Он рвал и метал, когда я принесла заявление на увольнение. Приятно, что и говорить. Оказывается, я ценный кадр.

«Мы тебя вырастили с крохотного медвежонка! Мы тебя всему научили! А ты нас бросаешь?»

Босс сказал, что я идиотка. Что я не должна жертвовать карьерой ради семьи. Что они справятся без меня. Словом, повторил все то, что я говорила Людвигу. А потом заставил меня написать второе заявление — на отпуск за свой счет.

«Месяц. Я буду ждать месяц. Если получится — возвращайся».

Что и говорить, с начальством мне повезло.

— Что, не подцепила себе дракона? — ехидно поинтересовался братец, когда мы уже выезжали из аэропорта.

— Как видишь, нет.

— А планируешь?

— Подцепить дракона? — уточнила я. — Это цель всей моей жизни, ты разве забыл?

— Я в целом про замужество.

— А! Нет, не планирую. Если не дракон, то никто.

Это была и шутка, и нет. Драконами я бредила с детства. Сначала сказочными, потом вполне реальными. У меня вся комната была в плакатах всяких певцов с Архипелага. Конечно, эта глупая одержимость всегда считалась поводом для семейных шуточек.

Потом я, конечно, перегорела. Но не сказать, что дотла. Маниакальное желание затащить в постель дракона никуда не исчезло. Другое дело, что не каждый дракон мне подходил. Я ждала той самой искры.

Но увы, ни искр, ни драконов в моей жизни так и не случилось.

Что же касается создания семьи, я не обольщалась. Сервения поменяла узор моей чешуи. Я другая, не такая, как местные наги. Откровенно говоря, я никогда не была на них похожа. Поэтому мама меня и отпустила. «Летучая змея» — вот как я была записана в ее телефонной книге.

— Как мама?

— Стабильно. Завтра ее обещали перевести в обычную палату.

— Это хорошо. А Мелоди? Какой у нее срок?

— Почти семь месяцев. Тоже переживает. Я отправил ее в санаторий с детьми. Так будет проще.

— Значит, я могу жить дома?

— Твоя комната всегда свободна, Юла. Ты можешь жить там сколько захочешь.

Кивнула, уставилась на серость за окном. Я так и думала, конечно. Но жену брата совсем не знала и не слишком хотела с ней общаться. Мне нужно время, чтобы привыкнуть к новому положению. Подозреваю, что ей тоже.

— А что бабушка?

— Как и раньше. В пансионе. Возвращаться отказывается, ей там нравится.

— Ей сказали про маму?

Людвиг ощутимо поморщился и качнул головой.

— Пока нет. Решили не волновать. У нее сердце слабое, мало ли. Тем более что помощи от нее никакой.

Да, бабушка уже давно жила далеко от нас, в чудесном даже по меркам Серпента местечке под названием «Горный ручей». Гор там, конечно, не было, лишь холмы, зато ручьев — предостаточно. Элитный дом престарелых, круглосуточное медицинское обслуживание, приятная компания. Хотелось бы мне так же провести последние годы жизни. Гулять, музицировать, рисовать акварели, плести макраме…

Людвигу этот пансионат обходился недешево, но он мог себе это позволить. Судя по новенькому мощному автомобилю и свежему ремонту в старом доме, дела у него шли неплохо. Спрашивать не стала, позже. И без того тошно.

— Ты располагайся тут, — неловко сказал брат, затаскивая мой чемодан в холл. — Я к маме съезжу и, может, загляну в издательство. По поводу еды не волнуйся, закажи что захочешь, я все оплачу.

— Ладно, — кивнула я.

Вздохнула, огляделась. Все тут изменилось, причем в лучшую сторону. Дом по-прежнему оставался одноэтажным и приземистым, но я заметила, что оконные проемы были расширены и потолки стали будто бы даже выше. Может быть, мне так показалось лишь потому, что старые громоздкие люстры заменили на встроенные светильники, а дубовые балки почистили от векового налета. Мебель сменили, причем довольно аккуратно. Буфеты и витрины оставили, а вот диваны и кресла теперь другие, более современные. Перестелены полы, стены покрашены в нежный бежевый цвет.

Я прошла в свою комнату и усмехнулась: а тут ничего не меняли. Даже выцветший плакат с Джонни Гармони не тронули. Чертовы драконы, и здесь они меня преследуют!

Пыль жирным слоем лежала на всех поверхностях. Я взяла тряпку и принялась за уборку. Все лучше, чем тосковать о несбыточном. Плакат с драконом полетел в мусорку. С меня довольно. Пора покончить с глупыми мечтами и начать уже жить настоящим.

Никаких драконов мне не светит. Мое ближайшее будущее — это бесконечные дожди, зеленая тоска и больничная палата.

***

Людвиг вернулся к ужину, который я все же приготовила сама. Ничего сложного: запекла овощи с куриными бедрами. Вкусно и сытно.

— Юл, у меня для тебя подарок.

— Зачем?

— Во искупление, моя подколодная. Чтобы ты не так расстраивалась о том, что теперь не нужно отвечать на звонки и носить чужим мужикам кофе.

Он протянул мне пластиковую карту. Я взяла ее кончиками пальцев. Осторожно, будто ящерицу за хвост. Прочитала надпись, нахмурилась, потом удивилась:

— Фитнес-клуб? Ты считаешь, что у меня что-то не так с фигурой?

— Это элитный фитнес-клуб, дурочка. Несколько бассейнов, массажные салоны, минеральные и травяные ванны, хамам… Тебе понравится, уверяю. Для владельца золотой карты все бесплатно. Если захочешь, можешь даже взять личного тренера. Драконов, к сожалению, там не работает, но вот все тренера — красавчики.

И похабно мне подмигнул.

Я поморщилась брезгливо. Намек понятен, но где гарантия, что этот тренер будет лично твоим? А вдруг он обслуживает с десяток «золотых» клиенток?

Про подобные фитнес-клубы я слышала в далекой юности от маминых подруг. Действительно, очень дорого, очень элитно, все конфиденциально. По молодости лет мне и думать нечего было, чтобы туда попасть. Да и не интересовали меня ни бани, ни шоколадные обертывания, ни массажи. Но теперь в душе шевельнулась змейка любопытства.

Массаж мне точно не помешает. Почти пятнадцать лет сидячей работы!

— Спасибо, — сдержанно сказала я брату.

На большее меня не хватило. Вот зачем он мне напомнил о разрушенной карьере? Сволочь, козел и шовинист. Да и мать хороша! С нашими деньгами можно хоть десять сиделок нанять, а не рушить мою жизнь!

Глава 4. Новая жизнь

Больница мне понравилась больше, чем я ожидала. За те годы, пока я жила в Сервении, медицина на родине продвинулась далеко вперед. Мне было с чем сравнивать: в сервенских больницах тоже довелось побывать. Так вот, несмотря на слова брата «Многого не жди, это государственная клиника», я была приятно удивлена широкими чистыми коридорами, удобными креслами в холле, огромным табло на стене, где в режиме реального времени отражались данные о пациентах. Кто-то отправился на операцию, кто-то спал, кто-то проходил физиотерапию. Строчек много, они постоянно менялись — как на табло в аэропорте. Но кому нужно, тот разберется.

Судя по всему, пациент Луиза Сарпэ переведена в палату 201. Лечащий врач — Маргарет Випера.

Я подошла к стойке информации и представилась:

— Юлия Сарпэ, дочь Луизы Сарпэ из палаты 201. Могу я увидеть мать?

Молодой человек в смешной голубой шапочке что-то поискал на планшете, а потом кивнул:

— Проходите. Это платная палата, время посещения не ограничено. Попросить, чтобы лечащий врач к вам подошел?

— Будьте так любезны.

— Наденьте халат и одноразовые тапочки, пожалуйста. Второй этаж, вправо по коридору.