– Накаталась? – немолодой уже мужик снова потёр спину и, обернувшись, одарил неприязненным взглядом. Юля вылезла, достала мелкую купюру, смяла и бросила ему на колени:

– Следи за языком, а то отрежут, – посоветовала она на прощание и огляделась по сторонам, пытаясь сориентироваться.

В полутёмной парадной с заколоченными окнами, пахло сыростью и мочой. Мельчайшая взвесь искрилась и танцевала в тонких полосках света, пробивающегося в щели между досок. Лестница, захламлённая каким-то мусором, ящиками и старой мебелью, просто задыхалась от этой пыли. Влажную уборку здесь делать не любили. Юля остановилась перед видавшей виды обшарпанной дверью, бережно хранящей следы многочисленных взломов и даже поджога, поискала глазами звонок и, улыбнувшись своей наивности, постучала в неё кулаком. Дверь затряслась, заскрипела, но выстояла. С минуту все было тихо, но потом послышались лёгкие осторожные шаги, и молодой мужской голос спросил:

– Кто?

– Девочек заказывали? – брякнула Юля первое, что только пришло в голову. Разыгрывать из себя почтальоншу или соседку показалось ей скучным и неинтересным.

– Девочек? А что и на дом привозят? – удивился голос, но дверь отпирать не стал. – Хотелось бы, но увы…

– Ежи, ты шуток вообще не понимаешь? – спросила она наугад. И только тогда старенький «английский» замок щёлкнул. Дверь немного приоткрылась, голый по пояс молодой парень взглянул подозрительно, но, когда понял, что кроме неё никого больше нет, распахнул дверь настежь. Юля пошла напролом с уверенностью бульдозера, и ему не оставалось ничего другого, как убраться с дороги. Она окинула взглядом небольшую прихожую и, не разуваясь, прошла вглубь квартиры.

– Э… Ты куда? – только и смог выдавить из себя парень.

– На экскурсию, – бросила она через плечо и, войдя в единственную комнату, поставила на стол свою корзину. Огляделась. Обстановка была небогатая: Широченный, неверное, ещё прошлого века шкаф, металлическая кровать со смятыми простынями, стол с остатками вчерашней пьянки и пара затёртых облезлых стульев.

– Небогато, – вынесла она вердикт и повернулась к вошедшему следом парню.

– Ты кто такая? Чё надо?

– Фартовой кличут, – она уселась на стул, брезгливо поморщилась, глядя на беспорядок, потом отодвинула от себя тарелку, стакан, а на освободившееся место выложила пачку папирос и зажигалку покойного штабс-ротмистра. – Да ты присаживайся.

– Тебе что надо? – повторил он упрямо, но затем подошёл и, отодвинув стул, уселся напротив.

– Дело есть. Серьёзные люди о тебе очень хорошо отзывались, а мне как раз нужен толковый человек на гастроль, – она закурила и уставилась на него выжидательно.

– Что за люди? – лениво поинтересовался он, но было заметно, что эта похвала пришлась ему по вкусу.

– Поляк.

– Да ладно… – скривился он недоверчиво, но Юля безразлично пожала плечами и совершенно спокойно добавила:

– И Тадэуш подтвердил.

– Где же это ты с ними разговаривала?

– Адреса не скажу, меня туда его парни привезли. Людмил и Матэуш, кажется. А дом где-то в восточной части города. Добротный такой, двухэтажный, железом крыт.

Ежи согласно кивнул, но потом подозрительно вскинулся:

– А чего же это Поляк тебе никого из своих не дал? У него там целая армия.

– Мне нужен человек с очень хорошим знанием немецкого, – сказала Юля на языке Шиллера и Гёте. – А таких у него, к сожалению, не нашлось. Поэтому мне хотелось бы услышать ответ. Потому как сейчас именно та ситуация когда один раз услышать, гораздо лучше, чем сто раз увидеть.

– Я наполовину немец, фройляйн, и всё своё детство провёл в Восточной Пруссии. Поэтому можете не беспокоиться. Единственное, сперва хотелось бы обсудить мою долю, – с улыбкой выдал он на чистейшем немецком.

– Это хорошо, – удовлетворённо кивнула Юля. – Учитывая это, твоя доля будет тридцать процентов.

– А почему не пополам? – ухмыльнулся Ежи. – Или ещё кто-то в деле?

– Потому, что даже большим ртом надо откусывать понемногу, иначе подавишься, – Юля обаятельно улыбнулась и встала. – Необходимо сделать немецкие документы. Поляк подсказал нужного человека. Приведи себя в порядок – нужно будет сфотографироваться.

Должно быть, парень не совсем правильно истолковал её улыбку. Он быстро поднялся со стула, улыбнулся и подошёл к ней вплотную.

– Предлагаю закрепить наш договор, – Ежи приобнял её за талию и мягко направил в сторону кровати. – Пошли покувыркаемся.

– Может, не надо? – поинтересовалась она без особой надежды.

– Надо-надо…

Она, хмыкнула, тяжело вздохнула, а затем впечатала его в пол броском через бедро, навалилась сверху, проведя удержание поперёк, поймала его запястье и быстро «заплела» узел плеча, также известный как «кимура». Ежи взвыл, и она тут же отпустила его, поднялась и спокойно сказала:

– Ну, покувыркались и хватит. Имей в виду, если надумаешь повторить, то останешься со сломанной рукой и двадцатью процентами.

Парень поднялся с пола, потёр руку, сокрушённо покачал головой и спросил:

– Ты ненормальная?

– Ненормальная… ненормальная… – повторила она, смакуя слово на слух. – Именно. Собирайся, Ежи. Нам ещё золотишко сбагрить нужно.

– Какое золотишко?

– Ты ещё спроси откуда, – улыбнулась девушка. – Мне Тадеуш посоветовал обратиться или к Арону Файну, или к Яцеку Балевичу. Я не знаю ни того, ни другого, а поинтересоваться, кто даст лучшую цену, как-то позабыла. Ты их знаешь?

– Так, слышал, но дел никаких не имел. У меня есть человек надёжный. И живёт недалеко.

– К нему и пойдём. Ты одевайся быстрее, хорош тут голым пузом сверкать. И прикинься поприличней – мы сегодня в карты играть будем. Подсказали мне здесь хорошее местечко, только сперва надо паренька одного разыскать.

Все золотые изделия, кроме отложенных для Вацлава часов, удалось продать безо всяких проблем. Человек Поляка, услыхав вполне безобидную фразу, служившую паролем, тоже лишних вопросов задать не стал, но сказал, что изготовление всех этих документов займёт очень много времени. От предложения доплатить за скорость отказался, пояснив, что это никоим образом не ускорит процесс. Пришлось согласиться. Теперь оставалось только надеяться, что Поляк ничего не узнает.

Вацлава удалось разыскать всё тем же незамысловатым способом, и он, как и в прошлый раз, не смог устоять перед золотыми часами. То, что часы в этот раз были совсем другими, его нисколько не волновало. Игра в казино, ожидаемо, закончилась полной победой, и её новый знакомый справился ничуть не хуже Егора. Правда, свою долю он попросил сразу же. Они распрощались около домика, арендованного у милой старушки, но где-то через час в двери постучали.

Юля, успевшая к тому времени уснуть, приготовила пистолет и открыла дверь. На пороге стоял Ежи. В руках он держал раздобытый где-то ночью довольно красивый букет, бутылку вина и пачку денег. Он улыбнулся, протянул ей деньги и сказал:

– Я тут подумал, чёрт с ними с этими процентами, а рука срастётся.

– Пошёл на хрен отсюда, – отрезала Юля и захлопнула перед ним дверь.

Егор

Первое практическое занятие по наружному наблюдению принесло сразу несколько сюрпризов. Небольшая группа курсантов, облачённых по такому случаю в гражданское, скучала во внутреннем дворике городского управления, поджидая своего преподавателя, который что-то задерживался, решая какие-то организационные вопросы с местным начальством. Егор даже встретил там парочку своих старых знакомых, оперов из угро, с которыми занимался тогда поисками Руты, но они, понятное дело, его не узнали.

Наконец, явился преподаватель:

– Заждались, небось? Ладно, не будем терять время. Ну, что, орлы, готовы слиться с окружающей действительностью?

Егор коротко хохотнул. Препод смерил его неодобрительным взглядом:

– Я сказал что-то смешное, Вишневский?

– Товарищ старший лейтенант, слиться не получится.

– Конечно, не получится, – согласился преподаватель, – вернее сказать, с первого раза не получится. Здесь, как и в любом деле, нужен опыт.