Домов в посёлке было немного — не больше сотни. Они стояли кругом. Выглядели они непривычно. Вроде бы деревянные, но такое чувство, словно их вырастили по одному шаблону. Этакая одноэтажная раздутая бочка диаметром около шести-семи метров с полукруглой крышей, из которой в центре росло дерево с густой зелёной кроной. Окошки больше напоминали маленькие дупла, а дверь большое дупло с деревянной круглой затычкой.

Человека провели по ровной улице к центральному трёхэтажному древо-дому диаметром десять метров. Его окружили десять двухэтажных волшебных строений.

Логика подсказывала, что в центре живёт элита. Десяток самых крутых эльфов и руководитель деревни в самом шикарном доме.

Если прикинуть, то еды с окружающего лесопарка должно хватать на пропитание двухсот рыл. Как раз примерно столько же должно быть жителей в этом месте.

Об эльфах мало что известно. Но ходили слухи, что городов у них нет. Живут они в подобных деревнях. И лишь у элиты посёлки побольше. Они называются большие Дома. Им подчиняются малые Дома, наподобие этого.

Большой Дом у эльфов является аналогом человеческого графства. Малый Дом — баронство. Соответственно, в центральном строении должен жить местный барон. А в окружающих двухэтажных постройках, скорее всего, живут рейнджеры. Последние считаются низшей эльфийской элитой. Если прикинуть количество домиков, то всего в посёлке два отряда рейджеров по пять остроухих рыл в каждом. И один из них сопровождал пленника.

Из центральной постройки вышла остроухая девушка с зелёными глазами и салатовыми распущенными волосами до пояса. Её красоту портило надменное выражение мордашки. Белоснежные свободные брюки и рубаха выделяли её на фоне прочих соотечественников, как и золотые браслеты на предплечьях. На тонком кожаном поясе у неё висел короткий жезл, в набалдашник которого был встроен крупный огранённый изумруд. Последний элемент намекал на то, что она является магом природы. Возможно, все дома были выращены ею лично.

Люди такое магическое направление почти не практиковали. Среди них не было склонности к природному волшебству. Подобным могли похвастаться лишь те, в чьи предки затесались остроухие.

— Кого ты привёл, Ганс? — уставилась девица на командира пятерки рейнджеров.

— Браконьера поймали, — сухо ответил тот.

— Хн… — эльфийка смерила человека презрительным взглядом. — Браконьер в нашей глуши⁈ — удивлённо приподняла она брови.

— Мы сами удивились, — отозвался Ганс. — Он настолько обнаглел, что варил зелья из наших растений прямо на берегу реки.

— Зельевар? — вопросительно вздёрнула правую бровь эльфийка.

— Да, лэра Марта, — кивнул Ганс. — У него в сумке обнаружены предметы для зельеварения, различные ингредиенты и кошелёк с золотыми монетами.

— Эй, человек, — направила на него Марта презрительный взор. — Ты как оказался на моей земле?

— Я шёл-шёл, и пришёл сюда, — смущённо улыбнулся Леонель. — Простите, я не знал, что это ваши земли.

— Какая наглая ложь, — Марта кивнула Гансу, после чего тот начал выкладывать перед ней на землю содержимое сумки пленника. Она подняла флягу с алой жидкостью, откупорила её и понюхала. В тот же миг у неё от изумления округлились глаза. — Это что? Кровь дракона⁈

— Ну, да, — скрывать очевидное было невозможно, поэтому Леонель кивнул. — Кровь дракона.

— Откуда она у тебя? — прищурилась Марта.

— Раздобыл по чистой случайности, — рассказать о том, как он её заполучил, равносильно подписанию смертного приговора. Поэтому человек юлил, как только мог. Драконов эльфы не почитают и не охраняют, но опасные способности пленника явно заставят их от него избавиться. Или, наоборот, посадят его на цепь и заставят круглыми сутками варить для них зелья. — Удача повернулась ко мне лицом. На чёрном рынке чего только не продаётся…

Закупорив и отложив фляжку, Марта добралась до второй ценности.

— А это что? — понюхав содержимое, она поморщилась. — Знакомый запах. Неужто это…

— Любовная жидкость драконихи, — улыбнулся Леонель. — По той же удаче мне удалось и её добыть. Я хотел с ней поэкспериментировать. Об использовании подобного ингредиента не сказано ни в одном справочнике.

— Круглоухий извращенец! — эльфийка поспешно закупорила фляжку и с брезгливо перекошенной мордашкой положила её на место. После она раскрыла тряпицу с драконьей чешуёй. — Хн… Полагаю, это ты раздобыл там же, где и остальные драконьи запчасти?

— Именно так и было, госпожа, — верёвки давили на руки Леонелю. Но всем было плевать на его неудобства, кроме него одного.

Он переживал о том, что лишится с трудом добытых ингредиентов. Потерю золота он бы пережил легче, чем это. Впрочем, сейчас ему следовало думать о том, как сохранить себе жизнь. Имущество — дело наживное, а жизнь всего одна.

— Ого! — Марта добралась до кошелька, который взвесила на руке, а потом заглянула внутрь. — Откуда у тебя столько золота⁈

— Наследство от предков, — всячески продолжал юлить парень, стараясь не раскрывать истинное положение дел.

— Хн… — не поверила ему эльфийка. — Брешешь, круглоухий! Похоже на то, что ты получил солидный навар с зелий на ингредиентах из нашего леса. Только вот жадность застила тебе глаза, и ты потерял осторожность.

— Что прикажете с ним делать, лэра? — подал голос Ганс.

— В яму его, — небрежно махнула она левой ладошкой, продолжая в правой руке держать золото. — Мне нужно подумать, как быть с этим мусором. Всё же браконьеры у нас редкость. А столь успешный и обеспеченный вовсе встречается впервые.

— Вперёд, — больно ткнул командир рейнджеров в спину Леонелю.

— Ганс, подожди, — остановила его Марта. — У меня появились новые вопросы к нашему браконьеру.

— Конечно, лэра, — Ганс схватил человека за шкирку и повернул лицом к эльфийке.

От боли в почке лицо парня перекосило и в уголках глаз выступили слезинки.

— Откуда и куда ты шёл? — уставилась на него Марта.

— Я двигался из королевства Волгор в республику Мосов, — не стал скрывать Леонель очевидное, ведь волгорский акцент выдавал его с головой.

— Если не ошибаюсь, — задумчиво протянула Марта, — путь из Волгора до Мосова неблизкий. Он пролегает через Драконий край и наши леса. И только отчаянный человек решится на него. К примеру, контрабандист, который хочет подороже продать драконьи запчасти. Так ты у нас не только браконьер, но и контрабандист! Причём отбитый наглухо и невероятно удачливый. Хи-хи-хи! — её звонкий смех болезненно резал уши.

— Не такой уж и везучий, раз попал к вам в плен, — грустно вздохнул перерожденец. Он и не думал отнекиваться от подобных обвинений. Лучше пусть его считают браконьером и контрабандистом, чем узнают, что он истинный зельевар и косвенно связан с демоническим культом.

— В яму его! — повторилась эльфийка. — А вещи собрать, и ко мне в кладовку.

Глава 9

— Да блин! — в эльфийском поселении впервые за всё время раздалась русская речь. — Где-то просчитался, но где? — иронии в этом риторическом вопросе было не занимать. Путник знал, где и как он накололся. И о своём проколе он очень жалел.

В яме Леонелю совершенно не понравилось. А её наличие у остроухих намекало на то, что у них не всё просто в отношениях правящей верхушки и крестьян. С виду идеальная деревенька с близостью к природе. И внезапно яма для заключения позади дома лэры.

Яма представляла собой дырку в земле четырёхметровой глубины. Стены у неё гладкие и ровные с плотно утрамбованным грунтом. Зацепиться за него негде. Высота такая, что до верха не допрыгнуть. А ширина такая, что в полный рост на полу не растянешься и наверх не залезешь, упираясь ногами и спиной в стороны. А ещё там жутко воняло испражнениями. И хотя самих результатов жизнедеятельности видно не было, но это пока. Видимо, за предыдущими пленниками прибрались после того, как их освобождали, но тратить на уборку магию никто и не думал. Лаз наверху закрывала цельная деревянная решетка, будто выращенная из прочнейших ореховых корней. Даже если до неё доберёшься, поломать её казалось невозможным.