— Ну как там у тебя все продвигается? — спрашивает мама.
— Мам, у тебя каждый день один и тот же вопрос, — падаю на кровать. — Все у меня отлично, — привираю я. Глеб в последнее время очень раздражительный. Наверное, это все из-за болей в спине. — Я же тебе фотку отправила. Красивое кольцо, правда?
— А что за камни в нем?
Мама в своем репертуаре.
— Бриллианты и сапфиры. Оно очень дорогое. Мы вместе покупали… Цена такая, что у тебя голова закружится.
Но не такое дорогое, как у его бывшей. Кстати, оно у него в сейфе лежит. Она его не носила, берегла. Я случайно его увидела, когда Глеб рылся у себя в сейфе. Он сказал, что это ее кольцо. Так и лежит там.
В том ювелирном, что мы были, более шикарного кольца, чем мое, я не увидела. А кольцо Вики явно на заказ. С гравировкой. Эта дура даже не забрала его. Больно гордая. Как по мне чистой воды идиотизм.
— Ты там не расслабляйся. Помолвка — не свадьба.
— Мам, ну перестань… — стону я. — Глеб он хороший.
— Знаем мы таких хороших… Он тобой пользуется. Твоей молодостью. Пусть берет замуж и платит, — ворчит мама.
— Мам, ну он мне правда нравится.
Сначала я, конечно, смотрела на него только как на способ вырваться наверх из нищеты, но теперь… Глеб особенный. Не такой, как те, с которыми я встречалась раньше. Красивый, благородный, семейный. Мы сможем долго быть вместе.
— Нравится, нравится… Не надо сильно любить его. Он пусть любит. Не ставь чувства впереди денег. Или что, ты больше не хочешь его денег?
— Конечно я хочу денег. Я всего хочу!
— Вот и думай прежде всего о деньгах. А лучше думай о том, как бы забеременеть. Тут же со свадьбой поторопится!
— Мам, я не хочу никаких детей, — поднимаюсь всем корпусом с кровати. — Мне всего двадцать пять.
— Тебе уже было почти пять лет, когда мне было двадцать пять. Самое время, чтобы обзавестись ребенком от кого надо. Не будь дурой.
Мама у меня властная. Хотя сама по жизни ничего не добилась. Живет в деревне, папа ее давно бросил из-за ее нрава. У нее одна гордость и надежда — красавица дочь. Она сама в молодости была очень красивой. Сейчас от былой красоты почти ничего не осталось. Одно радует: не спилась.
— Нет, рожать я не буду. Я еще почти не жила. Не в ближайшие три года так точно. Я сейчас на таблетках, а Глеб не в курсе. У меня и так, вроде как, ребенок уже есть.
— Его эта девка?
— Да, Кира. Вы как бы ладим с ней. Она сразу меня приняла. Мать ее заездила с правильным образом жизни. А мне как-то пофиг, что там с ней будет.
— И правильно. О себе думай. Ну а когда ты меня-то в игру введешь?
— Ну какая игра, мам? Я просто перед самой свадьбой скажи Глебу, что хочу с тобой помириться. Он поймет. Ты переедешь в Москву.
— Может, я с вами буду жить?..
Ну нет! Это ни в коем случае. Она мне тут все испортит. Мать не фильтрует то, что вылетает у нее из рта. Начнет тут корчить царицу. Глеб пнет ее пинком под зад, и мне достанется.
— Нет, я думаю, что я уговорю Глеба снять тебе квартиру.
— Снимет вартиру? Пфф… — фыркает мать. — Пусть покупает. Я все-таки твоя мать.
— Мам, ну не борзей. Я сама тут пока еще не жена. Все, созвонимся через несколько дней. Пока, — бросаю телефон на кровать и иду к туалетному столику. Делаю высокий хвост и улыбаюсь своему отражению.
Пойду сейчас немного побегаю на тренажере, потом ванну приму, а к приезду Глеба закажу что-нибудь вкусненькое из ресторана. Рыбку, салат греческий, десертик легкий… Да что угодно. Как здорово, когда не надо думать про то, что сколько стоит.
Запрокидываю голову, разминаю шею у зеркала, а когда открываю глаза — вижу позади себя Киру.
— А! Господи, Кира! — вскрикиваю, резко оборачиваюсь и пытаюсь отдышаться, держа ладонь на груди. — Ты меня напугала…
— Угу… — хмыкает Кира, смотря лукаво.
— Ты что-то хотела? И почему вошла без стука?
— Будешь указывать мне, как мне вести себя в моем доме? — шипит эта девчонка.
— Кир, ты чего? Я же просто…
— Значит, вы со своей мамашей решили развести моего отца на бабки?
Нет… Она все слышала.
Только этого не хватало…
— Кир, ты все не так поняла, — двигаюсь к девочке, а она пятится. — Послушай…
— Отвали. Я все слышала. И про папу, и про себя.
— Я люблю твоего отца! Просто моя мама всегда хотела, чтобы я удачно вышла замуж. Но я правда очень ценю и люблю твоего отца.
— И детей от него не хочешь.
Черт… Черт, черт, черт!
Не хватало, чтобы из-за этой мелкой язвительной сучки все сорвалось! Я этого не вынесу!
— Я просто не хочу спешить. Я планировала еще учиться. Я только колледж окончила. А совмещать материнство и учебу…
— Да пофиг мне! И не думай, что отец мне не поверит. Я записала твой разговор на телефон, — показывает мне свой старенький смартфон. — Папа еще как поверит…
Вот соплячка.
Но бросаться на нее и пытаться отобрать телефон — это только в крайнем случае.
Надо попытаться договорить. Она же всего лишь девочка.
— Кира, не надо…
— Знаешь, почему я вообще с тобой сейчас разговариваю? Я могла бы вообще тебе ни слова не сказать и сразу к папе пойти.
Эта маленькая дрянь явно задумала меня шантажировать.
— Чего ты хочешь?
— Даже если я папе сейчас все это выложу, то для меня ничего не изменится. Так что… — ко мне подходит ближе, — ты сделаешь так, чтобы отец простил меня, чтобы все было как раньше. Я хочу назад свой смартфон, обратно в свою школу, карманные деньги и прогулки с подругами. Срок тебе неделя. Если через неделю этого всего не будет, то я расскажу все отцу. И тогда фиг тебе, а не свадьба с моим отцом. Время пошло, — ухмыляется мерзавка и уходит из спальни.
Глава 45
Виктория
— Теперь Яна пусть присядет, а ты, Вика, отойди от нее подальше, — говорит нам Захар, жестикулируя рукой.
Мы с дочерью выполняем все в точности.
И так около двух часов…
Трижды меняли одежду. Раз пять поправляли мне макияж.
— Все! Отлично. Мы сделали, что нужно. Можете отдыхать!
— Фуууух! — Яна сразу снимает розовый пиджак. — Я не столько устала, сколько мне жарко.
— Попей воды, — предлагает ей Захар и указывает направление к кулеру. Как удобно.
Я к Захару подхожу.
— Ну как, у нас получилось в тандеме?
— Супер! Мы поработали даже больше, чем надо. Зато у нас будет большой выбор. Теперь дело за вами, а вам только ждать остается. Скоро вас увидят все. Будете знамениты.
— Все увидят эту прекрасную одежду.
— И вас. Лица очень важны. Иначе бы все просто натягивали одежду на стройные манекены. После этого для вас, ну, для тебя точно найдется еще работа. Инга наверняка захочет сделать тебя своей постоянной моделью. Может, даже лицом бренда. Ее текущая модель не совсем подходит, я считаю.
— Я вообще-то не планировала… в смысле, для меня это все временно. Скоро мне будет не до того, чтобы бегать по съемкам.
— Это почему? — настораживается Захар, уставившись на меня серьезно.
— Это неважно.
— Вика, я надеюсь, у тебя нет серьезных проблем со здоровьем? — ближе ко мне подходит.
— Нет-нет, не в этом дело, — качаю головой.
— Ты только честно мне ответь. Мне ты можешь доверять. Ты теперь… моя Муза.
Даже так…
Как-то мне уже говорили такое. Давно. Когда мне было чуть за двадцать. Но не помню кто. Тоже кто-то из фотографов, когда я ходила на кастинги.
Но тогда мне просто хотели сделать приятное, польстить, а сейчас это искренне. Точно знаю.
— Спасибо, но ты, к счастью, ошибаешься в своих догадках. Я совершенно здорова.
Ну почти.
Но беременность же не болезнь?
Не хочу говорить Захару о своем положении. Зачем ему знать? Мы ведь друг другу никто. Он и так знает слишком много. Я так-то скрытная.
— Я рад. Так что же у тебя такое впереди грядет?
