— Сюда! — закричала Аня, указывая на приоткрытую дверь небольшого магазинчика на берегу. — Быстрее!

Они влетели внутрь, мокрые до нитки, смеясь и отряхиваясь. Магазинчик оказался крошечным — стеллажи с сувенирами, холодильник с водой и соками, и одна-единственная касса. За кассой стояла сонная продавщица, которая даже не удивилась внезапным посетителям.

— Мы как спасённые, — выдохнула Алина, стряхивая воду с волос. — Ну и погодка!

— Тропики, — пожала плечами Аня. — Здесь всегда так. Пять минут — и солнце.

Они уже хотели взять по бутылке воды, когда заметили знакомую фигуру у холодильника. Высокая, блондинка, с мокрыми волосами, в лёгком сарафане.

— Оля? — удивилась Аня.

Оля обернулась. У неё был уставший вид, но при этом она улыбнулась:

— О, девчонки! А вы чего тут?

— От дождя спасаемся, — ответила Алина, — а ты?

— Да я тоже, — Оля взяла бутылку воды и подошла к ним. — Тусовка закончилась. Тот ведущий, с которым я целовалась, оказался занудой. Всё пытался утащить меня в свой номер, а мне расхотелось. Купила воды и решила прогуляться.

— Ого, — удивилась Аня. — А я думала, у вас там всё серьёзно.

— Серьёзно? — Оля рассмеялась. — Ань, мы в Турции. Здесь всё серьёзно только когда ты платишь за ужин. Остальное — просто игра.

Она заплатила за воду и повернулась к выходу. Дождь уже начал стихать, превращаясь в мелкую морось.

— Я домой, — сказала Оля. — На сегодня хватит. Мне ещё завтра на экскурсию вставать в семь утра. Вы как?

— А мы в бар, — гордо заявила Алина. — На час.

Оля покачала головой с лёгкой улыбкой:

— Вы безумные. Ну, удачи. Смотрите, не натворите дел.

Она обняла их на прощание и вышла, растворившись в ночной мороси.

— Вот видишь, даже Оля устала, — сказала Аня, надеясь, что подруга передумает.

— Оля — архитектор, — парировала Алина. — А мы — бойцы. Пошли, уже почти не идёт.

Аня уже направилась к выходу, но Алина вдруг замерла и уставилась в угол магазина. У стены, между стеллажом с магнитными сувенирами и стойкой с открытками, стоял старый боксёрский аппарат — механическая груша на пружине, с цифровым счётчиком ударов. У него был потрёпанный вид, краска кое-где облупилась, но он всё ещё функционировал, судя по мигающему табло.

— О, нет, — выдохнула Аня, проследив за взглядом подруги. — Алин, только не говори, что хочешь…

— Хочу! — Алина уже подлетела к аппарату, глаза горели азартом. — Я же боксёр! Как я могу пройти мимо?

— Алин, ты пьяная, — устало сказала Аня. — И мокрая. И в юбке.

— А кто сказал, что в юбке нельзя бить? — фыркнула Алина и встала в стойку, выставив руки в перчатках на манер настоящего бойца. — Смотри, сейчас я ему покажу, кто здесь королева ринга!

Аня закатила глаза и сложила руки на груди. Она знала эту историю. В Москве Алина могла часами тренироваться в своём клубе. Однажды они снимали рилсы для её Instagram — Алина решила показать, сколько ударов за минуту она может выдать. Она встала перед грушей и начала бить — раз за разом, быстро, резко, с той убийственной точностью, которой её научили годы тренировок. Она выбила одиннадцать ударов подряд, а на двенадцатом что-то хрустнуло.

— Алин, помнишь, чем кончилась твоя последняя любовь к груше? — напомнила Аня. — Ты выбила кость на правой руке. Две недели ходила в гипсе и не могла делать маникюр даже себе, не то что клиенткам. Твой салон месяц без тебя работал.

— Это было давно! — отмахнулась Алина, примеряясь к груше. — Я теперь технику улучшила! Смотри!

Она ударила. Резко, мощно — пощёчина от удара разнеслась по маленькому магазинчику. Табло мигнуло, показывая «1». Алина довольно улыбнулась.

— Лёгко, — сказала она и приготовилась к следующему.

— Алина, остановись! — засмеялась Аня. — Ты сейчас руку сломаешь, и кто тебя будет таскать? Я не потащу, у меня живот болит!

— А ты не тащи, — ответила Алина, ударяя снова. — Табло: «2». — Я до десяти дойду, и мы пойдём.

— Ты не дойдёшь до десяти, — вздохнула Аня.

Но Алина уже вошла в раж. Третий удар, четвёртый, пятый. Аппарат жалобно скрипел, пружина ходила ходуном. Продавщица смотрела на них с лёгким испугом, но не вмешивалась. Шестой удар был особенно сильным — Алина вложила в него всю свою энергию, и табло мигнуло: «6».

— Давай, давай! — крикнула Аня, неожиданно для себя начиная болеть. — Семь!

Седьмой удар пришёлся чуть выше, Алина улыбнулась, но Аня заметила, как она чуть скривилась — боль, наверное, отдала в плечо.

— Всё, — остановилась Алина, отряхивая ладонь. — Семь. Зачётно для пьяной и мокрой, да?

— Зачётно, — признала Аня. — А теперь пошли в бар, пока ты не решила устроить спарринг с этой несчастной грушей до утра.

— Идём, — легко согласилась Алина, напоследок погладив аппарат по голове. — Мы ещё встретимся, старина.

Они вышли из магазина. Дождь действительно почти закончился, только редкие капли падали с листьев пальм. Они прошли по асфальтовой дорожке и через пять минут уже стояли у входа в тот самый бар — двухэтажное деревянное строение с террасой, увитой плющом, и панорамными окнами, выходящими на море. Но их ждал сюрприз.

У входа выстроилась огромная очередь. Человек тридцать, не меньше, ждали своей очереди, чтобы попасть внутрь. Музыка гремела, и казалось, что половина туристов со всего побережья собралась именно здесь.

— Охренеть, — выдохнула Алина. — Когда мы здесь были, было пусто.

— Потому что сейчас — пик сезона, — вздохнула Аня. — Может, развернёмся и пойдём спать?

Но Алина уже всматривалась в толпу впереди. Её лицо озарилось узнаванием.

— Смотри, — она дёрнула Аню за руку. — Это же те парни, с пенной вечеринки! Ну, которые вокруг меня танцевали!

Аня прищурилась. Действительно, прямо у входа стояла группа парней — четверо высоких загорелых ребят. Один из них уже заметил их и что-то сказал остальным.

— О, девчонки! — закричал тот самый парень, который держал Алину за талию. Он подбежал к ним почти бегом, улыбаясь во все зубы. — А мы вас искали! Вы ушли, мы думали, вы в отель, а вы тут! Здорово!

— Нас искали? — удивилась Алина, приподнимая бровь. — Зачем?

— Ну, мы подумали, что нам с вами надо посидеть, — он пожал плечами, стараясь выглядеть непринуждённым. — Ты классно танцевала, — он кивнул на Алину.

Парень уже обернулся, потому что его кто-то позвал из компании. Он махнул девчонкам рукой, крикнул: «Увидимся там, внутри!» — и исчез в толпе.

— Ну, — Алина толкнула Аню локтем, — интересно становится.

— Интересно — не то слово, — мрачно сказала Аня, но всё же двинулась за подругой.

Они протиснулись в очереди, дыша друг другу в затылок, и наконец попали внутрь. Бар гудел — музыка, смех, звон бокалов. Синий неон подсвечивал длинную барную стойку, за которой суетились бармены, жонглируя бутылками.

— Алина, — крикнула Аня, — только без глупостей, хорошо?

— Я всегда без глупостей, — улыбнулась Алина и рванула к бару. — По текиле? А?

Они встали у стойки. Алина заказала три шота текилы — два для себя и один для Ани, но Аня отодвинула стопку.

— Я не буду, — сказала она. — Напьюсь — живот снова заболит. И тебе придётся меня тащить, так что лучше я на воде.

— Скучная ты, — фыркнула Алина, но не спорила. Она залпом выпила первый шот, заела лаймом, затем второй.

— Я не скучная, я предусмотрительная, — парировала Аня, беря в руку сок.

— Да, — протянула Алина. — Ты у нас всегда паинька. Три года без отношений, никаких приключений…

— Алин, мы это уже обсуждали, — устало сказала Аня.

— Всё-всё, молчу, — Алина подняла руки, — я просто хочу, чтобы ты была счастлива. Хотя бы здесь.

Они взяли по коктейлю — Алина «Лонг-Айленд», Аня «Пина-Коладу» безалкогольную. Алина выпила свой почти залпом и потащила Аню танцевать. Полчаса они провели в танце, но Аня чувствовала усталость, ноги гудели, а в висках стучала музыка.

— Давай передохнём, — предложила она, и они отошли к барной стойке. Встали в угол, где было чуть тише, и просто стояли, разговаривая.