Когда Дюббёль уехала, Лиам пошел вместе с Мартином из Национального криминалистического центра в комнату на втором этаже, где айтишники устанавливали камеру, чтобы снимать экран, где были видны жертвы. Им необходимы были собственные записи, чтобы потом можно было задокументировать происходящее.

– Нет сомнений, что кто-то из них жив, – услышал Лиам комментарий сотрудника из отдела IT-поддержки.

Лиам подумал, что не удивится, если вскоре появится и министр юстиции. Но сейчас ему на это было наплевать, главное, чтобы он сам мог руководить командой оперативников и найти девять жертв, пока еще не поздно.

– Вы можете проследить связь от этого компьютера до камеры, которая снимает?

Дея стояла за спиной айтишника, усевшегося в пыльное кресло перед компьютером. Он поставил свой собственный ноутбук и еще один запасной рядом с компьютером Йоханнеса.

– Мы стараемся, – сосредоточенно произнес он. – Сейчас эта прямая трансляция – единственная имеющаяся у нас связь, но если этот священник не хочет, чтобы мы их нашли, он может просто отключить сигнал. Тогда не будет контакта с жертвами. Мы сейчас пытаемся отследить здесь сигнал и надеемся, что используется блютус или какое-то другое беспроводное устройство, но пока я ничего не могу сказать.

На экране мелькнул контур чьей-то головы. У Деи проскочила мысль, что этот черно-белый кадр похож на кадр из фильма ужасов.

– Если бы Йоханнес хотел отключить сигнал, он бы уже давно это сделал, – уверенно произнес Лиам.

Криминалисты закончили снимать коробки со стеллажей. Все это будет отправлено на экспертизу. В одной из коробок обнаружилось семь небольших камер наблюдения и еще несколько коробок с новыми, которые еще не были распакованы.

Лиам подозвал Франка из отдела судебно-медицинской экспертизы.

– Что скажешь?

Он указал на экран и сделал шаг в сторону, чтобы тот мог подойти поближе.

– Конечно, трудно сказать что-либо определенное, когда видишь жертв только на экране, но, как вы уже знаете, есть большая разница между соленой и пресной водой. Температура воды также важна, ну и если вода чистая, то шансы на выживание повышаются.

Лиам нетерпеливо посмотрел на него.

– Что-нибудь еще?

– Пресная вода проникает через кожу, появляются язвы и инфекции.

Франк замолчал и посмотрел Лиаму прямо в глаза.

– Прошло уже девять дней, так что если первые жертвы находились в воде с момента похищения, то долго им не протянуть. Кто-то, возможно, уже умер…

Лиам сильно ударил кулаком по столу.

– Мы теряем время! – воскликнул он в отчаянии. Взглянув в окно, он обнаружил, что на улице собралось еще больше народу. Журналисты, местные жители, народные бригады и полицейские.

Дея встала рядом с ним. Она внезапно повернулась и крепко схватила Лиама за куртку.

– Навозохранилище, Лиам. Оно тут, рядом!

Дея неслась вниз по лестнице, Лиам бежал за ней по пятам. Он махнул рукой нескольким полицейским, позвав за собой.

– Они могут быть в навозохранилище, тут, на поле, – прокричал Лиам, задыхаясь. – Вызывайте скорые, быстро!

Дея перепрыгнула через забор и налетела на парочку жирных свиней, которые вразвалку трусили куда-то.

– По размеру вполне подходит, – крикнула Дея Лиаму, не оглядываясь.

Она первой подбежала к резервуару и ударила по нему рукой.

– Эй!

Бетонный резервуар был старым, серым, явно отлитым сотню лет назад. Сверху на нем было толстое резиновое покрытие, которое не давало возможности увидеть, что там внизу.

– Надо залезть наверх! – крикнул Лиам. К ним подошли два офицера.

– Давайте я, – вызвалась догнавшая их женщина-полицейский. Ее подсадил коллега, и она заползла на резину. – Покрытие мягкое… Подождите!

Сверху послышались какие-то невнятные звуки.

– Я тоже полезу, – сказала Дея, нетерпеливо подталкивая Лиама. – Помоги мне.

Он наклонился и подсадил ее.

Орудуя маленьким ножом, женщина пыталась прорезать дыру в толстой резине. Дея отцепила от пояса коллеги фонарик, пошире растянула разрез и протиснула фонарик в отверстие. А потом наклонилась, чтобы посмотреть.

В нос ударил отвратительный запах, ее чуть не стошнило. Поводив фонариком, она отпрянула и перекатилась на спину. Сердце бешено стучало.

– Отбой! – крикнула она. – Здесь никого нет!

Мартин поднял большой палец, когда Дея и Лиам вернулись в гостиную дома Йоханнеса.

– Дея, похоже, ты права насчет резервуара для навоза.

Он махнул рукой, подзывая их к себе. На столе перед ним лежала большая карта Фюна, а вокруг стола стояли пять коллег со светящимися телефонами и ноутбуками.

– Мы пытаемся вычислить все резервуары на Фюне, которые могли бы соответствовать по размеру тому, в котором, как мы знаем, держат пленников.

– В первую очередь резервуары для навозной жижи? – спросил Лиам, глядя на карту. Там уже стояло много отметок.

– Старые резервуары для навозной жижи, отстойники для сточных вод, очистные сооружения или что-то вроде этого. Мы ищем резервуары диаметром восемь-десять метров, сверху они, возможно, чем-то закрыты, это может быть бетонное или какое-то другое покрытие.

– Насколько вы продвинулись? Куда посылать людей?

Мартин нерешительно кивнул.

– Этих цистерн для навозной жижи чертова уйма, но мы надеемся, что отберем те, которые больше всего подходят, в течение часа.

– В течение часа люди могут погибнуть, – воскликнула Дея.

– Тогда сама этим займись! – раздраженно сказал Мартин. – Мы тут делаем все, что можем.

– А что вы думаете про заброшенный парк развлечений? – спросила Дея.

– Это довольно далеко от муниципалитета Ассенс, с которого нам рекомендовали начать.

Дея посмотрела на Лиама.

– Помню, в моей молодости там был детский бассейн. По размеру он вроде подходит.

– Ты права, – ответил Лиам и повернулся к Мартину. – Немедленно отправь туда оперативную группу.

– Я поеду с ними, – сказала Дея.

Лиам недовольно покачал головой.

– Послушай, мы не можем сами обследовать все резервуары на Фюне!

– Нет, но сейчас я поеду с группой в парк развлечений, а потом посмотрим, хорошо? Мне необходимо что-то делать, Лиам. Я не могу сидеть здесь и смотреть, как умирают люди.

Дея вышла из комнаты.

Лиам наклонился над картой, которую Мартин разложил на обеденном столе. Это был снимок Фюна, где каждый участок был увеличен и четко обозначен.

– Сколько, по-твоему, здесь резервуаров и цистерн?

Мартин провел рукой по волосам и покачал головой.

– Если посчитать все, то, вероятно, их будет более тысячи, но вначале мы будем искать резервуары, поблизости от которых больше не ведется активное сельское хозяйство, поскольку практически невозможно представить, что они находятся в резервуаре с навозной жижей. Далее мы отберем крытые резервуары, что немного сузит поиск, так как большинство навозных резервуаров ничем не закрыты.

– Можем ли мы начать отправлять группы к тем, которые вы отметили? – нетерпеливо спросил Лиам. – Нам все равно придется перебрасывать группы от одного резервуара к другому, так что нужно начинать?

– Согласен, – Мартин посмотрел на часы, затем показал на места на карте. – Мы начинаем здесь, здесь и здесь.

В дверях появился один из подчиненных Мартина.

– Мы попробовали установить одну из найденных в кабинете камер в цистерну с навозной жижей тут поблизости, чтобы проверить, как все выглядит, но сверху падает значительно больше света, чем на прямой трансляции, так что покрытие там капитальное, точно не брезент и не резина.

Лиам быстро повернулся к Мартину и остальным, стоявшим у карты Фюна.

– Что это значит? – спросил он.

– Это означает, что круг наших интересов значительно сужается. Хорошая работа! – сказал Мартин коллеге, подняв большой палец. Затем он обратился к молодому полицейскому, который держал в руках мобильный телефон: – Доложите командиру оперативной группы по облету территории, чтобы он обратил особое внимание на круглые резервуары с любым твердым покрытием: железо, дерево, твердый пластик, бетон.