Ей вернули деньги, Линда улыбнулась продавцу и, покинув магазин, направилась на парковку.

В бассейне Ассоциации парень Линды Сейли наблюдал за визжащей брызгающейся ребятней. За детьми приходилось следить очень внимательно. Взрослые пловцы послушно наматывали круги по дорожкам, потом вылезали и направлялись в душ. С детьми все было по-другому – если не присматривать за ними, они носились по бортикам, сигали с трамплина, не посмотрев, нет ли кого под ними, или пытались нырнуть на глубоком конце, хотя плавали еще неуверенно.

Он сидел на своем высоком стуле над бассейном и не отрываясь глядел на воду. Нос у него чесался от паров хлора, наполнявших воздух. Иногда Линда потихоньку прокрадывалась к нему от женской раздевалки, а он ее даже не замечал. Она хватала его за ногу, и он подскакивал на стуле – от радости, конечно. Она была настоящей секс-бомбой, и он с гордостью смотрел, как она плавает, напоминая себе, что это его подружка.

На улице было холодно и дождливо, и от температуры снаружи, а также от пара в бассейне настенные часы затянуло туманом. Молоденький спасатель покосился на них и понял, что перевалило за семь вечера. Присмотрелся внимательнее, чтобы проверить: да, совсем поздно. Половина восьмого.

Линда должна была приехать час назад. Куда же она подевалась?

Детские тренировки в бассейне закончились, наступило время взрослых. Поскольку теперь следить за водой можно было не так напряженно, парень Линды посмотрел на двери женской раздевалки. В бассейн всегда приходило больше мужчин, чем женщин, а в ту пятницу из раздевалки вышло лишь несколько – они заталкивали волосы под купальные шапочки. Парочка растолстевших домохозяек за сорок, мечтавших похудеть. Высокая девушка, приходившая каждый вечер, в любую погоду – она плавала, как бывшая чемпионка. Несколько девочек-подростков, которые с хихиканьем плескались, где помельче.

Линда так и не показалась.

Когда последний посетитель покинул бассейн, ее парень переоделся и поехал к ней домой. На стук в дверь никто не ответил, и он немного рассердился на нее – но всего на пару минут. Он слишком хорошо знал Линду, чтобы решить, будто она его динамит. Она так радовалась, что у него день рождения, столько поддразнивала его насчет подарков, которые он получит. Даже сейчас, стоя в пустом холле перед ее квартирой, он почти ожидал, что она выскочит из-за угла и закричит: «Сюрприз!»

Когда Линда Сейли на следующее утро не явилась на работу, ее друзья и семья забили тревогу. Этому не было никакого объяснения – кроме того, что ее где-то удерживают насильно и не отпускают домой.

Детективы из полиции Орегона, памятуя о других делах с исчезновением молоденьких девушек, отнеслись к пропаже Линды Сейли очень серьезно. Вместе с полицейскими из Портленда они взялись обыскивать «Ллойд-Центр» и пристроенный паркинг.

Все повторилось – как в деле Карен Спринкер. Машина Линды Сейли стояла на парковке. Она тоже была заперта, внутри – никаких следов борьбы.

Единственный вывод, к которому можно было прийти, – кто-то похитил Линду против ее воли.

Сравнивая случаи пропажи девушек, детективы из Орегона натыкались на все новые и новые совпадения. За шесть месяцев без следа исчезли пять юных красавиц. Все в радиусе пятидесяти миль. Ни у одной не было никаких причин для побега из дома. Свидетели отсутствовали. Вещественные доказательства тоже – ни клочка одежды, ни потерянной сумочки или туфли. Ни пятнышка крови, ни волоска. Ни одна из девушек не говорила друзьям или полиции, что у нее есть причины бояться – никаких назойливых ухажеров или подозрительных телефонных звонков.

А это означало, что детективам предстоит искать подозреваемого, относящегося к самому неуловимому типу, – человека, выбирающего жертв случайным образом. Выслеживающего девушек, которые соответствовали его причудливым фантазиям. Провожающего их до места, где они не могли позвать на помощь. Какую бы уловку или тактику он ни использовал, чтобы заполучить их, она была быстрой и тихой.

Все они пропали.

Можно было подумать, что преступник специально выбирает жертв на территориях, относящихся к разным юрисдикциям. Линда Слоусон пропала из юрисдикции городской полиции Портленда, Джен Уитни – с шоссе I‐5, за которым надзирают полиция штата Орегон и офис шерифа округа Линн, Карен Спринкер – из Салема, а Линда Сейли – снова из Портленда.

Тот, кто их похищал – скорее всего, мужчина, а не женщина, – был жесток и хитер.

Но хитер недостаточно. Все правоохранительные органы работают в сотрудничестве, и когда возникает серьезное дело, в нем участвуют службы разных территорий. Что-то грозное происходило в северном Орегоне – что-то, представлявшее опасность для красивых молодых женщин, поэтому бюллетени и телетайпы разлетелись по всему региону. Описания пропавших девушек и обстоятельств их исчезновения были разосланы по тринадцати западным штатам.

Детективы округа Лейн в Юджине, Орегон, в сорока пяти милях к югу от Салема, внимательно следили за развитием дела. У них на руках было нераскрытое убийство, жертва которого подходила под общее описание. Миссис Джанет Шэнахан, двадцати двух лет, была найдена задушенной в кузове своей машины, брошенной на Юджин-стрит спустя всего сутки после исчезновения Линды Сейли.

Джанет Шэнахан вписывалась в профиль жертв неизвестного преступника, однако модус операнди отличался, и ее тело было обнаружено. Если тут действовал тот же похититель, то он значительно вышел за рамки своего паттерна. Кроме того, другие девушки пропадали с разницей по меньшей мере в месяц. И это тоже указывало, что дело Шэнахан не относится к указанным исчезновениям.

В любом случае детективам следовало ускориться. Они не хотели и думать о том, что к концу мая могут столкнуться с новым похищением – и что еще одна молодая женщина станет жертвой жестокого чудовища, рыскавшего по их территории и хватавшего юных красавиц одну за другой.

Лонг-Том – это узкий приток реки Уилламет, протекающий в двадцати милях к югу от Корваллиса. Он тянется на двадцать четыре мили и впадает в водохранилище Ферн-Ридж на востоке от Юджина. Его берега покрыты густыми зарослями, и поэтому Лонг-Том – идеальное место для рыбалки, если знать хорошие места. За исключением ферм Монро и Чешир, жилья поблизости нет; это маленькая речушка, известная лишь местным жителям. Где-то она живописна, но преимущественно безлюдна и мрачна – река-привидение.

До 1961 года дорога на Айриш-Бенд пересекала реку Лонг-Том по старинному крытому мосту, одному из немногих сохранившихся на Северо-Западе и сильно напоминающему такие же в Пенсильвании и Новой Англии. В 1961-м современным автомобилям стало тесно разъезжаться на нем, и параллельно старому был построен новый мост. Однако и старый, Банди-Бридж, сохранился тоже. Он так и стоял на своем месте в 1969-м – тень из прошлого – по соседству с новым мостом и хотя не эксплуатировался, давал рыбакам укрытие от пронизывающих ветров, гуляющих по реке, и дождей, мочивших их широкополые резиновые шляпы.

Банди-Бридж – одно из самых оживленных мест на реке, но по сравнению с городскими реками там все равно пустынно. Зимой и ранней весной Лонг-Том высоко поднимается по опорам нового моста, подпитываемый дождями и тающим снегом, который сходит с холмов и гор.

К десятому мая река уже отступила и мирно журчала под бетонными опорами. Теперь можно было стоять неподалеку от берега, погрузившись в воду лишь по пояс. На мелководье скапливались обрубки деревьев, цеплявшиеся сучьями за заросли у берегов – словно морские чудовища, поднявшиеся из глубин. Сами берега уже начинали зеленеть, и кое-где в траве мелькали первые ромашки и дикие ирисы.

В ту субботу одинокий рыбак припарковал свой пикап на Айриш-Бенд-роуд и вытащил из кузова удочки и блесны, собираясь приятно провести выходной за рыбной ловлей. Свинцовое небо низко нависало над землей, подернутое тучами, которые грозили в любой момент прорваться дождем. Но ни рыба, ни рыбаки ничего не имели против.