Литмир - Электронная Библиотека

Из академической статьи:

Арий (256—336 годы) — один из ранних ересиархов, основоположник арианства.

После Никейского Собора Арий был сослан в Иллирию, с запретом возвращаться в Египет. Однако вскоре императором Константином был возвращен из ссылки.

Сочинения Ария были уничтожены и дошли до нас в фрагментах. Его «Θάλια» («Пир») представляет собой защиту его учения в полу-поэтической, полу-прозаической форме; за исключением нескольких фрагментов в творениях Афанасия Великого, оно не дошло до нас. Сохранились письма Ария к Евсевию Никомедийскому и Александру Александрийскому († 17 апреля 326). Главными источниками сведений о нём служат, кроме фрагментов его собственных сочинений, творения Афанасия, 68 и 69 главы сочинения Епифания об ересях, церковные истории Сократа, Созомена, Феодорита и Филосторгия.

Non sien le genti, ancor, troppo sicure

a giudicar, sì come quei che stima

le biade in campo pria che sien mature; [132]

ch'i“ ho veduto tutto „l verno prima

lo prun mostrarsi rigido e feroce,

poscia portar la rosa in su la cima; [135]

e legno vidi già dritto e veloce

correr lo mar per tutto suo cammino,

perire al fine a l'intrar de la foce. [138]

Non creda donna Berta e ser Martino,

per vedere un furare, altro offerere,

vederli dentro al consiglio divino;

ché quel può surgere, e quel può cadere». [142]

Никто не думай, что он столь велик,

Чтобы судить; никто не числи жита,

Покуда колос в поле не поник. [132]

Я видел, как угрюмо и сердито

Смотрел терновник, за зиму застыв,

Но миг — и роза на ветвях раскрыта; [135]

Я видел, как, легок и горделив,

Бежал корабль далекою путиной

И погибал, уже входя в залив. [138]

Пусть донна Берта или сэр Мартино,

Раз кто-то щедр, а кто-то любит красть,

О них не судят с богом заедино;

Тот может встать, а этот может пасть». [142]

Никто не должен думать, что он столь велик, чтобы судить других. Урожай считают после уборки, а цыплят по осени. Терновник, застывший на зиму, кажется мёртвым, но выбрасывает цвет при первом же потеплении. Корабль может легко обогнуть Земной Шар и погибнуть на камнях родного залива.

Поэтому донна Берта (честная давалка) или сэр Мартино (рогоносец) — первые встречные, не должны, подобно Богам, судить о щедрых и вороватых, ведь кто-то из них может подняться, а другой, напротив, пасть.

Paradiso — Canto XIV. Рай — Песня XIV

Четвертое небо — Солнце (окончание) — Пятое небо — Марс — Воители за веру

Dal centro al cerchio, e sì dal cerchio al centro

movesi l'acqua in un ritondo vaso,

secondo ch`è percosso fuori o dentro: [3]

ne la mia mente fé sùbito caso

questo ch'io dico, sì come si tacque

la glorïosa vita di Tommaso, [6]

per la similitudine che nacque

del suo parlare e di quel di Beatrice,

a cui sì cominciar, dopo lui, piacque: [9]

В округлой чаше от каймы к средине

Спешит вода иль изнутри к кайме,

Смущенная извне иль в сердцевине. [3]

Мне этот образ вдруг мелькнул в уме,

Когда умолкло славное светило

И Беатриче тотчас вслед Фоме [6]

В таких словах начать благоволила, —

Настолько совершенно к их речам

Уподобленье это подходило: [9]

Налей воду в круглый сосуд и слегка стукни его по краю. В круглой чаше концентрические волны спешат сначала от каймы к середине, потом от середины к кайме, циклически меняя своё движение. Явление это объясняется тем, что вибрация стенки сосуда передаётся по ней со скоростью звука, практически мгновенно огибая его, а скорость волны на воде неизмеримо ниже, поэтому возникает круговая волна, бегущая к центру. Дальше процесс повторяется с затухающей амплитудой.

Так и речь Фомы Аквинского направлена от каймы (из хоровода) к средине, а речь Беатриче, которую она начала, находясь в центре Солнца, рядом с Данте — наоборот, от середины к кайме.

«A costui fa mestieri, e nol vi dice

né con la voce né pensando ancora,

d'un altro vero andare a la radice. [12]

Diteli se la luce onde s'infiora

vostra sustanza, rimarrà con voi

etternalmente sì com» ell» è ora; [15]

e se rimane, dite come, poi

che sarete visibili rifatti,

esser porà ch'al veder non vi nòi». [18]

«Он хочет, хоть и не открылся вам

Ни голосом, ни даже помышленьем,

В одной из истин снизойти к корням. [12]

Скажите: свет, который стал цветеньем

Природы вашей, будет ли всегда

Вас окружать таким же излученьем? [15]

И если вечно будет, то, когда

Вы станете опять очами зримы,

Как зренью он не причинит вреда?» [18]

Беатриче задаёт вопрос мудрецам, желая, чтобы Данте подошёл к истине поближе. Он же, выслушав речи мудрецов, не проронил ни слова, не открылся им, кто он таков и как попал сюда.

Когда вы станете опять очами зримы — когда, согласно церковной догме, мертвые воскреснут и души воссоединятся с телами, будут ли мудрецы лить такой же яркий свет и если будут, то, как он не причинит вреда зрению окружающих? — спрашивает она.

98
{"b":"976535","o":1}