Литмир - Электронная Библиотека

В содружестве божеств прервал молчанье

Тот свет, из чьих я слышал тайников

О божьем нищем чудное сказанье, [33]

И молвил: «Раз один из двух снопов

Смолочен, и зерно лежать осталось,

Я и второй обмолотить готов. [36]

Фома Аквинский, который повествовал о Франциске Ассизском, прервал молчание и продолжил свою речь: — «Раз одно из твоих недоумений устранено и в твоем уме осталась истина, я готов разъяснить и второе».

Tu credi che nel petto onde la costa

si trasse per formar la bella guancia

il cui palato a tutto «l mondo costa, [39]

e in quel che, forato da la lancia,

e prima e poscia tanto sodisfece,

che d'ogne colpa vince la bilancia, [42]

quantunque a la natura umana lece

aver di lume, tutto fosse infuso

da quel valor che l'uno e l'altro fece; [45]

e però miri a ciò ch'io dissi suso,

quando narrai che non ebbe «l secondo

lo ben che ne la quinta luce è chiuso. [48]

Ты думаешь, что в грудь, откуда бралось

Ребро, чтоб вышла нежная щека,

Чье небо миру дорого досталось, [39]

И в ту, которая на все века,

Пронзенная, так много искупила,

Что стала всякая вина легка, [42]

Весь свет, вместить который можно было

Природе человеческой, влила

Создавшая и ту и эту сила; [45]

И странной речь моя тебе была,

Что равного не ведала второго

Душа, чья благость в пятый блеск вошла. [48]

Фома ранее сказал: — «Такой мудрец не восставал второй», и готов прояснить недоумение Данте: — «почему Франциск Ассизский мудрее, чем Адам и Христос, сотворенные не природой, а непосредственно Божеством?»

Ты думаешь, что в грудь Адама, откуда было взято ребро, чтобы на свет появилась нежная щека Евы, нёбо которой, прельстившееся запретным плодом, обрекло людей на страдания, и в грудь Христа, которая пронзением своим искупила первородный грех людей, Господь мог вместить весь свет, какой только может быть на свете? Тебе кажется странной моя речь, говорит Фома, о том, что душе Франциска Ассизского, скрытая в пятом блеске среди двенадцати мудрецов первого хоровода, не было равных?

Or apri li occhi a quel ch'io ti rispondo,

e vedräi il tuo credere e «l mio dire

nel vero farsi come centro in tondo. [51]

Вняв мой ответ, поймешь, что это слово

С тем, что ты думал, точно совпадет,

И средоточья в круге нет другого. [51]

Поняв моё объяснение, говорит Фома, ты поймёшь, что моё слово совпадает с твоей мыслью, и разногласий у нас с тобой по этому вопросу нет, подобно тому, как в круге возможен только один центр — средоточие.

Ciò che non more e ciò che può morire

non è se non splendor di quella idea

che partorisce, amando, il nostro Sire; [54]

ché quella viva luce che sì mea

dal suo lucente, che non si disuna

da lui né da l'amor ch'a lor s'intrea, [57]

per sua bontate il suo raggiare aduna,

quasi specchiato, in nove sussistenze,

etternalmente rimanendosi una. [60]

Всё, что умрет, и всё, что не умрет, —

Лишь отблеск Мысли, коей Всемогущий

Своей Любовью бытие даёт; [54]

Затем что животворный Свет, идущий

От Светодавца и единый с ним,

Как и с Любовью, третьей с ними сущей, [57]

Струит лучи, волением своим,

На девять сущностей, как на зерцала,

И вечно остается неделим; [60]

Все смертные творения и все бессмертные, не что иное, как отблеск Мысли, которой Всемогущий даёт бытие Любви, так же, как и все звёзды и планеты светят светом Перводвигателя — Светодавца. Считая творение актом Триединого Божества, Фома показывает его, как действие то Бога-Отца — Света, то Бога-Сына — Любови, то Бога-Духа — Мысли. Девять сущностей, на которые Всемогущий неделимый Бог струит свои лучи — девять Небесных Сфер.

Quindi discende a l'ultime potenze

giù d'atto in atto, tanto divenendo,

che più non fa che brevi contingenze; [63]

e queste contingenze essere intendo

le cose generate, che produce

con seme e sanza seme il ciel movendo. [66]

La cera di costoro e chi la duce

non sta d'un modo; e però sotto «l segno

idëale poi più e men traluce. [69]

Оттуда сходит в низшие начала,

Из круга в круг, и под конец творит

Случайное и длящееся мало; [63]

Я под случайным мыслю всякий вид

Созданий, всё, что небосвод кружащий

Чрез семя и без семени плодит. [66]

Их воск изменчив, наравне с творящей

Его средой, и потому чекан

Дает то смутный оттиск, то блестящий. [69]

Свет, идущий от Всемогущего, сходит из высших начал в низшие, из одного круга в другой, творя Вечное, пока не попадает на Землю, где творит Невечное, случайное и временное, ибо: — «Ничто не вечно под Луной». Поэтому все временные создания Земли, будь то Адам или воплощение Христа, или Франциск, вбирают в себя разное количество света Всемогущего и светят разным светом.

94
{"b":"976535","o":1}