Из академической статьи:

Аяччо — столица, крупнейший город и порт острова Корсика, а также департамента Франции Южная Корсика. Расположен на западном берегу острова, в живописной бухте, при впадении в неё речки Гравона. 58 тыс. жит. (2000 год).

Время возникновения латинского селения Ajax, стоявшего в нескольких километрах к северу от современного города, точно неизвестно. Впервые упоминается в письмах папы Григория Великого. В Средние века в городе был свой епископ. На своём нынешнем месте Аяччо основан в 1492 г. негоциантами генуэзского банка Святого Георгия. В течение первых десятилетий это была укреплённая колония Генуэзской республики, корсиканцам здесь селиться запрещали. В 1553—59 гг. под французской оккупацией. Аяччо вошёл в состав Франции только в 1768 году.

Аяччо — родина Наполеона I. Несмотря на то, что сам Наполеон прожил в городе всего 9 лет, его образ по-прежнему присутствует в Аяччо в виде безделушек, сувениров, банок с кофе, бутылок вина и ликёров, в почтовых открытках и в памятных медалях. Названия улиц современного города связаны с семьёй Бонапартов. В городе есть бульвары Мадам Матери, Короля Жерома, Императорского Принца, улицы Наполеона, Бонапарта, кардинала Феша, Римского короля, площадь Летиции. Множество кафе и гостиниц названы именем Наполеона. Грот Наполеона, в котором он проводил своё свободное время в детстве. Там же расположен памятник в честь взятия Москвы.

Sempre la confusion de le persone

principio fu del mal de la cittade,

come del vostro il cibo che s'appone; [69]

e cieco toro più avaccio cade

che cieco agnello; e molte volte taglia

più e meglio una che le cinque spade. [72]

Смешение людей в едином лоне

Бывало городам всего вредней,

Как от излишней пищи плоть в уроне. [69]

Ослепший бык повалится скорей

Слепого агнца; режет острой сталью

Единый меч верней, чем пять мечей. [72]

Когда в одном городе, либо государстве, смешиваются люди разных рас и религий, это вредно для городов, посмотри только на павшую Трою или Древний Рим. Если бы духовенство не оспаривало императорских прав, не плодило различные ереси, вводящие людей во искушение и ослепляющие их, сами собой исчезли бы распри, разделяющие Римскую империю, многие оставались бы жить на прежних местах, Европа не страдала бы от пришельцев. При существующем положении дел, ослепший бык, на котором Европа приплыла на свою обетованную родину, повалится быстрее и разрушительнее слепого ягнёнка. Один отточенный острый меч единой правильной религии режет острее своей сверкающей незапятнанной сталью, чем пять ржавых, грязных мечей ереси.

Se tu riguardi Luni e Orbisaglia

come sono ite, e come se ne vanno

di retro ad esse Chiusi e Sinigaglia, [75]

Взглянув на Луни и на Урбисалью,

Судьба которых также в свой черед

И Кьюзи поразит, и Синигалью, [75]

udir come le schiatte si disfanno

non ti parrà nova cosa né forte,

poscia che le cittadi termine hanno. [78]

Ты, слыша, как иной пресекся род,

Мудреной в этом не найдешь загадки,

Раз города, и те кончина ждет. [78]

Посмотри только на знаменитый некогда город Луни и его опустошенную окрестность (Урбисалью) и увидишь, что такая же судьба ждёт и всё, что ты видишь справа (Кьюзи) и слева (Синигалью). Если не изменить отношение к действительности, конец очевиден. Что говорить о некогда знатных родах, когда конец приходит мощным и славным некогда городам и государствам, и загадки в этом нет никакой.

Le vostre cose tutte hanno lor morte,

sì come voi; ma celasi in alcuna

che dura molto, e le vite son corte. [81]

E come «l volger del ciel de la luna

cuopre e discuopre i liti sanza posa,

così fa di Fiorenza la Fortuna: [84]

Всё ваше носит смертные зачатки,

Как вы, — хотя они и не видны

В ином, что длится, ибо жизни кратки. [81]

Как берега, вращаясь, твердь луны

Скрывает и вскрывает неустанно,

Так судьбы над Флоренцией властны. [84]

Всё имеет своё начало и конец, продолжает Каччагвида, хотя в том, кто живёт, этого, за свою короткую жизнь, не увидишь. Как приливы и отливы, вызываемые вращением тверди Луны, так и судьба властвует над Францией, ввергая её во всё новые и новые испытания.

Совершенно великолепно и ёмко Данте в нескольких словах отображает современную и нам теорию возникновения приливов и отливов на берегах морей, строго следуя Закону Всемирного Тяготения, открытого и сформулированного сэром Исааком Ньютоном (1642—1727 годы), своим великим современником.

per che non dee parer mirabil cosa

ciò ch'io dirò de li alti Fiorentini

onde è la fama nel tempo nascosa. [87]

Io vidi li Ughi e vidi i Catellini,

Filippi, Greci, Ormanni e Alberichi,

già nel calare, illustri cittadini; [90]

e vidi così grandi come antichi,

con quel de la Sannella, quel de l'Arca,

e Soldanieri e Ardinghi e Bostichi. [93]

Поэтому звучать не может странно

О знатных флорентийцах речь моя,

Хоть память их во времени туманна. [87]

Филиппи, Уги, Гречи видел я,

Орманни, Кателлини, Альберики —

В их славе у порога забытья. [90]

И видел я, как древни и велики

Дель Арка и Саннелла рядом с ним,

Ардинги, Сольданьери и Бостики. [93]

Как тебе не покажется странной моя речь о знатных французах, продолжает Каччагвида, это оттого, что память о них скрылась во тьме времён. Я видел Филиппян, Угров, Греков, Римлян, Каталонцев, Альбериков в их славе и у порога полного забвения. Я видел древних и великих Аркадцев и Самнитов, и все они были отважные и смелые (Ардинги), воинственные (Сольданьери), твёрдые и стойкие (Бостики).