– Нам пора возвращаться, – вновь обратилась я к принцу. – Что скажут придворные, если увидят нас вместе?

Латар помолчал, будто выбирал из нескольких вариантов того, что можно мне ответить:

– Все спят, – ограничился малым.

– Вряд ли. В таком огромном замке наблюдатель всегда найдётся. К тому же… Я устала.

Мы сделали ещё один круг над башнями резиденции, а местная луна следила за нами, поворачивая бледное лицо на тёмном небосклоне, усеянном пылью звёзд. Нет, снижаться нам всё-таки пора. До утра ещё не мешало бы отдохнуть, как человек, а не как дракон.

Приземление далось мне тяжело. Мы оба опустились на огромную посадочную террасу, где дежурило несколько сонных стражников. Они лишь вытянулись, узнав принца, но не сказали нам ни слова.

Зато Латар распорядился:

– Вы нас тут не видели.

Сейчас любая провокация двора могла скверно сказаться на моей участи. Особенно на фоне покушения, которое наверняка многих убедило в том, что меня вполне возможно устранить. По-тихому, если придётся.

Всё теми же тайными ходами Латар проводил меня в комнату, и я лишь поразилась тому, как хорошо он знает их устройство, хоть долгие месяцы, а может и годы, почти не жил в замке.

Кажется, дорога до покоев отняла у меня возродившиеся было силы. Это уже не было похоже на всепоглощающий жар и слабость, однако потрясения прошедшего дня до сих пор гуляли по телу неприятными отголосками. Да, тяжесть почти полностью ушла, но сменилась глубочайшей, пронизывающей усталостью.

– Вам срочно нужно обратно в постель, – констатировал этот очевидный факт Латар. – Поверьте, спать вы будете крепче младенца. Полёты – лучшее средство от бессонницы.

– Я могу считать, что это официальное разрешение? – я искоса посмотрела на принца. Он был задумчив и как будто до сих пор чем-то обеспокоен.

– Будем считать, что это была экстренная терапия, – ответил строго. – Для меня, между прочим, тоже. Я всё-таки провёл с вами хотя бы часть ночи.

Латар продемонстрировал мне поражённую скверной руку – сейчас она выглядела совершенно нормальной. Надолго ли хватит эффекта?

– То есть я должна спрашивать вашего разрешения каждый раз, как мне захочется полетать? – обида, утихнув, вновь загорелась внутри тлеющим угольком.

– О! Сомневаюсь, что вы будете каждый раз утруждать себя этим. Но просто помните, что теперь я точно буду знать, когда вы решили подняться в небо, и могу счесть нужным присоединиться. В конце концов, вашу драконицу как-то надо приручать. Сегодня она едва не испепелила меня пламенем своей ненависти. Незаслуженно, между прочим.

За моей спиной захлопнулась дверь гардеробной, через которую мы с Латаром только что прошли в спальню. Я на какие-то несколько секунд оказалась зажата между холодной резной створкой и его жарким мощным телом, когда он резко ко мне развернулся.

В его глазах, почти всегда холодных и отстранённых, сейчас плясали отблески вечернего света и читалось что-то новое, дикое и… голодное. Это был взгляд уже не дракона, но ещё не человека. Теперь он снова видел во мне не просто уязвимую девушку, которую нужно окружить непроницаемым щитом своей власти, а равную – ту, что только что парила с ним в небе.

Напряжение между нами нарастало. Я старалась хранить спокойствие, но лёгкая дрожь уже зародилась в коленях. Зачем он это делает?

– Если бы вы знали, как сильно сейчас я хочу вас ударить, – проговорила я удивительно откровенно.

Откуда у меня в голове вообще взялись такие мысли? Сформулированные так чётко и… жёстко. Видимо, драконья кровь до сих пор бурлила внутри, заставляя озвучивать глубинные чувства. По губам Латара скользнула загадочная и немного двусмысленная улыбка. Вряд ли мои слова его радовали – но он явно был чем-то удовлетворён. Ещё секунда, и принц склонился ко мне чуть ближе. Тепло его тела вперемешку с явным привкусом скверны пронзило кожу.

Я подняла руку и уперлась ладонью ему в грудь. Не хотела касаться – но коснулась – не чтобы оттолкнуть, а чтобы почувствовать. Твердые мышцы под тонкой тканью рубашки, бешеный стук сердца, гоняющего огненную драконью кровь по его сильному телу.

Он накрыл мою ладонь своей. Его пальцы сомкнулись вокруг моих.

– Это не похоже на удар, – резюмировал он.

Справедливо. В воздухе повисла явная провокация – густая и соблазнительная. Но мой разум уже набрал достаточную силу, чтобы противостоять инстинктам ипостаси. Она явно нарывается на конфликт. Или на что-то ещё, что не оставит мне выбора.

Наконец принц отстранился. Моя ладонь освободилась, сохранив чёткий отпечаток его тепла и ауры.

– Спокойной ночи, принцесса, – обогнув меня, Латар ушёл.

Но его присутствие ещё долго заполняло комнату, заставляя меня ёрзать и ворочаться с боку на бок, даже когда я вернулась в смятую постель.

Лучи утреннего солнца, упавшие сквозь стрельчатое окно прямо мне на лицо, показались назойливыми и слишком яркими. Блаженно спокойный и глубокий сон понемногу начал рассеиваться. Стало немного жарко, я скинула одеяло в сторону и перевернулась на спину, чтобы немного остыть.

В памяти сразу вспыхнули обрывки образов ночной прогулки в небе, жар прикосновений Латара и пляшущие огоньки в его почти нечеловеческих глазах. Я точно не помнила, что именно мне снилось, но ощущения подсказывали, что мне вновь являлся тёмный замок с редкими проблесками неспящих окон в стенах, чувство скольжение ветра, обтекающего огромные драконьи крылья, и стук огромного сердца Латара под моей ладонью.

Когда в дверь постучала Джана, я вздрогнула, будто меня поймали на чем-то запретном. Хотя мысли были вполне невинными – правда! Но я зачем-то вновь накрылась одеялом и даже подтянула его до подбородка, будто замёрзла.

Выглядела камеристка уставшей и немного недовольной.

– Доброе утро, принцесса! – поклонилась она мне, сняла со стойки халат и подошла, чтобы помочь мне его надеть.

Я нехотя выбралась из постели и сунула руки в широкие рукава, после чего запахнулась и туго завязала пояс, словно оделась в броню.

– Что-то случилось? – спросила у Джаны, слегка обеспокоенная её помятым видом.

– Ох, – она закатила глаза. – Знали бы вы, какая чушь мне сегодня снилась! Какие-то кошмары, честное слово! Будто вы заболели и звали меня, а я не могла сдвинуться с места, чтобы вам помочь и даже принести воды! Представляете! Просто ужасно! Я проснулась в слезах! Как вы себя чувствуете?

Удивительно! Это почти вещий сон! Однако я не стала рассказывать ей ни про свою ночную лихорадку, ни про визит принца, естественно. Как будто это было чем-то таким сокровенным, что не хотелось демонстрировать остальным и уж тем более обсуждать.

– Не идеально, но вполне сносно, – ответила скупо.

И Джана облегчённо вздохнула.

– Хорошо! А то я уж подумала, может, это предчувствие какое-то во мне разыгралось. Вы такого вчера натерпелись! – она, кажется, слегка расслабилась и сразу же принялась за хлопоты. – Сейчас я подготовлю вам воду для умывания и выберем платье на сегодня. Скоро принесут завтрак…

– Давай прогуляемся до завтрака? – предложила я.

Так хотелось успеть выйти во двор до того, как солнце нагреет воздух, хотелось ещё поймать эту зыбкую утреннюю прохладу и спокойствие. Именно сейчас.

– О! – сразу согласилась Джана. – Это просто прекрасная идея! Признаться, мне тоже так хочется немного проветриться. Ночь была просто ужасной!

Мы собрались очень быстро. Камеристка помогла мне одеться, и я обнаружила, что сегодня меня наполняют странно острые ощущения. Даже случайные прикосновения её ловких пальцев, когда она застёгивала на мне платье, оставались на коже крошечными гаснущими отпечатками. Будто я вся превратилась в тихо тлеющую жаровню, а моя аура настолько раскрылась, что впитывала буквально всё происходящее поблизости от меня. Я чувствовала себя раздетой, уязвимой, словно эта ночь сорвала с меня все защитные покровы.

Вот спасибо, ваше высочество!