Вот вкратце мы разобрали механизмы адаптации. Спрашивается, зачем нам все это нужно? А вот зачем. В любой момент своей жизни для того, чтобы поддержать здоровье, человеческий организм должен осуществлять адаптацию к постоянно меняющимся условиям среды. Для этого он ежесекундно использует все приспособительные механизмы: иммунитет, эндокринную и нервную регуляции, психику. Все механизмы должны работать слаженно, в едином ритме. Если страдает один из механизмов, вся система адаптации может пойти наперекосяк.

Например. У человека повреждена система иммунитета. Он часто болеет простудами, гнойничковыми заболеваниями кожи и тому подобными болезнями. Соответственно, в психологическом отношении такой человек вял, подавлен, безынициативен. Ему трудно с людьми. Налицо срыв психической адаптации.

И наоборот. Человек пережил тяжелую психическую травму. Реальный пример из практики. У онкологической больной была достигнута неплохая устойчивая ремиссия рака молочной железы. Умирает мать. После похорон опухоль у пациентки начинает резко прогрессировать, что говорит о фатальном нарушении иммунологического контроля.

Взаимодействие приспособительных механизмов подобно сообщающимся сосудам – если убыло в одном, обязательно убудет и в другом.Отсюда вывод (он же главный вывод по главе):

для поддержания здоровья в целом и для профилактики рака в частности необходимо постоянно поддерживать на должном уровне все механизмы адаптации.

Возникает вопрос: как этого достичь?

Мы договорились, что вопросы здорового образа жизни, как-то: занятие физкультурой, правильное питание, создание психологического комфорта и т. п. – оставим специалистам в каждой конкретной области. Мы же больше уделим внимания травам. В этой связи сугубо практический вопрос: какие травы принимать, чтобы сохранить в целостности все механизмы адаптации.

Эти механизмы, они такие разные. Их реализация связана с функционированием множества самых различных органов и систем. Это ж сколько одновременно нужно принимать трав, чтобы обиходить каждую!

Вот теперь-то наверняка многим стала понятна эффективность и популярность, а главное, время и место применения многокомпонентных бальзамов и сборов, которыми славятся как западные страны (бальзамы Караваева, Биттнера и прочие), так и восточные страны (например, тибетские сборы).

Такие бальзамы замечательно хороши для поддержания здоровья или для его восстановления при незначительных нарушениях. В то же время, они нередко оказываются малополезными в условиях развившейся грубой патологии.

Указанные рецептуры могут (да и должны по определению) содержать большое количество ингредиентов. Так, караваевские бальзамы содержат по 25 растений, а тибетские и того больше.

Составление бальзамов всегда считалось высоким искусством, так как требовало недюжинных знаний в области трав и интуиции в сфере их сочетаний. Обладать высоким искусством всегда непросто, нужен талант. А талантливых травников не так уж много. Тем не менее русскому народу исключительно повезло. Везение это называется Сибирь и Дальний Восток. Только там, на необъятных богатейших просторах, растут уникальные растения, способные в одиночку заменить практически любой бальзам. Не зря эти растения называют адаптогенами.

Дословно «адаптоген» – это такое средство, которое восстанавливает нарушенную приспособляемость. А теперь ответьте на вопрос, какой самый знаменитый адаптоген? Конечно! Это женьшень. В свете того, что мы разобрали в данной главе, становится понятным, почему все восточноазиатские народы буквально обожествляют это растение, воспевают ему хвалу, превознося выше любого другого и ценя дороже золота.

А ведь основные запасы настоящего женьшеня находятся у нас в Приморском крае, в уссурийской тайге, а не в Китае, как это многие думают. Конечно, найти настоящий зрелый шести-семилетний женьшень в тайге нелегко. Зато есть масса растений, представленных по всему Дальнему Востоку, мало уступающих женьшеню в эффективности.

Чего стоит только одно семейство аралиевых! Вот представители: элеутерококк колючий, аралия маньчжурская, заманиха высокая. Обычно из этих растений готовят водочные вытяжки 1:10 и пьют трижды в день из расчета по 1 капле на 2 кг веса на прием.

На Тибете, на Алтае и в Сибири есть адаптогены, не уступающие по силе дальневосточным. Отдавая дань родоначальнику семейства, эти растения нередко называют «сибирский женьшень», «ложный женьшень» или говорят, что они «обладают женьшенеподобным действием».В качестве примера можно привести уже упоминавшийся ранее мужик-корень (молочай Палласа). Другой пример – астрагал перепончатый.

Среди немногих дальневосточных адаптогенов, приспособленных к выращиванию в европейской части России, находится золотой корень (родиола розовая). Ее ближайшие родственники – родиола четырехчастная (красная щетка) и родиола холодная, кое в чем отличающиеся по свойствам, оказались более капризны и мало представлены даже в своих родных местах. Все эти растения уже упоминались в главе об иммуномодуляторах. Там же приведены способы приготовления из них лекарств и дозировки.

Девясил, пастушья сумка, купена, почки сосны, шиповник – примеры более прозаических и широко известных растений, обладающих адаптогенными свойствами.

Заслуженной славой адаптогена, произрастающего повсеместно, в том числе и в нашей средней полосе, пользуется солодка. Действительно, слава солодки очень велика. Если проанализировать многокомпонентные рецепты восточной медицины, тяготеющей к адаптогенам, то можно увидеть, что солодка лидирует среди других ингредиентов наряду с такими знаменитостями, как женьшень, ремания, китайский дягиль, шлемник байкальский и борец Фишера.

Выделяют три основных вида солодки – голая, гладкая и уральская. Каких-либо принципиальных различий в их действии я не усматриваю. В народе все эти виды объединяют под единым названием лакрицы, солодкового корня.

Действие солодки, как и любого другого адаптогена, весьма разнообразно и охватывает многие органы и системы организма. Одним из самых замечательных свойств солодки является ее способность стимулировать кору надпочечников, которая, как мы помним, отвечает за выработку гормонов стресса. Роль надпочечников в процессе адаптации первостепенная, о чем писал еще Ганс Селье. Поэтому услуги, оказываемые человечеству солодкой, также неоценимы.

Правда, есть один подводный камень, на который нередко сажают свои корабли неопытные и малоискушенные травники. Дело в том, что солодка, стимулируя кору надпочечников, делает это не избирательно. И поэтому одновременно возрастает как продукция глюкокортикоидов, так и минералокортикоидов – второй группы гормонов коры надпочечников. Минералокортикоиды (альдостерон) отвечают за поддержание артериального давления. Один из механизмов – удержание в организме ионов натрия, которые, в свою очередь, тянут за собой воду.

Поэтому при наличии у больного отечного синдрома, неважно даже с чем связанного, препараты солодки могут усугублять состояние. Об этом нужно помнить, и тогда успех лечения с применением солодки гарантирован.

Особо хотелось бы остановиться на еще одном замечательном растении, которое вскользь упоминалось выше. Это шлемник байкальский. По названию понятно, что растение в основном произрастает в Сибири и на Дальнем Востоке. Однако некоторые его разновидности встречаются и в средней полосе, и даже на юге.

В научной медицине использование шлемника ограничивается гипертонической болезнью и расстройствами засыпания. Действительно, настойка корней шлемника обладает выраженным антигипертензивным и успокаивающим действием. Однако практика восточной медицины показывает, что шлемник далеко не так однозначен, как это кажется на первый взгляд.

Во-первых, препараты шлемника обладают способностью восстанавливать нервные клетки (вопреки общепризнанному мнению на этот счет). Как мы помним, нервные клетки – есть морфологический субстрат как нервно-рефлекторного, так и психического механизмов адаптации. Очень интересно в этой связи, что на Востоке шлемник считают лекарством против старости. Если вдуматься, старость – состояние истощения резервов приспособляемости.