...

Ирина А. закончила технологический университет, ее муж – техникум. Имели квартиру в Петербурге, где проживали вместе с Димой, сыном 12 лет. Работая на спиртзаводе, женщина, будучи инженером смены, должна была дегустировать вина. Иногда носила их домой для мужа. А не в столь далекие годы водка была валютой, на нее можно было многое обменять и купить дорогие вещи. Изменились времена и нравы, а «дегустация» принесла слишком много горя. Они оба отказались от сына, которого забрали в детский дом. Родители были рады тому, что он теперь будет учиться бесплатно в вузе. В настоящее время сын учится уже на четвертом курсе университета культуры, способный парень. Мать трижды сидела, отец работает в одном из государств СНГ.

Напомним случай, показанный по Первому каналу: мать приковала сына цепью к батарее и держала двое суток, поставив перед ним блюдечко с сухой гречневой кашей для острастки – якобы не слушался. Каким должно быть воображение этого палача в женском обличье? Каким будет этот мальчишка, представить сложно, но сцены жестокости наверняка послужат иллюстрацией «воспитания».

Бывают и такие случаи, когда родители приходят в детский дом и просят «определить» детей на жительство. Это происходило в детском доме Петербурга, где мне пришлось работать. Мать-одиночка говорила, что мальчишка отбился от рук, не слушается, бегает по пустырям. Женщина 35 лет, работает в ночном ресторане, чтобы были деньги и еда, а днем можно было смотреть за сыном. Если раньше подросток был безнадзорный, то теперь добавил к своему статусу еще и социальное сиротство. Мать добилась определения сына в детский дом.

Судьба улыбается не всем социальным сиротам. Они живут так, как определено законом или вопреки ему. Многие из них, если защищаются, дерутся до полусмерти. Этому способствуют уличные группировки, нередко с криминогенной направленностью.

Значит, социальные сироты и беспризорные дети – это дети и подростки, в отношении которых грубо нарушены их основные права и которые постоянно или временно лишены своего семейного окружения, не имеют правового статуса «сирота», либо ребенок, лишенный родительского попечения. В отличие от них безнадзорные дети лишены родительского или какого-либо иного внимания: они не ухожены, голодны, не посещают школу, предоставлены сами себе. У них есть родители и другие родственники, но в силу занятости последних или по какой-то иной, может быть, уважительной причине за ними нет контроля, «присмотра». К примеру, родители уехали на заработки, оставив подростка под присмотром соседей, а те работают весь день. Мальчишка спит до полудня, потом неумытый, непричесанный приходит в школу на последний урок. После школы поест, что соседи дадут, и гуляет до десяти. Когда родители месяца через полтора приезжают, то разбираются с вольной жизнью сына с ремнем. Но время упущено, их вызывают сначала в школу, потом в милицию – куда-то залезли… И беспризорность, и безнадзорность могут быть рассмотрены как разновидность девиантного поведения, так как такие подростки часто совершают преступления. Растет уровень ранней алкоголизации и наркомании. За последние 8 лет рост «молодой» преступности увеличился почти в 3 раза, а каждое третье уголовное деяние совершено детьми и подростками в возрасте 8-14 лет.

По данным Комитета по делам семьи, детства и молодежи в Санкт-Петербурге в разное время насчитывалось от 500 до 15 тысяч беспризорных и безнадзорных несовершеннолетних, из них 12,7 тысячи подростков. В нашем городе насчитывается более 70 «безнадзорных мест»: привокзальные площади, автостоянки, метро, рынки, культурно-досуговые объекты, нежилой фонд, парки и др. Они опасны тем, что здесь втягиваются в криминогенный образ жизни не только беспризорные и безнадзорные, но и дети из социально-уязвимых семей, пока еще не отнесенных к асоциальным.

По данным диспетчерского отдела ГУ «Городского центра профилактики безнадзорности и наркозависимости несовершеннолетних», в 2000 г. было поставлено на учет 1423 человека, из них – 55 % подростков. Образовательный уровень стоящих на учете таков: не имели образования более 50 %, начальную школу окончили 30 %, неполную среднюю —2,6 %. Но образовательный уровень неоднороден: три класса закончили 4 %, пять – 6,8 %, семь – 5 %, девять – 3,3 %. Были и такие, кто закончил один класс – 2,9 %, и два класса – 3,7 %. Эти данные говорят о несовершенстве нашей системы образования.

Среди клиентов Городского центра профилактики безнадзорности и наркозависимости были люди разного возраста: дети младшего школьного возраста, подростки, юноши. Среди них состояли на учете 26 % подростков, имели приводы в милицию – 24,5 %, курили – 51,7 %, употребляли алкоголь – 20,8 %, употребляли наркотики – 7,3 %, токсикоманили – 11,5 %. Естественно, что некоторые из них и в милиции побывали, и употребляли алкоголь с наркотиками, и нюхали клей и другие токсические вещества. [34]

Обратите внимание: все вышеперечисленные примеры говорят о том, что подростки искали способы совладания с фрустрациями на улице. Городская уличная среда стала особой областью социальной адаптации. Здесь существовали разные области, и потому в ней можно выделить такие группы подростков:

♦ подростки – «домашние дети», для которых улица была важной, но не самой значимой средой, потому что влияние улицы распространяется на таких детей до определенного предела, устанавливаемого рамками воспитания в семье и школе;

♦ подростки, для которых значимой средой социализации была дворовая компания.

Границы влияния улицы во второй группе расширены, так как понятие «улица» для таких ребят не дифференцированно: это может быть двор, где стоит свой дом, а улицей может стать далекий городской район, находящийся от дома в двух-трех часах езды. Понятно, что родительский контроль не может быть осуществлен во втором случае. Отправляются туда подростки по какой-то сверхсекретной нужде. Известен случай, когда группа подростков ехала в г. Ломоносов для того, чтобы попасть в гаражи, которые были не закрыты. Только вовремя определенное место, куда они поехали, помогло предотвратить преступление. Заводилой был шестнадцатилетний подросток – любитель экстрима, живущий с матерью. Мать не могла с ним справиться, с ней он не считался.

Подросток находился на грани разрыва отношений с матерью. Его друзья уже разорвали семейные узы.

Для улицы как среды социализации характерна совокупность условий, влияющих на варианты социального развития подростка. С одной стороны, улица – духовный потенциал города, культурная жизнь которого влияет благотворно. С другой – криминальный потенциал города, отраженный в субкультуре и обстановке, угрожающей жизни человека. На улицах города много детских и подростковых группировок, которые становятся особой средой социализации.

Возможны такие группировки, которые могут привлекать подростков:

♦ руководимые взрослыми, способными организовать много интересных акций, в которых будут участвовать и подростки из благополучных семей;

♦ «тусующиеся» в определенных местах подростки. Эти места могут быть специально выделенными для каких-то акций, но улица оказывается основным полем, где совершаются преступления.

Тусовка – обозначение общности подростков, собравшихся неформально; она предполагает определенные правила поведения, сленг и внешний вид тусующихся, т. е. их субкультуру, а совокупность тусовок определяет субкультуру улицы города.

Улица – это место, где беспризорный и безнадзорный подросток живет, развлекается, выживает, самореализуется. Такой подросток доверчив к людям вне улицы, он ласков, иногда с задержками психического развития (в традиционном понимании этого выражения). Однако оказывается смышленым, если надо что-то быстро спрятать, украсть, убежать от милиции. Поэтому на бытовом уровне у него наблюдается гибкость и быстрота ума, жесткость принимаемых решений. Творческие способности криминально-бытового характера помогают беспризорному подростку объединяться с более предприимчивыми, разбираться в характере взрослых, успешно манипулировать ими и обманывать их. Каждое их действие направлено на выживание, сокрытие истинных поступков, их мотивов и улучшение своего положения. Поэтому они быстро передают и принимают информацию об облавах, о том, где можно поесть либо заработать деньги или еду честным путем (принести пиццу отдыхающим, собрать бутылки и сдать их). Более старшие подростки прогнозируют благополучие в будущем, планируя учебу и интеллектуальные занятия. Однако улица – сильный фрустратор, она стимулирует законы выживания и силы. Поэтому, к сожалению, улица не спасает подростка от жестокости и насилия, а, наоборот, плодит их. Добавим к этому уличную проституцию как девочек-подростков, так и юношей.