2. Попросили объект переместиться к вам поближе, на середину комнаты. Опускаем голос ниже и чуть тише (чуть!), и – УГОЩАЕМ. Представьте, что вы радушно встречаете гостей у накрытого стола и предлагаете (на «Поезжай! За моря!..») и блиночки с икорочкой, и сёмужку розовую, малосольненькую, и картошечку молоденькую разваристую, укропчиком посыпанную и маслицем нерафинированным, семечками пахнущим, сбрызнутую… Вот ваша информация должна быть подана так, чтобы вызывать такое же слюноотделение у слушателя – чего бы она ни касалась. Это – «дистанция доверия», та высота и громкость, на которых вы, «угощая» слушателя информацией, становитесь ему комфортно близки. Это и ведение блога на камеру, и проведение переговоров и презентаций в офисе, и общение в микрофон со стадионами, и «холодный» звонок из колл-центра. Кстати, девушка, работавшая в другой стране на неродном английском в пресловутом колл-центре, получив от меня этот совет, мгновенно после первых пятисот «нет» перешла на свои первые «да», да ещё радостно сообщила, что ей улыбались в трубку – улыбка же слышна в голосе! Это самый необходимый в коммуникации регистр.

Зачем мы тогда орали на дальнее и сейчас будем звучать на ближнее расстояние? А чтобы вы своим внутренним ухом зафиксировали, что такое и «дистанция доверия», и «дистанцирование», и «сокращение дистанции», а также смогли вовремя скорректировать высоту и звучность своей речи, чтобы она точно, адресно била в собеседника или транслировала ему то расстояние, на котором вы готовы вести с ним диалог.

3. И – близкое, интимное расстояние. Максимально низкое и негромкое звучание. Очень сложное и технически, и психологически. У меня слушатели, оказываясь нос к носу с объектом (со мной, в случае офлайн-обучения), иногда испуганно начинают улетать на верха, ПРОСИТЬ. Нет, не та задача. Не просим – ПРОЯВЛЯЕМ ЗАБОТУ. Или ЖЁСТКО РАЗНОСИМ. Помним, что низы отвечают за глубокие, искренние чувства. Если вы выбрали мягкий вариант – у собеседника должно остаться ощущение, что вы его по плечику гладите (помогите себе рукой, погладьте плечо или руку своего помощника, которого совсем рядышком расположить надо). Убедите таким образом свой мозг, создайте для него резервный фонд веры в то, что вы сейчас реально предлагаете человеку съездить в отпуск на Мальдивы, и желательно с вами – мозг отдаст необходимую команду речевому аппарату. Только не перестарайтесь, говоря слишком тихо, – голос может «слететь с опоры», и вы вместо сочных интимных низов уйдёте на бесцветный шёпот на связках. Если выбираете более жёсткий вариант – тогда вы проявляете заботу не о собеседнике, а о деле, за которое вы ратуете и в котором он накосячил. Тогда подтяните его к себе за пуговицу и общайтесь нос к носу.

Не старайтесь! Играйте с абсолютно искренней верой в то, что вы сейчас делаете (прогоняете, угощаете, проявляете заботу), в эту увлекательную игру с собственным мозгом – в выигрыше останутся все! Напоминаю: все задания выполняются до получения максимального удовольствия! И – хвалим себя, даже понимая, что косякнули: «Я гениален. Ведь никто бы так не косякнул, как я. Мне просто нет равных».

В результате выполнения речевых задач из этой главы:

• выстраивается чёткая адресность звучания, позволяющая эффективно воздействовать на аудиторию, без голосовых «перелётов» или «недолётов»;

• начинает развиваться пластичность в использовании голосового диапазона – в зависимости от задачи;

• вырабатывается умение выбрать и выстроить комфортную для каждой конкретной ситуации речевую дистанцию с собеседником.

Ну вот, подбираемся к самому таинственному и для рядового гражданина неведомому. Голосовая расстановка смысловых акцентов, логика речи. Прошу не путать с формальной логикой – искусством аргументации, составлением дедуктивных умозаключений-силлогизмов – об этом, скорее всего, во второй книге напишу. В этой мы не занимаемся техникой составления из фактов стройных логических аргументов, а подкрадываемся к не менее действенному знанию – искусству убеждения. Сначала, как уже понятно, нарабатываем мышечно-техническую часть, а потом подтягиваем головушку и объединяем всё вместе.

Сначала вспоминаем, что ещё из пяти составляющих речи у нас не освоено. Исключаем тембр и артикуляцию (голос мы «поставили» – надеюсь, вы его закрепили; артикуляционная гимнастика и артикуляционно-голосовые цепочки (огорчу вас) – это теперь пожизненно, хотя бы один-два раза в неделю, иначе артикуляторы и голос увянут и вернутся в прежнее состояние) – и что у нас в сухом остатке? Звучность, темп и высота.

1. Звучность.

В общем-то, это громкость, но не просто увеличение децибелов, а привлечение внимания к чему-то важному. К ударному слогу в слове, к слову, несущему на себе основную смысловую нагрузку, к ключевой мысли в речи. Логическое ударение, ежели двумя словами. Подумайте, насколько разнятся смыслы жёсткого громкого приказа «Ну!» и растерянного тихого «Ну…» Разницу ощутили?

Приливы и отливы по звучности образуют рисунок важности и второстепенности информации: всё главным быть не может. Громче – важнее, тише – второстепеннее. Если мы хотим выделить, скажем, основную мысль, чтобы она намертво осела в подкорке слушателей, нам нужно в первую очередь оторвать её от прочего повествования увеличенной звучностью – для привлечения к ней внимания. Всё, что тише, менее важно, а вообще тихонечко, впроброс, как бы в сторонку – так называемая вводная интонация: напоминания, уточнения, дополнения.

2. Темп.

В этот раздел входят три подраздела: скорость речи в целом, длительность звучания отдельных слов и паузы.

Основное правило: не торопитесь!

Торопливость речи, вызываемая робостью, застенчивостью, – один из наиболее распространённых и серьёзных недостатков. Слишком быстрая речь как следствие полного безразличия оратора к аудитории ещё менее извинительна. В этом случае единственная цель говорящего – отбрехаться. И это очень заметно. Главное, что воспринимать в полном объёме информацию ни спикер, ни аудитория не в состоянии. Слушателю необходимо время, чтобы облечь аудиопоток в образы, чтобы увидеть и оценить картину в целом. Это доли секунды, но они важны! Вообще картина, рисуемая спикером, воспринимается слушателем на скорости 70–100 слов в минуту, мы об этом говорили. Большинство современных людей, особенно читая по бумажке или с телесуфлёра, летят гораздо быстрее – им не нужно «мысль думать», облекая образы в слова (с тем, чтобы слова в головах слушателей трансформировались обратно в образы), у них слова уже написаны, вот они буковки и произносят, за которыми никаких образов не стоит. Результат: аудитория, давно потерявшая нить повествования, сидит носами в гаджетах. Общая средняя, уважительная по отношению к собеседнику скорость речи – всегда дополнительный балл к общей оценке вашей речи.

ДЛИТЕЛЬНОСТЬ ЗВУЧАНИЯ ОТДЕЛЬНЫХ СЛОВ

1. «Миг долгожданный» – какое более длинное слово? В печати – долгожданный, в речи – миг. Слоги и слова, как пружину, можно растягивать и сжимать. Их гибкость зависит от их значения и выражаемых ими чувств. Насколько различны значения простого «О!» при разной длительности его произнесения. Главные, важные слова и понятия «укрупняем» – произносим громче и медленнее.

Произнесите следующую фразу, сначала просто информируя слушателя, как привыкли раньше, «всё в одном флаконе», потом – выразительно выделяя основные слова (те, что набраны курсивом) путём форсирования звука и незначительного растягивания (то есть чуть громче и медленнее одновременно). Всё остальное – быстрее и тише: