— Наземный контроль — «Четыре девятки»...
— «Четыре девятки» на связи... шмыг...
— У вас какие-то проблемы, лорд Брим?
— Всё под контролем, — ответил Брим, расплываясь в широкой улыбке. Бочки на высоте пятисот иралов были делом абсолютно противозаконным — особенно над императорским дворцом. Но он был твердо уверен, что за это конкретное нарушение его никто не пожурит. — Спасибо за бдительность.
— «Четыре девятки», вам разрешен выход на тридцать шестой эшелон, буй «Кэнтрелл», и переход на световую скорость.
— «Четыре девятки», принято. Спасибо.
— Да осветят звезды все ваши пути, лорд Брим.
— И ваши, контроль...
Внезапно трибунал показался делом тысячелетней давности. Наконец-то он вернулся туда, где ему и было место...
КНИГА II
Кампания
Глава 14
...снова за дело
ХЭТФИЛД-СОЛСБЕРИ, ХОЛЛ, СУДОСТРОИТЕЛЬНАЯ КОМПАНИЯ «УЭЙКФИЛД», 33 ДЕКАДА 52016 ГОДА
Унылая панорама изношенных, латаных улиц и потемневших от времени зданий, составлявших город Холл-на-Хэтфилде-Солсбери, мало чем отличалась от других терраформированных промышленных зон, возникших на пригодных для жизни планетах в нескольких метациклах пути от Авалона. Солсбери было слабым светилом, дававшим минимум света и тепла, отчего его единственный спутник — водянистая планетка с тем же названием — был сырым, темным и промозглым. Впрочем, для такой шумной и опасной индустрии, как строительство звездолетов, место подходило идеально.
Никого особо не заботило, насколько загрязнена планета и как паршиво здесь жить, ибо во главу угла ставилось производство, а не люди. Главным требованием для терраформирования было лишь то, чтобы средняя температура в умеренном поясе держалась выше точки замерзания воды — Хэтфилд этому условию соответствовал, и грязный городишко Холл с его естественной гаванью закономерно стал крупным промышленным центром. К несчастью, по тем же причинам Холл превратился в постоянную мишень для налетов Лиги, следы которых зияли повсюду, куда ни глянь. Война превратила и без того невзрачное место в зону бедствия. И все же работа не прекращалась ни на миг. Было в человеческом духе нечто неукротимое — по крайней мере, так утверждали проповедники градгроут-норчелитов...
Прием, оказанный «Четырем девяткам» на заводе «Уэйкфилд», был, мягко говоря, неоднозначным. Поскольку Брим и его команда прибыли под покровительством таинственного, но явно могущественного ведомства в Авалоне, руководство и офицеры корпорации обходились с ними подчеркнуто деликатно, выказывая и уважение, и почтение. Даже инженерные отделы создавали видимость готовности к сотрудничеству. Однако за этим всегда чувствовалась затаенная неприязнь. Брим и его люди были чужаками, явившимися по какому-то загадочному внешнему указу, чтобы улучшить продукт, над которым многие здесь трудились годами. Несмотря на улыбки, было ясно: никто в «Уэйкфилд Старшип Лтд.» не желал им успеха, ведь каждое их достижение означало, что в конструкции или испытаниях корабля было что-то упущено. Работать в такой атмосфере было неуютно, но экипаж «Четырех девяток» взялся за дело с завидным упорством, и постепенно их общие усилия начали приносить плоды, улучшая характеристики нового истребителя по многим пунктам.
Остаток нонада и большую часть декада Брим и его команда искали способы увеличить и без того феноменальную дальность полета своей УФ-400, стараясь при этом сохранить достаточное время патрулирования над целью, чтобы возможность преодоления лишних световых лет имели смысл. Значительную часть времени они проводили в полетах на гиперскорости, тестируя комбинации пониженных ГКОМов (миллиардов колебаний кристалла в миллитик), демпфируя поток энергии тяги и едва заметно увеличивая фазовую задержку.
Подобные испытания плохо поддавались симуляции на логических машинах. Они требовали реальных замеров и долгих, изнурительных дней в небе. Впрочем, никто не жаловался, и меньше всех — Брим, который был счастлив проводить в левом кресле каждую свободную минуту. И по мере того, как шли дни, их эксперименты начали оправдывать себя. К началу декада они научились гонять «Четыре девятки» на расстояния, эквивалентные перелету до Яркой триады Илая — около 2300 световых лет — чуть менее чем за десять с половиной метациклов, при этом у них оставалось почти три четверти метацикла на оперативные задачи, вроде охоты на «невидимок». Правда, для этого Бриму пришлось замедлить кораблик до двухсот двадцати световых лет за метацикл — меньше половины его обычной крейсерской скорости. Но даже это в десять раз превышало скорость обычного эскортного судна, а объем пространства, который Стил мог прочесать своим мощным BKAEW за столь короткую миссию, был просто поразительным.
Вскоре пришло время применить теорию на практике. На время новогодних праздников Брим вернул команду в Авалон на несколько дней отпуска, прежде чем начнется их настоящий прорыв.
Когда «Четыре девятки» покинули зону управления Солсбери, худощавый, призрачный человек в черном плаще уже передавал по голофону новость об их взлете и пункте назначения в Авалон. Обладая таинственным доступом ко всему, что происходило в Холле, Ковалл Призрак уже успел отправить по тому же адресу немало ежедневных отчетов о характеристиках корабля...
Глава 15
...гранд-адмирал Бакстер Колхаун
АВАЛОН-АСТУРИАС, ГОРОД АВАЛОН, 34 ДЕКАДА 52016 ГОДА
В первое же утро по возвращении в Авалон первоочередной задачей Брима стал звонок в канцелярию Колхауна в адмиралтействе. Он хотел принять приглашение на ланч, которое ждало его у консьержа в холле жилой башни. После этого он потратил несколько метациклов на покупку новогодних подарков, с удовольствием обходя магазины детских товаров. Тучи войны могли угрожать самим основам цивилизации, но торговцы все равно ухитрялись забивать прилавки вещами, способными обрадовать сердце четырехлетней девочки. В итоге Брим оказался так нагружен свертками, что едва мог идти.
После безумной поездки на такси по заваленным обломками улицам центрального Авалона — ничто, даже ужасы войны, не могло укротить дикий нрав местных водил, он добрался до старинного общества «Чемберс», располагавшегося всего в квартале от адмиралтейства. С незапамятных времен общество занимало верхний этаж серого здания имперского сберегательного банка, которое, если не считать заколоченных окон, до сих пор чудесным образом избегало серьезных разрушений от рук Лиги.
Передав пакеты хмурому швейцару, Брим предъявил свою карточку внушительному метрдотелю. Он прекрасно помнил, что еще несколько лет назад из-за дешевой одежды ему бы просто указали на дверь. Теперь же, облаченный в дорогое платье, ставшее для него привычным с тех пор, как он стал лордом Бримом, он стоял в приглушенном великолепии кожи и темного дерева с уверенностью, которая изумила бы его самого в прошлом. «Пусть одежда и не делает человека, — с иронией подумал он, — но самолюбие подпитывает отменно!» Мгновение спустя метрдотель вернулся с елейной улыбкой.
— Прошу за мной, милорд, — произнес он с подобострастным поклоном. — Адмирал ожидает вас за своим столом...
— А, Брим! — Колхаун поднялся навстречу и протянул руку. — Добро пожаловать в «Чемберс». Рад, что вы смогли принять мое приглашение, несмотря на столь короткий срок.
— Это честь для меня, адмирал, — ответил Брим, отвечая на крепкое мужское рукопожатие. — К тому же я давно не заглядывал в общество.
— Скоро и ты станешь членом клуба, если я хоть на что-то годен, — сказал Колхаун с легкой усмешкой. — Нам здесь нужно побольше карескрийцев, чтобы добавить этому месту лоска, которого ему так не хватает. — Он кивнул, пока метрдотель придерживал стул напротив. — Садись, старый друг. Пора бы нам слегка перекусить, а потом, если я не ошибаюсь, тебе будет что мне поведать...
