И замер. За стеклянным окном ванной комнаты – прямо на карнизе – сидела неясыть. В ее маленьком кривом клюве была мышь-полевка. Уже наполовину разодранная: из мышиного чрева свисали внутренности. Круглые, как луна, желто-коричневые глаза птицы холодно взирали на Стива.

Он резко стукнул по стеклу.

Неясыть дернула головой два раза и проглотила добычу целиком.

После чего взмахнула крыльями и исчезла.

Стив, спотыкаясь, выскочил из ванной и побежал вверх по лестнице. Как бы он хотел, чтобы Тайлер остался жив! Он знал, что это желание неосуществимо, но думать по-другому уже не мог.

И сейчас Стив собирался узнать самое страшное – то, что стало причиной смерти его сына.

В спальне Тайлера ничего не изменилось. С прошлой пятницы Стив заходил сюда лишь раз, чтобы взять из шкафа одежду, в которой должны были похоронить его сына.

Стив переступил порог спальни, вдохнул спертый воздух – и ощутил запах Тайлера.

Оглядел скомканные одеяла, стул, придвинутый к стене. Макбук лежал на столе. Стив не дотрагивался до него, и на нем еще оставались отпечатки пальцев Тайлера. Мальчик закрыл крышку ноутбука в пятницу, после чего пошел за веревкой…

Стив попытался представить себе, что чувствовал Тайлер в последние мгновения своей жизни, но не сумел, тяжело вздохнул и замер в ожидании чего-то…

Все было таким обыденным, но одновременно внушающим тревогу. Могло показаться, что сейчас сюда войдет Тайлер – целый и невредимый – и что-то спросит у своего отца.

И все будет по-прежнему.

«Но спустя пару дней кто-то из местных повстречал мальчишку на улице Нового Беека».

С болью в сердце Стив сел за стол Тайлера и открыл Макбук. Конечно, пароль не подойдет. Тайлер получил компьютер за девять дней до смерти, в качестве досрочного подарка на Рождество, поскольку в старом наверняка поставили шпионские программы. Наверняка он сделал новый пароль. Но Стив решил попытаться и ввел свою дату рождения…

На экране появилась картинка рабочего стола.

Мгновение он ощущал неловкость, словно самовольно вломился в чужой дом.

«А что, если Тайлер стоит у меня за плечом?» – подумал Стив в порыве отчаяния. И вдруг совершенно отчетливо услышал голос сына у себя в голове.

«Ты должен был помочь мне, папа», – произнес Тайлер с упреком и печалью.

Перед внутренним взором Стива возникло лицо Тайлера. Стив зажмурился, чтобы отогнать видение, но все было без толку.

«Как же теперь переменился Тайлер!» – в ужасе подумал Стив.

Что-то произошло с лицом его покойного сына – некая шокирующая перемена, которой Стив пока не мог уловить.

Вот что сделала смерть с моим сыном, сказал он себе.

«Почему, папа?» – опять спросил Тайлер.

«Как ты допустил, что это случилось?»

Стив ошалело уставился на экран. Слишком легко переложить ответственность на Джейдона Хольста. Сколь же сильны семена ненависти, которые посеял Стив в сердце Джейдона, которого хлестали плетью на глазах у жителей проклятого города!

Парень едва не умер! И все потому, что Стив хотел защитить своего сына.

Глупец!..

Нет, то была не глупость, понял Стив. Он сделал все ради любви. Хотя разве это не одно и то же?

Мне так жаль, Тайлер.

Увязая в паутине разрушительного чувства вины, Стив обыскивал компьютер Тайлера. Но надежда скоро оставила его. Здесь было совсем немного информации.

Стив открывал файлы, изучал историю поиска в браузере. Проверил ролики на канале Тайлера TylerFlow95.

Заплакал, увидев на экране своего сына, живого, радостного и вроде бы беспечного.

На карте памяти в GoPro не было ничего, только несколько старых фотографий.

Не питая особых иллюзий, Стив принялся за список файлов MP4 на съемном жестком диске. Досмотрев один из них до половины, он отпрянул от Макбука и остановил файл, а затем вернулся к просмотру.

Неужели он нашел то, что искал?

Итак, пришел черед этого видео.

Здесь запечатлен кусок жизни Тайлера.

Стив видит на экране черно-зеленую тьму. Раздается шепот, кто-то спотыкается и зовет Флетчера. Стиву становится не по себе. Ощущение такое, что температура в комнате Тайлера падает градусов на десять.

Стив впивается взглядом в экран. Лоуренс и Тайлер идут по тропе в ночном лесу.

Стив вдруг понимает, что кто-то рыщет вокруг мальчишек в темноте.

– Кто-то, но не Флетчер. Олень, лиса или енот. И мне все равно, – боязливо говорит Лоуренс. – Лично я собираюсь свалить отсюда.

Стив смотрит на еле различимое изображение, и внезапно его окутывает ужас, как если бы на него налетел рой насекомых. Руки Стива покрываются гусиной кожей.

– Боже мой! – хрипло восклицает Лоуренс.

– Флетчер! – кричит Тайлер.

С нарастающей тревогой, едва осознавая, где он находится, Стив вцепляется в голоса из прошлого. Он видит луч фонаря Тайлера, выхватывающий из темноты стволы деревьев.

Сознание Стива раскачивается подобно призрачному канатоходцу, идущему над океаном безумия. Рациональное мышление словно размазывается по черепной коробке, и откуда-то из глубины всплывает мысль, которая тихонько крадется в его мозгу.

Кто там ходит под окном, кто грызет мой сладкий дом? Завтра все умрут.

– Они же говорили, что Катерина воскресила из мертвых своего сына, и поэтому ее обвинили в колдовстве! – говорит Тайлер. – Ты веришь, что она может оживлять мертвых?

Мысли Стива взлетают, как стая птиц. Господи! Он сам это говорит! Он, Тайлер, его сын!

Какой смысл отрицать это, глупец, потерявший сына?

Если Катерина воскресила своего сына, она сможет вернуть и Тайлера!

– Парень, я не думаю, что там Флетчер, – заявляет Лоуренс. – Он бы к нам подбежал!

И мысль, которая зрела в сознании Стива еще со вторника, наконец-то обрела форму.

Оставшиеся кадры Стив смотрит как во сне. Вцепляется в край стола – да так, что белеют костяшки пальцев.

Чистое безумие, антинаучная чушь, но его дни как ученого уже сочтены.

Слабо тлеющий огонек надежды вспыхивает ярким пламенем, разгорающимся в его душе.

Из встроенных динамиков Макбука раздается крик, и изображение начинает трястись. Мальчишки бегут обратно. Они в панике. Суматошно мелькает свет фонарика, разрывающий тьму. И в какой-то момент болтающаяся камера поворачивается назад и делает несколько кадров того, что полностью стирает остатки адекватности Стива.

Он не знает, что видит те же самые кадры, которые преследовали его сына в ночных кошмарах в последний месяц его жизни. Не знает Стив и того, что за окном, в которое влез убийца Тайлера, появляются три совы.

Они сидят на ветке дерева и смотрят в комнату.

Но Стив в состоянии думать лишь об одном.

– Значит, это правда… правда, – бормочет он.

А в лесу действительно лаял пес? Если честно, Стив пока не понял. Он останавливает кадр. Да, наверное, какое-то животное. Не очень крупное. Возможно, с черно-белой шерстью. Что-то блестит. Может, глаз, или зубы, или пряжка ошейника.

Ему хочется верить, что камера запечатлела именно собаку.

Да, пусть там будет собака! Ведь тогда Стив вырвет из тьмы Тайлера.

Внезапно одна из сов с грохотом врезается в окно. Стив вскакивает и вскрикивает.

Осколки стекла полетели на стол, штору отшвырнул в сторону порыв декабрьского ветра.

На полу лежала сова. Она молотила сломанным крылом, не переставая ухать и пытаясь поднять голову.

Птица злобно глазела на Стива.

У Стива расширились зрачки. Он испытал очередной шок.

Перевел взгляд на окно… и увидел других сов. И уже не три, а восемь или девять.

Зрелище было настолько неестественным, что Стив догадался.

Это она.

Что-то сдавило ему горло.

Стив схватил себя за шею, пытаясь вдохнуть, но воздух не попадал в его легкие. Он хотел закричать, но сумел издать лишь сдавленный писк. На лбу выступила испарина.

Стив попятился назад, ударился о дверь, развернулся и прикрыл рот руками, чтобы не допустить гипервентиляции.