— Ты сдался без боя, — Эн-Ки-Нат качнул головой, предлагая присесть на кресла. — Почему?

— Я хотел поговорить. Я знал, что тебя пошлют за мной, — Эн-Ки-Гал присел. Большое унижение заставить таллума скрыть принадлежность к дому, но Эн-Ки-Гала не заботило, что его матрица не увидела света.

— Что ж, — Эн-Ки-Нат присел вторым. — О чём?

— О резонансной волне…

— Всемогущий Эон! Гал! Пора отказаться от этой ереси! Куда она тебя привела?

— Это не ересь. Это новая реальность, Нат! — Эн-Ки-Гал подался вперёд. — Я видел, что она делает с биоматерией! И она идёт по нашим струнам! Лишь мы не желаем признавать этого!

— У тебя нет доказательств, — отмахнулся Эн-Ки-Нат. — Слова не значат ничего.

— У людей есть доказательства. Спроси их, что они нашли на станции «Гиады-Транзит».

— На нас там напали из-за угла, как предатели. Мы были не готовы. — задумчиво проговорил Эн-Ки-Нат. — Я потерял там бойца. Я не видел следов резонанса. Все, кто были там — были живы.

— В этом загадка, — Эн-Ки-Гал задумался. — Волна прошла и угасла. И это пугает больше.

— Потому что её нет! Это выдумки! — вдруг вскипел Эн-Ки-Нат. — Выдумка, из-за которой, ты лишишься вечности! Стоило ли оно того?

— Вы просто желаете оставаться беспечными! — в тон ему возразил Эн-Ки-Гал. — А если люди смогли обуздать эту волну? Если поставили ее на службу? Что она сделает с вами? Если они протянут свою струну? И даже левиафан не устоит перед таким оружием!

— Хочешь сказать, люди готовят нападение? — холодно уточнил Эн-Ки-Нат. — И научились формировать струны?

— Нет! Я лишь предполагаю. Я хочу, чтобы вы не отмахивались от угрозы! А исследовали её! Возможно, вместе с людьми!

— Нет! — Эн-Ки-Нат чувствовал, как внутри набирает обороты обыкновенная ярость. — Ты долгое время был близок к людям. Ты говоришь, они обуздали волну. И ты говоришь, она уничтожит даже Левиафана! Я говорю, люди напали на нас!

— Ты сделал неверные выводы. Я сказал «если». Волна опасна. Ее нельзя игнорировать!

— Нельзя идти против своего дома! Нельзя глушить ядро Цитадели, отрезая струны без санкции Синклита! Кем ты себя возомнил?

— Я взял на себя ответственность. Теперь ваш ход, — ответил спокойно Эн-Ки-Гал. — Благодаря мне волна не пошла в обитаемый космос.

— Благодаря тебе Синклит вынужден был оправдываться перед людьми! Струны будут восстановлены. Или проложены новые маршруты.

— Это ошибка.

— Ошибка думать, что ты можешь решать один! Прощай, Гал.

— Жаль, — Эн-Ки-Гал поднялся. Пришлось невольно встать и Эн-Ки-Нату. Он всего лишь третий таллум. Проявить неуважение к сиятельному дому значит, заставить усомниться в собственной легитимности. — Мне жаль, что вы желаете оставаться слепыми.

— Уведите! — обратился Эн-Ки-Нат к эринам. Навигационные био-логи кораблей энлу намертво завязаны на ДНК-профиль энлу. А претор утверждает, что Эн-Ки-Гал был в составе человеческого экипажа энлийского судна. Какое унижение для дома. Значит, корабль останется в порту. Не совсем то, чего просил Синклит, но люди не смогут им воспользоваться. Это главное.

* * *

Десмос проснулся от навязчивых голосов рядом. Они, как будто, звучали внутри мозга, не давая расслабиться. Кто-то спорил, что-то доказывал, грохотали взрывы на периферии слуха, к взрывам он привык, как и к звучащей непрерывно сирене. Но сирена утихала и звуки отдалялись, уступая дыханию вентиляции и щелчкам клапана под потолком. Ярчайший взрыв превратился в обыкновенную диодную лампу. Было холодно. Но голова на удивление свежей. Воспоминания нахлынули разом: всплыл дрянной съемный контейнер с креслом из серого пластика, разряды излучения и арест. Кажется, это был арест. Дальше все мутно. Кажется, его вырубило прямо во время допроса. Сколько времени прошло? Как там команда? А что если бандиты добрались до «Шила»? Не поздно ли еще отдать ускорители?

Десмос поднялся и борта капсулы тотчас опустились, давая пространство для маневра. На сгибе локтя рядом с едва видными точками маяков — медицинский пластырь. Значит, что-то кололи. Десмос спустил ноги на пол. Голова кружилась немного, и он посидел, пережидая, пока палата перестанет вращаться. У кровати ожил робот-сиделка, квадратный, как тумба и такой же невысокий.

— Давление и пульс в норме, — отрапортовал он. — Доктор Тибс просил задер-жаться.

— У меня корабль в доке простаивает, — фыркнул Десмос. — Боюсь, я и так задержался. Сколько времени?

— Двад-цать три часа сорок пять минут, — отчитался робот.

— У-у, брат, — Десмос легко встал на ноги, с удивлением ощущая себя отдохнувшим. Что бы они там ни вкололи, это неплохо взбодрило всё тело. — Мне пора…

— Подождите! Доктор Тибс просил… Задер-жаться!

— Передай доктору мои извинения, — Десмос подхватил куртку с вешалки и слегка шатающейся походкой направился к выходу. Однако совершить тактический побег не удалось. Массивная створка шлюза перед его носом коротко пискнула, а индикатор панели блокировки неприятно мигнул красным диодом. Заперто.

— Открой, — Десмос повернулся к роботу.

— Доктор Тибс просил задер-жаться, — упрямо повторил дроид.

— Мне надо в санитарный блок, — соврал Десмос.

И словно в ответ на его просьбу, дверь выдохнула приводом и перед капитаном вырос тот самый здоровый, как шкаф, дознаватель.

— Капитан Ризз, — вежливая, но холодная улыбка едва уловимо смягчила суровый чиновничий вид. — Как удачно, что я успел. Мы ведь так и не закончили нашу беседу.

— У меня фрахт, господин… — Десмос сделал вид, что приглядывается к шеврону на груди, но он помнил и так. Маркус Дейк, старший дознаватель. Большая шишка. — Дейк! Я опаздываю.

— Думаю, двадцать минут вас уже не спасут, — вежливо, но веско возразил Дейк. — Корабль в порту, портовые службы о нем позаботятся.

Десмос вернулся к терапевтической капсуле, автоматически трансформировавшейся в стандартную медицинскую кушетку, и сел. Старший дознаватель без лишних церемоний устроился прямо на корпусе замершего робота-сиделки.

— Только быстро, — Десмос с напускным нетерпением взглянул на Дейка. — Мой корабль по регламенту уже должен выйти из дока.

— «Гиады», — коротко и веско начал Маркус, проигнорировав выпад пилота. — Что конкретно там произошло?

— На нас было совершено нападение, — без колебаний ответил Десмос. Он лихорадочно прикидывал, что именно успел вписать в официальный рапорт Тоби. Капитан не сомневался, что этот доклад уже прошёл через портовые терминалы и прямо сейчас лежит в цифровом архиве человека перед ним. — Нам пришлось осуществлять экстренную эвакуацию в условиях боевого столкновения.

— Вы, капитан, как я погляжу, буквально притягиваете к себе неприятности, — усмехнулся Маркус, подавшись вперёд. — Судя по вашему досье, сначала вас аварийно выбивает из пространственной струны на стратегическом маршруте между Талиманом и Проксимой. А теперь вы внезапно натыкаетесь на «пиратов» в абсолютно необитаемом, глухом секторе галактики. На мой взгляд — крайне странная цепочка совпадений.

— Думаете, они меня преследуют? — усмехнулся Десмос, а потом пожал плечами. — Мне говорили, что я родился под несчастливой звездой. Но, знаете, я в это не верю. Звезд много, под какой-нибудь да повезёт.

— Я думаю, что вместе с энлийским кораблём, вы вывезли из гравитационного кармана что-то ещё…

Десмос мастерски изобразил на лице честность и даже слегка задохнулся от напускного возмущения:

— Исключено! Всё, что было на борту — числится в грузовой декларации.

— … Что-то, что вы не включили в грузовую декларацию. Единственная улыбка удачи для вас здесь — это галул, — продолжил дознаватель. — Но меня пока не интересуют ваши попытки скрыть очевидное. Об этом мы поговорим позже, когда вы вернёте корабль в порт Проксима. Меня сейчас интересуют ваши впечатления об этом! — и Маркус активировал наручный терминал и развернул перед капитаном панорамный виртуальный экран. На нем замелькали кадры оперативной фиксации из жилого сектора станции «Гиады-Транзит». Десмос невольно подобрался. На голограмме отчетливо виднелись те самые иссиня-чёрные растекшиеся лужи органики в капсулах для сна которые так напугали его во время спешной эвакуации.