— И это хороший вопрос, Соло, даже отличный вопрос! — нарочито бодро ответил капитан. — Ур!

— Я… здесь… — ксенос высокой, страшной тенью вырос за спиной.

— На тебя скафандра нет. Остаёшься за капитана. Пошли, Сол, хотя бы попытаемся открыть створки ангара. Тоби всегда тупит.

Ещё время ушло на облачение в скафандры, переругивание и выход из рукава в пространство шлюза с задраиванием створки в саму станцию. Ручка ворота оказалась универсальной и подходила к каждому редуктору. Скафандры слегка раздулись от разницы давлений, что ощутимо затрудняло движение.

— Давление — ноль, — выдохнула Соло в коммуникатор, переводя дух. — Теперь ворота. Как бы нам не до «морковкина заговения» крутить.

— Что может быть сексуальнее чем женщина в скафандре и с рукоятью от редуктора? — посмеялся Десмос.

— Ты идиот…

Они тяжело и медленно пошли к главному ремонтному люку у самого края внешних створок. Передвигаться приходилось осторожно, удерживаясь на палубе за счет магнитных подошв. Под закалённым стеклом люка, покрытым инеем, виднелся массивный паз механизма.

Соло разбила пластиковую пломбу металлическим воротом, что держала в руке, и с усилием вставила его в ледяное гнездо.

— Шельма, ты слышишь нас? — Десмос связался с бортовым компьютером. — Мы на позиции. Заводи маневровые. Нам сейчас понадобится любая помощь. Смазка в редукторе замерзла к чертям, вручную мы эту плиту с места не сдвинем.

— Поняла… — донесся голос Шельмы через радиоэфир. — Готова подать импульс, если потребуется.

— Давай, Сол, ещё немного, — Десмос взялся за рычаг рядом с ней, стараясь не думать про ноющую боль в раненом плече. — На счет три. Раз… два… три!

С жутким, беззвучным скрежетом, который передался через подошвы скафандров противной вибрацией, рычаг наконец поддался. По титановой плите побежали иглы замерзшего инея, и огромная внешняя створка медленно, неохотно поползла в стенной паз.

В открывшуюся щель на команду взглянул первозданный космос — бездонный, черный, усыпанный холодными звездами. Гермоворота ушли вбок всего на треть — зазор был грошовым, едва шириной с корпус корабля, но редуктор заклинило намертво на трёхсотом обороте. Рукоять лебёдки срезало от напряжения.

— Семь солнц мне в печень, — выругался Десмос. — Всё, больше не пойдет. Мы идём назад. — Капитан бросил бесполезный обрубок металла под ноги.

В полной тишине вакуума Десмос и Соло развернулись и пошагали обратно по технологическому мостику дока. Магнитные подошвы скафандров с глухими толчками в ноги прилипали к палубе. Без гравитации и воздуха это было похоже на ходьбу по дну океана.

«Шило» терпеливо висел в паре метров от них, тускло отсвечивая антрацитовой бронёй. Входной клапан бионта гостеприимно открылся, приглашая внутрь. Десмос дошел до края мостика, аккуратно перешагнул на упругую аппарель корабля и помог Соло перебраться следом.

Как только тяжелый био-люк закрылся, отсекая их от пустоты дока, в шлюзовом отсеке зашумел нагнетаемый воздух. Можно было снимать амуницию. Времени на передышку не было. Десмос, баюкая ноющую руку, прошел в капитанскую рубку. Соло молча шагала следом. Этот рейс они запомнят надолго.

— Отличная работа, Шельма, дальше я сам, — Десмос скинул куртку, наспех натянул комбинезон для прыжка, лёг в ложемент, спинальные порты приняли входные разъёмы. Команда заняла места. — Все держитесь. Ур, дай команду на старт. Пройдём на удачу.

Без всякого изящества, на минимальном импульсе маневровых двигателей, Десмос повел «Шило» вперед, поворачивая корабль вокруг оси, чтоб пройти прямо в узкую щель приоткрытых ворот.

Десмос одновременно услышал и почувствовал скрежет — корабль все-таки притерся броней о титановый край станционного шлюза. Био-интерфейс на секунду ослепил Десмоса вспышкой боли, но обшивка бионта выдержала. «Шило» буквально выдавил себя на оперативный простор, и мертвая станция окончательно осталась позади. Перед ними развернулась грандиозная панорама открытого космоса.

«Следующая точка прибытия — Альдебаран-прайм», — прокомментировал Тоби невозмутимо, словно вылет был штатным.

«Понял», — Десмос принял потоки данных от штурмана и от Шельмы о состоянии корабля. Все системы стабильны.

«Зафиксирован захват в оружейный створ, Дес», — спокойно отчиталась Шельма.

«Семь солнц мне в зад! Перехожу на вектор створа струны. Готовимся к прыжку».

«Десмос!» — взвизгнула Шельма, почти оглушив капитана. Но маршевые двигатели уже работали на полную мощность, и разряд пролетел мимо. Галул на околосветовой вошёл в струну.

* * *

Старшему дознавателю Маркусу Дейку пришлось перепоручить коллегам все дела, кроме одного. Даже дело о самоубийстве торгаша со странным именем Гефест. по причине высокого процента раскрываемости дел и успешного выполнения плана Нунций Рокис затребовал личного вмешательства старшего дознавателя в расследование по делу Десмоса Ризза.

Причин к истерике сиятельного нунция было две. Первая — Десмос Ризз по случаю оказался пилотом арендованного Конфедерацией левиафана энлу. И как пилот должен был следить за состоянием корабля. Или даже, если быть точным, отвечал за него головой и свободой. Причина вторая крылась в амбициях самого нунция. Он повесил на Ризза биомаяки. Но на хабе «Гиады-транзит» все три начали подавать неустойчивый сигнал. Это могло означать, что указанный капитан решил избавиться от них. Или же существовал второй вариант, который всё равно никого не устроит: капитан элементарно самоликвидировался. Редкость, но бывает. И пример Гефеста Тибоффа это наглядно подтверждает.

Однако старший дознаватель мог предположить, что корень этой проблемы крылся либо в грузе, который указанный пилот взял во фрахт, либо в самом корабле. И оттого вопросов к капитану Десмосу Риззу у ликтора-дознавателя становилось всё больше. Маркус Дейк решил, что желал бы познакомиться с этим капитаном лично.

Помимо прочего, нунций шипел, как орионские змеи, разве что не сливая яд в свой стакан с саккой. Здесь причина была гораздо хуже. Энлу по закрытым дипломатическим каналам дали знать, что усиливают контроль за узлами струн в связи с участившимися случаями пиратства и мародёрства на трассах. А это означало, что цена для человечества за перемещения по космосу вырастет. Такое люди и энлу уже проходили однажды, и это закончилось войной. И это нунций тоже почему-то связал с арендованным левиафаном.

Прямым приказом старшему дознавателю было поручено следовать за левиафаном, командироваться на борт и находиться там неотлучно вплоть до возвращения указанного корабля на станцию «Проксима». А это значит, что на служебном курьере Маркус повторит путь борта с маркером ENL-GC-09-THL.

И потому на новый вызов от Лиммери Туркин старший дознаватель не ответил, готовясь к дальней поездке. Но девица была настойчива. Потому вызов пришлось принять.

— Я слышала, нам перекрывают несколько направлений! — выпалила Лим.

— Это абсолютная дезинформация, — спокойно ответил Маркус, сидя в собственном кабинете. — Подобных мер не принималось и не планируется. Не распространяйте панику, госпожа Туркин.

— Говорят, ты уезжаешь, — перешла Лим в наступление. На виртуальном голоэкране она выглядела одетой для рейда на нижние уровни. И Дейк насторожился, но вида не подал.

— Служебная командировка…

— Это связано с ним, да? С Десмосом Риззом? — уточнила Лим.

— Мы с тобой уже всё обговорили, и ты сказала, что твои источники информации исчерпаны, — возразил старший дознаватель. — Я думал, мы закрыли этот кластер.

— Я узнала кое-что! — Лим почти склонилась к камере. — Но за это можно и жизнью расплатиться…

— Не нагнетай, Лим… — устало вздохнул Маркус. — Что у тебя?

— Я узнала, кто увёл у корпоратов ускорители, — прошептала дата-раннер. — Угадай, кто?

— Десмос Ризз? — с выражением мученика на лице спросил Маркус.

— Говорят, он убил патруль энлу ради них! А посредником в этом деле был Гефест Тибофф! Надо с ним поговорить! Он всё скажет! Вы же умеете выжимать информацию!