Маркус Дейк надолго задумался, глядя на бегущие цифры. Для профессионального шпиона или диверсанта Десмос Ризз был слишком незаметен, даже ничтожен. Он не рвался в богатые межсистемные корпорации, не искал тёплых мест в Ликторате или портовой администрации, где можно было бы раздобыть пару ценных секретов или перехватить важные логи. Этот человек просто пахал за гроши на полуразвалившемся пинасе, берясь за дешёвые заказы, а в редкие дни отдыха жрал в грязных кабаках сакку.

— Странно, — Маркус склонил голову направо, потом налево, с сухим хрустом разминая затёкшую шею.

Значит ли это, что его первая, самая очевидная версия о шпионаже не верна? Но какова же в таком случае настоящая причина этих странных хромосомных аномалий?

Старший дознаватель свернул анкету и вернулся к первоначальному отчёту генетиков, вчитываясь в сухие выводы автоматического верификатора: «Индекс метилирования ДНК и длина теломерных участков указывают на биологический возраст образца в диапазоне 25–30 стандартных террианских лет».

Дейк постучал пальцами по кромке стола. По занесённым в реестр данным, с учётом текущего две тысячи шестьсот пятьдесят пятого года, Риззу должно быть тридцать пять. Визуально как будто всё совпадает. А его клетки упрямо утверждали, что он на добрый десяток лет моложе. Обычный пилот изнашивается на маршрутах быстрее, чем, как утверждают генетики, плавится лёд на реакторе.

— Что ж, посмотрим, что нам принесёт пташка Лим, — негромко пробормотал старший дознаватель, гася экраны. — От неё ещё никто не уходил.

5. Режим тишины

Аппарат для сакки нашёлся за автоматом с брикетами. Маленький, незаметный, он начал сразу чихать и кашлять отплёвывая из забитых дюз застоявшуюся пыль и засохший субстрат. Десмос нажал на дисплее пять точек, выбирая себе самую крепкую из возможных. Пока аппарат прогревался и молол зёрна, Десмос ещё раз огляделся. Ур-Кигаль так и сидел за столом, как статуя, а рядом лежал нетронутый брикет питательного субстрата и капсула с водой. У дальней стены мигал диодом зёв коридора, уводящего к спальным капсулам. Поспать не помешало бы, да.

Аппарат с характерным хрипом отхаркал остатки густой жижи в стаканчик из искусственной целлюлозы. По залу разнёсся терпкий запах пережаренных зёрен с каплей синтетических отдушек. Десмос отхлебнул медленно тянущейся жидкости.

— Я бы советовал поспать, тут есть капсулы, — Десмос кивнул на мерцающий вдали коридор. — В кресле пилота не выспишься. — Отхлебнул ещё сакки. — Ты спишь вообще?

— Я сплю, — согласился Ур-Кигаль. — Мой метаболизм… отличается от твоего., поэтому мне требуется… меньше спать.

— Честно говоря, я думаю, что делать с ускорителями, — Десмос ткнул пальцем в сторону швартовочного шлюза. — Они жгут мне руки.

— Почему? — Ур-Кигаль поднял голову и взглянул чёрными глазами на капитана. Мороз пробрал по коже от этого взгляда. Кажется, одна пара зрачков у него с флуоресцентной радужкой.

— Если Конфедераты узнают, что они у меня, меня упекут во Фронтир Спика в лучшем случае. Я туда я точно не хочу. Я бы сбыл их по быстрому, если б было кому, — Десмос отпил ещё, чувствуя, как унимается дрожь внутри и возвращается ясность мысли. — Или спрятал. Может, хочешь забрать?

— Нет… Генный ускоритель… заключает в себе… мощь целого дома… это святотатство…

— Это не помешало тебе ими воспользоваться!

— Это была… необходимость. Или смерть… Плохой выбор.

— Блеск! Не хватало ещё, чтобы меня преследовали убийцы энлу, — выругался Десмос. Отставил пустой стаканчик. — Я пойду выключусь на пару часов.

— Что значит… выключусь? — удивился ксенос.

— Значит «вырублю питание», «дам храпака», спать пойду, — раздражённо пояснил капитан. Махнул рукой. — Скажешь Соло, что буду позже.

— Злопадучие ксеносы, — выругался Десмос вываливаясь в коридор, освещённый аварийными диодными кольцами. Пневмостворка с флуоресцентной надписью «Спальный отсек» с шорохом отошла, открывая вид на длинный коридор с рядами капсул для сна. Едва датчики засекли движение, как плафоны под потолком ожили.

— Мощь целого дома… — продолжал Десмос себе под нос. — Охрененная мощь… В жопу себе засунь… — Он бухнул ладонью в панель управления первой же капсулы и створка с шорохом поднялась вверх, а свет внутри загорелся. Десмос какое-то время смотрел на содержимое. Потом повернулся, чтобы уйти. Потом всё же вернулся к зёву горизонтальной капсулы. На полимерном матраце светло-серого цвета растеклась и засохла чёрная лужа, а поверх кто-то как нарочно, разложил комбинезон с логотипом компании «Такс». Словно кто-то нарочно налил дёгтя на валик, матрац и обшивку. На стенке капсулы отчётливо угадывались пять полос ровно по положению пальцев.

— Семь солнц мне в печень, — прошептал Десмос, не в силах сдвинуться с места.

* * *

Соло проверила графики, тепловой контур и механику раскрытия крыльев теплоотдачи. Шельма с удовольствием помогала в рутине, вот только к корневым системам корабля ксено-интеллект галула не подпускал без санкции капитана. Так что эту часть калибровки Соло отложила до возвращения Десмоса.

— Как думаешь, за что Десу дали лицензию? — спросила Соло невзначай у штурмана, разбирающегося с навигационными картами и просчитывающего следующий прыжок.

— Что? — Тоби поднял голову и оптические камеры его сфокусировались на технике.

— Говорю, за что нам дали лицензию? — Соло села прямо на полу, скрестив ноги. — Думаешь, он заложил кого-то?

— Я так не думаю, — возразил механ. — У Десмоса не такой склад характера.

— Ему маяк повесили, — задумчиво продолжила Соло. — Знаешь, что это значит?

— Пока нет, — Тоби отложил планшет.

— Им не нужен пилот, нужен корабль, понимаешь? Из-за того, что Дес смог его пилотировать, они повесили на него ярлык. Они взяли его за яйца.

— За что?

— Семь солнц мне в печень, Тоби! — разъярилась Соло.

— А… — Тоби неуверенно кивнул. — Я понял. Унизили его через ущемление тестикул?

— Как-то так, да, — отмахнулась Соло.

Шельма выдала пару коротких звуковых сигналов.

Соло вскочила с пола, приникла к инженерному посту. На экране пеленгатора, перекрывая таблицы калибровки, пульсировал аварийный лог. Грави-визор поймал мощный тепловой выхлоп прямо у створа Струны. Кто-то вывалился из подпространства на штурмовой скорости и довольно бодро приближался к станции. На планшете развернулась трёхмерная карта сектора, и у створа струны замерцала белая точка, обозначающая чужой корабль с выключенным транспондером.

— Какого хрена? — Соло потянулась к коммуникатору, чтобы послать запрос, но потом, не увидев кода принадлежности, отдёрнула руку. — Надо сказать Десу.

— Что мы будем делать? — Тоби поднялся на ноги.

— Глуши все системы. Шельма!

— Да, Соло?

— Режим тишины! Сейчас!

* * *

— Ты можешь мне объяснить, что это за хрень? — Десмос метнулся к соседней капсуле, и дальше. В каждой картина была одна и та же — чёрная засохшая лужа на матраце, поверх рабочий комбинезон. В одной из капсул на клапане остались следы судорожной борьбы с замком. Кто-то пытался выбраться. Но этот кто-то исчез так же, как и остальные четыре, оставил после себя засохшую чёрную жижу. Ур-Кигаль равнодушно смотрел на метания капитана.

— Надо вызвать карантинную службу? — Десмос раскрыл соседнюю капсулу. Чисто. Всего они с энлу нашли пять заражённых спальных ячеек. Стандартная команда полуавтоматического транспортника. Десмос подумал, что они не смотрели в соседние доки. Быть может, там подвешен на приколе транспортник в гибернации. — Дерьмо!

— Нет… Это… Вряд ли оно…

— Я сейчас сблюю, — констатировал Десмос, глядя на чёрные следы от ладоней на серых ферро-керамитовых стенках.

— Не экономично… — равнодушно посетовал ксенос. И от этой холодной отстранённости стало ещё хуже. Съеденный брикет подпрыгнул к горлу, желчь обожгла пищевод и Десмос склонился у капсулы, сплёвывая проглоченную сакку и непереваренные куски субстрата. Энлу брезгливо отступил, а Десмос вытер рот рукой. Опёрся о капсулу, стараясь удержаться на ногах.